Чтение онлайн

Но то же самое возрождение интереса к классическому знанию, которое дало толчок преследованиям ведьм и колдунов, парадоксальным образом породило впоследствии совершенно иные взгляды на магию. Изучение древних мистических и магических текстов, написанных на древнегреческом и латинском языках, способствовало становлению герметизма эпохи Возрождения, согласно которому магическая практика представляет собой религиозное действие, способ прикоснуться к Божественным тайнам. В руках таких христианских герметистов, как Марсилио Фичино (1433–1499) и Джованни Пико делла Мирандола (1463–1494), герметизм Возрождения превратился в более литературную и философскую версию средневекового магического христианства. А у более радикальных деятелей, вроде Джордано Бруно (1548–1600), он и вовсе обрел черты независимой религии, утверждавшей, что она старше и мудрее христианства. Именно за подобные высказывания Бруно и был приговорен к сожжению на костре. Христианское и нехристианское понимание магии как религиозного ритуала сохранялось в оккультных кругах на протяжении нескольких последующих веков вплоть до того, пока в XIX–XX веках ей не было дано новое определение. См. Герметизм.

Следующий сдвиг в восприятии магии начался с протестантской Реформации в XVI столетии и явился следствием радикального переосмысления религии в ходе споров между протестантами и католиками. В частности, английские протестанты, пытаясь опорочить католическую церковь, осуждали ее за приверженность ритуалам и говорили, что их собственная религия состоит в искренней попытке обратиться за помощью к Богу, в доверии Богу во всех земных делах и в пассивном ожидании ответа. Любое действие, которое прямым или косвенным образом являлось попыткой повлиять на духовные силы, согласно их определению называлось магией, а не религией. Такого рода аргументация была неплохим оружием против католицизма, но еще больше ее влияние проявилось в другой сфере. На протяжении XVIII–XIX веков ряд протестантских теологов и философов выработал новое понимание религии, ставшее стандартным в англоязычных и немецкоязычных странах мира. Оттуда оно перешло в сравнительное религиоведение и антропологию — в немалой степени потому, что позволяло объявить все неевропейские религии просто магией. И поныне в некоторых научных работах по магии прослеживается такое разделение между магией и религией, как если бы это была универсальная истина. Но, говоря по существу, любая религия мира, за исключением некоторых разновидностей протестантизма, имеет дело с попытками повлиять на духовные силы, иногда более пассивными, а иногда и активными методами.

Таким образом, влияние Реформации и научной революции серьезным образом сказалось на понимании магии в западном мире. И пока церковные авторитеты порицали магию как попытку бросить вызов всемогуществу христианского Бога, а ученые ломали голову над тем, почему некоторые люди верят в нелепые и противоречащие науке выдумки, практикующие маги постепенно сами переходили от одного определения к другому. Знаменательна в этом отношении деятельность французского оккультиста Элифаса Леви (1810–1875), стремление которого переосмыслить традиционные постулаты магии послужило толчком для современного магического возрождения. Леви определял магию как искусство манипуляции Астральным светом, мистическим веществом-энергией, которая, согласно его мнению, и определяет эффективность всех магических действий. Последующие авторы, позаимствовав теорию Леви о магической воле, значительно расширили его определение. Английский маг и самопровозглашенный Антихрист Алистер Кроули (1875–1947) утверждал, что магия (или «магика», magick, как он сам ее называл) — это наука и искусство осуществлять перемены в соответствии с волей человека. Такое определение, разумеется, слишком широко, и под него подпадает как призыв духов ада, так и приготовление бутерброда. Но на это указывал и сам Кроули, желавший разрушить идеологические барьеры между оккультизмом и другими видами человеческой деятельности. Кроули был также в числе одних из первых оккультных деятелей, воспринимавших магию как способ духовного преобразования и поставивших ее в один ряд с йогой и другими восточными дисциплинами. Английская писательница и оккультистка Дион Форчун (1890–1946) выразилась в том же духе, назвав магию «йогой Запада». На Форчун, как и на Кроули, огромное влияние оказали новые психологические теории, которые в то время разрабатывали Зигмунд Фрейд (1856–1939) и Карл Юнг (1875–1961). Именно психологический подход к магии и побудил оккультистов того периода переосмыслить ее как метод внутреннего духовного развития. То же верно и в отношении другого видного деятеля указанного периода, Израэля Регарди (1907–1985), который изучал работы Фрейда и Юнга, объединяя их идеи с идеями самого эксцентричного из учеников Фрейда, Вильгельма Райха (1897–1957). См. Кроули, Алистер; Юнг, Карл Густав.

Во второй половине XX века ряд теоретиков определяли магию исключительно в психологических терминах, как метод ритуальной психодрамы, не оказывающей воздействия на мир за пределами духовной сферы ее участника. Такое понимание нашло мало сторонников как в оккультном сообществе, так и среди широкой публики. Более популярными оказались идеи американского мага и друида Ф. Э. И. Боневица (род. 1949), позаимствовавшего свою концепцию из области парапсихологии и определявшего магию как набор психологических методов пробуждения сверхъестественных способностей вроде телепатии и телекинеза.

Принимая во внимание такое разнообразие противоречащих друг другу определений, было бы рискованным делом предлагать еще одно. Но всё же с уверенностью можно утверждать, что магия — это то, чем занимаются маги. Другими словами, магия — это социальное явление, характерное для определенной субкультуры, в той или иной форме существовавшее в западном мире на протяжении по меньшей мере двух с половиной тысяч лет. Пифагорейцы и орфики классической Древней Греции, гностики и герметисты Римской империи, оккультные секты арабского Ближнего Востока, теневой магический и алхимический мир средневековой Европы, эзотерические школы герметизма эпохи Возрождения, тайные общества раннего периода Нового времени, оккультные ложи XVIII–XIX веков, магические общины и языческие ковены настоящего времени — всё это проявления одного и того же феномена («магический андеграунд»), довольно явно выраженного и последовательного, чтобы его изучать как отдельный предмет.

