Чтение онлайн

– Ты давно интересуешься корабельными делами?

– Всю жизнь, - сказал он как о самом обычном деле.
– В два года нашел кусок пенопласта, воткнул карандаш, прицепил к нему клок газеты и сказал "карапь". Сам не помню, но родители говорят, что было так. Ну и с тех пор...

– А у меня это как когда. Волнами находит...

– Нет, на меня, как нашло один раз, так и осталось...

– В моряки собираешься?

– Наверно, в судостроительный. В штурмана с очками не возьмут. Да строить, по мне, это даже интереснее, чем курсы-галсы прокладывать... Особенно парусники.

– Слушай, ты ведь, наверно, все типы парусников знаешь?

– Все никто не знает, - солидно возразил Пашка.
– Сколько их было за историю человечества... Но в основных, вроде бы, разбираюсь.

– Тогда скажи: что такое трехмачтовый галиот?

– Это как у капитана Грея, что ли?
– сразу понял Пашка. Все же хорошо иметь дело с тем, кто такой же "чокнутый", как и ты.

– Ну да!

– Почти везде написано, что таких никогда не было. Вроде бы Грин придумал этот тип так просто, от фонаря. Но в одном журнале, в старой "Науке и жизни", я прочитал, что трехмачтовые галиоты все же были, только это очень редкий тип. Они походили на голландские флейты, но латинский парус у них был не только на бизани, но и на гроте. А над ним - прямой, грот-марсель.

"Но ведь это в точности, как на том Илюшкином костюме!
– вспомнила я. Не зря мне, значит, казалось, что это парусник Грея!" Почему-то я очень обрадовалась, хотя, казалось бы, не все ли равно теперь? Илье в этой ребячьей одежонке больше не гулять, да и мне она безнадежно мала...

А Пашка тем временем рассуждал:

– Теперь галиоты никто уже не строит. Поэтому, когда снимали "Алые паруса", греевский "Секрет" изображала баркентина "Альфа". Неизвестно, куда потом девали весь этот шелковый парусный комплект. А баркентину, говорят, разломали, растащили на дрова, когда состарилась. Жаль, верно?

Я кивнула. И подумала опять, что именно баркентины нет в моей монетной коллекции. И нащупала в кармане монетку с "Перси Дугласом". Показать Пашке?

Или...

– Вот что! Раз тебе не нужен мой адрес, давай я оставлю залог.

Он чуть очки с носа не уронил.

– Какой залог? Зачем? Думаешь, я тебе не верю, что ли?

– Тьфу ты, бестолковый, - не выдержала я.
– Это... ну, будто игра такая...
– Мне прямо из всех сил сейчас хотелось, что бы завязался у нас какой-то "парусно-таинственный" узелок. Раз уж мы "сообщники"...
– Или даже не игра, а примета. Чтобы все получилось хорошо...

Он... или понял что-то, или просто решил не спорить. Сказал по-хорошему так:

– Раз примета, давай. А какой залог?

– Вот!
– Я вложила монетку в его ладонь. Пашка поднес ее ближе к очкам.

– Ух ты...

– Это фрегат "Перси Дуглас" с острова Джерси.

– Я разобрал. В очках-то я вижу хорошо...

– Но имей в виду, это не насовсем. Когда отдам копию книги, ты вернешь монету.

– Как пароль в кино про пиратов, - наконец засмеялся он. Принял игру.

– Да!.. Слушай, Пашка, а ты не знаешь, что такое "бэйливик". Смотри, тут написано... Я ни в одном словаре не нашла.

– Знаю. Это у англичан "округ". У нас области и районы, а у них графства и округи. Джерси - округ в Нормандском герцогстве.

Как все просто оказалось!

– Надо же! Какой-то округ, а свои деньги выпускает!.. У меня еще несколько монеток оттуда есть, с другими судами. Если хочешь, потом покажу.

Пашка поправил очки и сказал тоном, почему-то похожим на Лоськин:

– Да, я хочу.

2

Увы, я напрасно думала, что мама разделит со мной мою радость и энтузиазм.

Казалось бы, отчего не помочь родной и любимой дочери заполучить копию с книги, которую она (любимая дочь то есть) раздобыла с таким трудом? Но мама сказала, что я спятила. Она, мама, на работе рвется на части. У нее масса нерешенных проблем. А с ксероксами полный завал. Один вышел из строя, два других заняты с утра до вечера. И кто будет тратить уйму времени и сил ради фантазий посторонней девчонки!.. Ну, может быть, если выберется время... и не сразу, а частями... в течение месяца, скажем...

– И, пожалуйста, не набухай! Что за мода! Взрослая девица, а чуть что сырость на ресницах...

И неправда! И никакой сырости! Просто я подумала: что скажу Пашке Капитанову?

Наобещала!..

Мама поглядела строго, потом помягче.

– Вот что... корабельная душа. Позвони дяде Косте. У них с ксероксами попроще, он как-то даже помогал мне...

– Издеваешься, да? Он же в командировке.

Мама сказала, что она не такое чудовище, чтобы издеваться над собственным ребенком (пусть даже вредным и невоспитанным). Дяде Костя приехал раньше срока, сегодня утром, и звонил ей, маме.

– По делу...

Могла бы и не добавлять.

– Мама, я помчалась!

– Позвони сначала!

– Позвоню по внутреннему! Городской у них всегда занят!

Трест "Стройметалл" находился в высоченном офисе на углу проспекта Космонавтов и Пушкинской. Вестибюль там был как в министерстве (хотя в министерствах я не бывала). Проход - с вахтером и никелированными турникетами. Я на внутреннем аппарате набрала знакомый номер - 3-46.

– Дядя Костя, это Женька!.. Ну да! Я внизу! Дядечка Костя, уж-жасно важное дело!

Иначе не пришла бы!.. Ага, сейчас!
– Я помахала трубкой сидевшему неподалеку охраннику. Он взял трубку параллельного аппарата. Послушал, кивнул, махнул рукой: топай, мол, посетительница, пока не передумал.

Кабинет был на седьмом этаже, я доехала на быстром, прямо космическом лифте.

Дядя Костя оказался один, говорил с кем-то по селектору. Показал на кресло. Я погрузилась в него, в мягкое и необъятное. Дядя Костя кончил разговор, выключил аппарат.

– Привет, Евгения. Излагай.

Я изложила. И показала книгу. Он повертел ее.

– Нет проблем. Через пару дней сделаю, позвоню. Или занесу. А теперь... рад бы поболтать, да все равно не дадут. Извини.

– Дядя Костя, я исчезаю! Спасибо!... Ой, и за подарок спасибо! Такие чудесные корабли!

– Я рад...

Недалеко от дома я встретила Лоську.

– Я заходил, а к вас заперто...

– У всех дела, Лосенок!
– бодро сообщила я, потому что была в хорошем настроении.

– Женя, пойдем погуляем?