Чтение онлайн

— О, это невыносимо! — Ольга глядела на неё во все глаза. Неожиданно она совсем растерялась. — Но ты ведь подослала своего человека прошлой ночью.

— Какого еще человека?

Они уставились друг на друга в полнейшем взаимонепонимании.

— А ты и правда не знаешь? Честно?

— О чем?

— Прошлой ночью ко мне в спальню пробрался мужчина, — спокойно сказала Ольга. — У него был нож, угрожая которым, он приказал мне раздеться. Поэтому я его застрелила. Такого он не ожидал.

— Ты… застрелила… на… насильника. Я не ослышалась?

— Нет, не ослышалась, а еще у него было письмо с инструкциями, скрепленное печатью твоего родосплетения.

— Не понимаю. — Мириам помотала головой. — Что за печать? Касательно чего инструкции?

— Касательно моей девственности, — невозмутимо сказала Ольга. — Весьма подробные. Каков закон в твоем мире? О браках благородных?

— О… каких? А, ну встречаешься с кем-то, тебе делают предложение — мужчина, как правило, — устраиваете свадьбу. Вот и все. А у вас что, как-то иначе?

— А как же собственность титула! Конфискация. С этим что?

— Какая еще конфискация? — Должно быть Мириам выглядела совсем уж озадаченной, поскольку Ольга нахмурилась.

— Если мужчина, неженатый, переспит с девушкой, также незамужней, то он на ней женится, если в состоянии заплатить покровителю выкуп. И вся её собственность и титулы также переходят к нему, как её главе. Она не имеет права голоса, в случае если мужчина достигнет соглашения с её покровителем, каковым, покуда я здесь, под его кровом, мог бы стать для меня граф Хьорт. В моем случае, поскольку я полноценный член Клана, моя доля в Клане станет его. Этот простолюдин… — она злобно отчеканила это слово — …ворвался в мои покои с мыслёй об изнасиловании в башке и полной мошной монет, достаточной для того, чтобы откупиться от петли.

— И письмом, — сказала Мириам, полная дурных предчувствий. — Письмом с какой-то печатью? Чернильной? Сургучной? С оттиском перстня?

— Нет, на нем была пломба с оттисками штемпелей Торольдов и Хьортов. Омерзительная выходка.

— Еще бы. — Мириам мысленно присвистнула. — Ты мне поверишь, если я скажу тебе, что у меня нет и не было такого штемпеля и я ничего подобного даже в глаза не видела? Я даже не знаю что за люди в моем родосплетении, хотя мне и следовало бы знать, потому что им не очень-то понравится, если я… — Мириам замолчала. — Ах, ну конечно же.

— Что конечно же?

— Слушай, а прошлой ночью не была ли в твоих палатах открыта дверь на крышу? После того, как ты его убила? В смысле, дверь, через которую он проник?

Ольгины глаза сузились.

— А если и так?

— Вчера, находясь в своей комнате, я переместилась на ту сторону, — сказала Мириам. — Считается, что у дворца есть защищенный доппельгангер, однако там, на другой стороне, то место, которое соотносится с моими палатами, совершенно не охраняется. Любой мироходец может запросто туда войти. Позднее, мы с Бриллианой обнаружили открытую дверь, которая вела на крышу.

— Ох. — Ольга огляделась, особенно внимательно посмотрев за спину Мириам. — Пойдем, — сказала она. — Возможно мне придется извиниться перед тобой. Есть еще какие-то мысли по этому поводу?

— Есть. — Мириам, все еще напуганная, двинулась на ватных ногах следом за Ольгой. — У меня вопрос: кому это выгодно? У меня нет печати родосплетения и я даже не знала, что подобная вещь существует, пока ты мне не сказала, но совершенно очевидно, что остальным в моем родосплетении пошло бы на пользу если бы ты меня убила. А если бы даже и не убила, то лишила бы меня дружеской поддержки в ситуации, когда из-за меня вот-вот разразится скандал чудовищных размеров, что им тоже во благо. А если бы ты еще припомнила кого-то, кому, вдобавок, выгодно помешать твоему будущему брачному союзу… — Мириам прикусила язык, но было слишком поздно.