Кроме того, как следует из вышесказанного, магия — это еще и историческое явление. Современная западная магия представляет собой совокупность теорий и идей, часть которых уходит корнями в глубокую древность, в оккультные традиции древнегреческого мира. Сам термин «магия», как было сказано выше, появился именно в этом древнем окружении и с тех пор неизменно отождествлялся с этими традициями. Таким образом, имеет смысл обозначать термином «магия» именно эти теории и идеи, а не какую-то более универсальную категорию, в которой они были бы всего лишь частью более обширного целого.

Согласно этой точке зрения, «магия» — это не абстрактный вид человеческой деятельности, проявления которой обнаруживаются во все времена и среди всех народностей, а исключительно совокупность традиций западного мира (Европа, Северная Африка, Ближний Восток), в последнее время распространившихся и в других частях света. Она ставит своей целью изменить окружающий мир посредством контакта с нематериальными силами, но делает это согласно своим довольно строго определенным историческим канонам. С этой точки зрения способы нематериального воздействия на мир, которые существовали и развивались в других частях света, нельзя назвать собственно магией, поскольку это всё равно как если бы китайские или гаитянские ученые называли западную магическую традицию европейским даосизмом или европейским вуду.

Манускрипт Войнича.Пожалуй, самая загадочная книга в мире, обнаруженная в 1912 году в итальянском городе Фраскати, на дне старого сундука в иезуитском колледже. В том же году ее приобрел торговец старыми книгами Вилфрид Войнич и увез ее в США. Сменив ряд владельцев, в 1969 году книга оказалась в библиотеке Йельского университета.

Манускрипт представляет собой рукописный том объемом в 204 страницы размером 15 x 23 см. Еще двадцать восемь страниц в настоящее время считаются утраченными. Текст либо записан на неизвестном языке, либо представляет собой на удивление сложный шифр. На первый взгляд он похож на обычную средневековую рукопись, но в действительности записан особым алфавитом из двадцати девяти букв, который больше не встречается ни в одном из известных письменных памятников. Текст перемежается иллюстрациями с изображением растений, знаков Зодиака и обнаженных женщин, купающихся в водоемах.

Вместе с манускриптом обнаружено письмо от 19 августа 1666 года, составленное Иоганном Марком Марци, ректором Пражского университета, и адресованное известному иезуиту, ученому и лингвисту Атанасиусу Кирхеру. В письме сообщается о том, что эту рукопись некогда приобрел император Рудольф II не менее чем за 600 дукатов, а также содержится просьба расшифровать текст, поскольку Кирхер считался большим знатоком шифров.

Как рукопись попала в Прагу, остается загадкой, хотя ряд фактов позволяет предположить, что манускрипт имеет отношение к одному очень известному представителю западной эзотерики. Изначально страницы не были пронумерованы, но некто восполнил этот пробел в XVI веке. Почерк, которым написаны цифры, схож с почерком Джона Ди, великого ученого и мага елизаветинской эпохи, проведшего несколько лет в Праге во время правления Рудольфа II. Книга некоторое время явно принадлежала Джону Ди, поскольку его сын, Артур Ди, вспоминал о том, что у отца, в бытность его в Праге, имелась некая книга, написанная исключительно «иероглифами». Привез ли Джон Ди книгу из своей библиотеки (крупнейшей в Англии) или приобрел где-то во время своих поездок, в настоящее время узнать невозможно.

С момента находки было предпринято множество попыток расшифровать рукопись, а некоторые исследователи даже утверждали, что им это удалось. К сожалению, никто из них не предоставил убедительных доказательств своей правоты. Не принесли результатов и усилия Национального агентства национальной безопасности США, надеявшегося сделать это с помощью суперкомпьютера «Крей-6». Манускрипт Войнича и поныне остается одной из самых больших нерешенных загадок нашего времени.

Масонство. Орден вольных и принятых каменщиков, международное братство, имеющее обширные исторические связи с оккультизмом. В строгом смысле слова не является оккультной организацией, но поскольку это наиболее влиятельный из братских орденов западного мира, деятельность его издавна была окружена различными слухами и спекуляциями на тему тайных лож, степеней посвящения, инициации, оккультного символизма и тому подобного. В своей основной форме масонство предлагает три степени («градуса») посвящения в традицию, связанную с символикой и учением мастеров-каменщиков, возводящих истоки своей профессии к легендарному строителю храма царя Соломона.

На такой сравнительно простой основе впоследствии была создана довольно сложная и запутанная система ритуалов, символов, благотворительной деятельности, теорий духовного развития, а порой и откровенного затуманивания мозгов.

Истинные сведения о происхождении масонства скрыты за густой пеленой домыслов и легенд. Сами масоны на протяжении последних трехсот лет возводили свою историю к древнеегипетским жрецам, римским коллегиям архитекторов и средневековым рыцарям-тамплиерам, не говоря уже о строителях храма царя Соломона. Многие из этих теорий до сих пор можно встретить в современной литературе. Однако не существует никаких прямых доказательств того, что эти лица и организации действительно имели какую-то историческую связь с вольными каменщиками. Напротив, имеется много оснований предполагать, что истоки масонства были куда более прозаическими и что их следует искать среди средневековых профессиональных гильдий каменщиков Шотландии и Англии. См. Храм Соломона.