Чтение онлайн

— Это что — неудобно?

Это? Удобно, очень удобно! Нет, на кровати было бы еще удобнее, но и так мне очень, очень нравится!

А, стоп. Он про другое.

— Не то чтобы неудобно, — я решила не быть покорной жертвой извращенца, а извращаться сама, и потянула теккеровскую футболку из-под пояса его джинсов. — Это, скорее, бессмысленный износ чулок. Все равно красиво не предъявишь. Ну, ты же все равно не полезешь под джинсы проверять, что на мне надето?

— Как это — “не полезу”?! — Искренне взнегодовал Вив, смерив взглядом мои спущенные до колен штаны.

Это что еще за бессмысленная жестокость — выяснять, почему я не надела чулки в тот момент, когда их все равно пора снимать? Не то, чтобы я разозлилась… но если бы у меня сейчас была возможность пнуть гросс Теккера — я бы пнула!

Ладно, я разозлилась.

Но побить этого придурка мне хотелось все же меньше, чем получить его же в свое полное удовольствие.

— Хо-ро-шо, — отчеканила я. — Будут тебе чулки! Я их надену. Вали из комнаты!

Вив расплылся в улыбке, чмокнул меня в нос, отодвинулся и… и вместо того, чтобы выйти, плюхнулся поперек кровати. Вид у него был расхристанный, самодовольный и просто — довольный.

Вконец охамел. Я сделала строгое лицо:

— Что в словах “вали из комнаты” тебе непонятно?

— Мне непонятно, почему меня лишают невинных маленьких радостей! Давай, Морель. Переодевайся!

Он развалился, всем своим видом давая понять, что мою кровать он в ближайшее время не покинет, и вообще, возможно, врос в нее на веки вечные.

Гад неприятный.

Я прикинула, что выгоднее: качнуть права и продавить все же свою точку зрения или?..

Хм…

— Ладно, оставайся. Но за тобой должок!

Вив ухмыльнулся:

— Не вопрос! Готов переодеться перед тобой в любое время!

Нет, кто-то довыделывается, что переодеваться будет точно в чулки.

Решив, что эта идея достаточно хороша, чтобы рассмотреть ее поближе, я окинула гросс Теккера надменным взглядом и открыла дверь одежного шкафа.

В принципе, если переодеваться за ней…

— Морель! Мы так не договаривались!

— Вот именно! Нужно тщательнее составлять договоренности!

— Нет, ну так не честно! Если ты немедленно не выйдешь — я аннулирую достигнутую договоренность! Никаких долгов!

— Пф-ф-ф!

— Ну, Кэсс.. Ну, пожалуйста!

Вот кто, кто научил этого подлеца так пользоваться голосом? А у бедных девушек потом в животе екает и пальцы на ногах поджимаются.

Пометавшись между “мне стыдно и неловко переодеваться на глазах у элитного самца гросс Теккера” и “я хочу иметь возможность переодеть его во что-то совершенно непристойное”, я вышла из-за дверцы.

Забавно, насколько беззащитной себя чувствуешь, когда снимаешь одежду под мужским взглядом. Как будто вместе с одеждой снимаешь с себя броню.

И странно, насколько приятно мне видеть, как тает выражение расслабленности и самодовольства на лице Вива, как весь он превращается в концентрированное, кристаллизованное внимание, и все это внимание направленно на меня. Сосредоточено на мне.

Он пожирает глазами скользящие по ногам вниз джинсы. Он облизывает взглядам полосу живота, которая растет, когда я тяну вверх водолазку.

И в этот момент, похоже, ему плевать, что я не умею делать это эротично. Выглядеть выигрышно. И, кажется, он вообще не замечает, что это всего лишь я — ни разу не идеал красоты, женственности или сексапильности. Потому что сейчас, под его взглядом, под его вниманием, под его неприкрытым желанием появляется ощущения, что — идеал.

Одежда пинком отправляется в сторону.

Чулки — нежнейший шелк, ажурный узор — слишком роскошны для того комплекта белья, что на мне, но когда еще мне представится случай их выгулять, может, и никогда, такое я под юбку точно не надену и на лекции не пойду, так что сейчас или никогда.

И, поставив ногу на стул, я тяну носочек, и выгибаю спину, и оттопыриваю попу — потому что я хочу, хочу быть красивой в его глазах! — и растягиваю чулок вверх, удивляясь, как чувственно ощущается его скольжение под пальцами, почему я никогда этого не замечала?

В голове гудит, и шумит, и взгляд Вива ощущается так же явственно, как тактильное прикосновение.

И когда он просит — “Повернись!”, я бросаю на него взгляд, и упиваюсь этим мгновением моей абсолютной власти.

И поворачиваюсь в Виву спиной, когда надеваю второй чулок.

Я почти закончила с чулками, когда сзади скрипнула кровать, а потом Вив оказался рядом. Грубая ткань джинсов прижалась к ягодицам, ощущаясь сквозь нежное кружево трусиков возбуждающе и будоражаще.

Я выпрямилась. Чувствуя, как в голове пустеет и легчает, я развернулась к нему лицом и прижалась всем телом, и оплела за шею руками, улыбаясь в потемневшие глаза с расширенными зрачками. И потерлась об него — в такт тягучей беззвучной мелодии, которая звучала в крови, билась в висках.

Боги, ну зачем, зачем он мне так нравится? Это же совершенно излишне!

Но и эти мысли — тоже излишни. Нравится — значит, нравится. Сейчас у меня есть то, что есть.

Вив подхватил мое танцевальное движение так легко, словно слышал зовущую музыку, звучащую в моей голове, и этот странный танец в тесноте моей комнаты словно сделал нас ближе друг другу — как будто упали все барьеры, исчезли границы.

Широкие ладони легли мне на шею, проскользили выше и обхватили лицо.

И поцелуй вышел тягуче-нежным, и сладким, и я пила этот поцелуй, ловила губами чужой язык, и ласкала его своим языком и сходила с ума, желая большего. Желая его всего.

И подхватив меня на руки, Вив отнес меня в кровать — что тут нести, два шага, но мое сердце колотилось, словно не два шага, а полмира, и дыхание сбивалось, и мы снова целовались — я снизу, Вив сверху, а между нами мое белье и его джинсы, и это так много, слишком много, всё, кроме нас с ним, здесь лишнее!

— Ты так много шутила про смазку, а я так и не купил, — пробормотал мне в губы Вив.

Смазка? Я сжала внутренние мышцы — ну… кажется, сегодня смазка и не нужна! Но если Вив хочет — то почему бы и нет?

— В тумбочке, в ящике.

Я говорила, и чувствовала губами его губы, и ерошила короткие волосы, наслаждаясь ощущениями, как они скользят под ладонями.

И то время, что понадобилось гросс Теккеру, чтобы найти смазку в ящике, показалось мне вечностью, потому что на это время он оторвался от меня.

И снова поцелуи.

И мне хотелось, хотелось так, что сознание плыло и восприятие расслаивалось

И Вив, стоящий на коленях мной, а мои ноги в чулках прижаты к груди.

Он отбрасывает в сторону мои трусики и выдавливает смазку из блестящего тюбика, и греет ее в ладонях.