Секретарь для монстра. Аллергия на любовь
Шрифт:
Марк меняется в лице.
– Это из-за меня?
– уточняю негромко.
– Из-за того, что сказал… твой брат? Что я с ним встречалась?
Мужчина молчит, но я понимаю, что попала в цель.
– Ты все неправильно понял, - говорю ему мягко.
– У меня с Адамом ничего не было, нет и не будет.
Ловлю его взгляд, и мне самой становится больно от того, что отражается в глубине темных глаз.
– Я говорила правду, когда сказала, что раздарила его цветы у метро, - напоминаю ему.
– Я не собиралась и не собираюсь с ним встречаться.
– Но ужин…
– Это был всего лишь ужин, - качаю головой.
– Один-единственный. На который я согласилась только при условии, что Адам оставит меня в покое на ближайший месяц.
Смотрю на Марка и понимаю - он… не верит до конца. Даже несмотря на то, что между нами было только что. Не верит или не может поверить, потому что весь там, в своей голове, в которой уже нарисовал себе абсолютно неправильную картину происходящего.
И, кажется, в эту минуту есть только один способ показать ему…
Поэтому я тянусь вперед и осторожно касаюсь губами его губ. Он вздрагивает от неожиданности, на долю секунды отдергивает голову назад, но тут же подается вперед.
У меня не то чтобы какой-то огромный опыт в плане поцелуев. Но тут становится понятно, что у Марка его, похоже, в принципе нет!
– Не так, - улыбаюсь, чуть отстраняясь от него.
– Разомкни губы.
– Ни разу не пробовал, - он слабо усмехается.
– Ты научишься, - шепчу, снова невесомо его целуя.
– У тебя такие сладкие губы, - Марк осторожно обхватывает ладонями мое лицо, поглаживает скулы.
– Вкусные… Покажи мне….
– Что?
– мне уже не хватает воздуха.
– Как надо?
– он тоже тяжело дышит.
– Вот так?
Тянется, проводит по моей нижней губе своими, мягко захватывая и отпуская.
– Да-а-а… - выдыхаю ему в рот.
– Можно… еще добавить язык.
У него на секунду делается такое сосредоточенное лицо, что я невольно улыбаюсь.
– Марк, - обнимаю его сильнее, чуть откидываюсь назад, глядя ему в глаза, - это не экзамен. Мы оба делаем то, от чего получаем наибольшее удовольствие. И доставляем это удовольствие другому.
– Слушаюсь, госпожа учительница, - выдает это чудо, внезапно расплывшись в улыбке, и, наклонившись вперед, уже решительно сминает мои губы своими.
Да уж… ученик совершенно точно, буквально в одну секунду, уже превзошел свою учительницу, мелькает у меня в голове последняя разумная мысль - и тут же исчезает без следа.
Такое ощущение, что его губы - они везде!
Если бы не льющаяся сверху вода, у меня, наверное, горела бы кожа от его прикосновений!
– Я хочу коснуться тебя… - шепчу, сама не понимая, чего хочу на самом деле.
Хочу показать, насколько мне с ним хорошо? Показать, что чувствую? Хочу, чтобы он был во мне уверен?
Хочу… дать понять, что он для меня - не просто случайный мужчина?
Хотя как он в принципе может быть случайным… Ничего случайного между нами нет!
У меня подгибаются колени, но Марк удерживает, продолжая целовать - он словно пьет мои губы и никак не может напиться.
– Не надо, Евушка… - слышу тихий немного дрожащий шепот, когда мужчина на секунду разрывает поцелуй.
– Я не хочу так. Только не так. Я хочу… видеть твое лицо. Смотри на меня, Ева!
Моргаю, старательно фокусируясь на его глазах. Вода и пламя…
– Ева… - никогда мое имя не произносили так чувственно.
Он делает шаг, приподнимая меня выше и прижимая к стене. Вздрагиваю от прохладной влажной плитки, в которую упирается спина, но тут же перестаю обращать на это внимание, потому что мужчина, закинув одну мою ногу себе на бедро, подается вперед, заставив застонать.
– Я не делаю тебе… неприятно?
– он вжимается в меня бедрами, вглядывается в лицо, снова целует.
– Ты делаешь мне очень приятно… - выговариваю с паузами, невольно улыбаясь.
– Я… честно сказать… ревную!
– от предвкушения блаженства поджимаются пальчики на ногах, я с трудом соображаю, что несу.
– Что?!
– Марк даже отодвигается ненадолго, смотрит на меня ошарашенно.
– Ревнуешь? Меня?! К кому, господи, Ева?!
– Ко всем тем, с кем ты был до меня, - снова тяну к себе, шепчу ему в губы.
– До тебя… никого не было, - он качает головой, начинает двигаться, сначала медленно, потом постепенно все быстрее и быстрее.
– Только ты… ты одна… никого больше… никогда, Ева!
Обхватываю его за спину руками, провожу ногтями по коже, чуть надавливая, и он стонет, сильнее вжимая меня в стену.
Это какое-то сумасшествие, проносится в мыслях.
Мы с ним оба сошли с ума, абсолютно точно…
Марк не останавливается, а я уже не могу сдерживаться - просто вскрикиваю от каждого его толчка, хватаюсь за крепкие плечи, то целую, то откидываю голову назад, упираясь затылком в стену и зажмуриваясь, потому что мне все с каждым ударом кажется, что вот оно, то самое…
Но ощущения становятся все сильнее и сильнее, и только когда мужчина наконец с силой прижимается ко мне, пряча лицо у меня на шее и дрожа, я чувствую, как внутри все сжимается в пароксизме удовольствия - настолько яркого, что не верится в его реальность.
– Это было… нечто… - выдыхаю спустя несколько минут.
Мы так и стоим, прижавшись друг к другу и дыша, как будто марафон пробежали. Точнее, он стоит, а я на нем вишу.
– Я даже… сказать ничего не могу… - выговаривает Марк невнятно, и я тихо смеюсь, отстраняясь от него и сползая ногами на пол.
Получается с трудом. Во-первых, колени трясутся. А во-вторых, он не отпускает.
– Русалочка моя… - шепчет мужчина, проводя рукой по моим мокрым волосам.
– Я так скорее в водяного превращусь, - улыбаюсь, перекидывая тяжелую сырую косу с плеча за спину.
– Кажется, нам пора выходить отсюда, - он тоже улыбается.
– Давай я тебе помогу.
– Я и сама могу… - удивленно смотрю, как Марк, выключив воду, берет полотенце.
– Позволь мне помочь, - он качает головой, накидывает мягкую толстую ткань мне на плечи.