— Вроде Роланда? — тихо сказала Ольга.

— Уф. Да.

— Ты действительно его любишь? — спросила она.

— Э-э… — Враз онемев, Мириам попыталась хоть как-то собраться. — Пожалуй.

— Классно! — Ольга искренне улыбнулась. — Если бы вы соизволили сговориться и убедить вашего дядю внести поправки в его планы на мой счет, это бы значительно упростило мне жизнь. — Она покачала головой. — Я бы скорее за камень вышла. Он хорош в постели?

Мириам неистово откашлялась в кулак.

— Да что ты знаешь о…

— Думаешь, я дура набитая? — Ольга покачала головой. — Я знаю, что ты вдова, у тебя нет покровителя и ты полноправна. Любовные интрижки тебе ничем не грозят. Было бы наивно ожидать от тебя воздержания. До замужества я несовершеннолетняя, а после — теряю независимость. Ну не отвратительный ли парадокс?

— Не понимаю я вас, люди, — пробормотала Мириам, — но по-моему ваши законы насчет брака и наследства изрядно подгуляли. Изнасилование как инструмент финансовой интриги — это омерзительно!

— Значит насчет этого мы сходимся во мнениях, — кивнула Ольга. — Как ты думаешь, кто за этим стоит?

— Ну, очевидно тот, кто меня не любит. — Она принялась загибать пальцы. — А также презирает тебя, либо желает во что бы то ни стало устранить тебя. Кстати, что бы с тобой было, если бы ты меня застрелила?

— Со мной? — Ольга беспечно пожала плечами. — О, вероятно, меня бы повесили, а что?

— Смотри сюда. Пункт второй: некто имеет зуб и на тебя, и на меня. Все сконцентировано вокруг нас, — что-то требовавшее внимания не давало ей покоя, — нет, пока нет. Ладно, пункт три: мои неохраняемые покои. Это мы можем навесить на барона Оливера, так? Некто этим воспользовался и пробрался внутрь, чтобы потом перебраться через крышу. Думаю, с этим все ясно. Прошлой ночью я велела Бриллиане запереть внутреннние покои — которые доппельгангерные — изнутри, после того как осознала, что за открытой дверью, ведущей на крышу, расположен участок, который на той стороне не охраняется. Может их первоочередной задачей было застрелить меня во сне, а когда у них не вышло, они занялись второй целью — тобой. Они нападают, убеждают тебя, что в этом замешана я, ты меня убиваешь — они победили, а если не убиваешь, то я лишаюсь союзника, то бишь тебя, и, возможно, все остальные также настраиваются против меня. Как ты думаешь, они рассчитывали на то, что Роланд поверит будто я с тобой такое сотворила?

Ольга сцепила руки.

— В том-то и дело, — спокойно сказала она. — Если они не знали о тебе и Роланде, то предполагали, что он рассматривает меня как предмет своих вожделений. В таком случае, вполне нормальной реакцией было бы возненавидеть заказчика изнасилования его вероятной невесты. Вот из таких действий и возникает кровная родовая вражда. — Её пальцы впились в плечо Мириам. — Клянешься, что ты не приложила к этому руку?

— Ольга, ты и вправду считаешь, что я могла бы заплатить какому-то мужику, дабы он изнасиловал мою злейшую противницу, вместо того, чтобы просто пристрелить её и навсегда со всем этим покончить?

Ольга понемногу расслабилась.

— Если бы ты не выросла там, я бы так и считала. Но ты ведешь себя просто прелесть как естественно и непринужденно, поэтому мне с трудом верится, что ты способна на такую жестокость. Либо дьявольскую хитрость.

— Ну, не знаю. Чем дольше я здесь, тем большей параноичкой становлюсь. — Мириам вздрогнула. — А существует ли опасность, что какой-нибудь придурок попытается изнасиловать меня из-за моего предполагаемого богатства?