Чтение онлайн

Бедная графиня. Яду в ней, безусловно, много, но вот сцедить его эффектно она не умеет. Так… прыскает на все подряд гомеопатическую дозу.

— Семейная атмосфера? — переспросила маркиза. — В доме герцога Вэлтора? Это… необычно.

— Я люблю все необычное, — ответила и, поймав напряженный взгляд графини, не отказала себе в удовольствии добавить. — Герцог находит эту мою черту характера восхитительной.

Графиня скривилась так, что ее красивое лицо стало похоже на очень заношенный башмак. Ха! Учись, студент, как надо яд цедить!

— И что же будет на этом приеме? — поинтересовалась баронесса. — Бал? Карточные игры?

— Я планирую ввести некоторые новые традиции, — начала я осторожно. — Видите ли, недавно я познакомилась с одним купцом из Нортландии (название у меня само всплыло в голове, будем надеяться, такая страна действительно существует). Он рассказывал о зимних обычаях своей страны. Там принято украшать дома венками из еловых веток. Это символизирует бесконечность времени и нашего жизненного пути…

— Венками? — графиня вложила максимум презрения в свою реплику. — Какая вульгарщина.

— Вовсе нет, — возразила я. — В Нортландии это считается высшим шиком. Только самые знатные семьи могут себе позволить нанять мастера для создания таких венков. Говорят, сама королева заказывает их ко двору.

Я нагло врала. Понятия не имела, что там делает королева Нортландии. И точно ли есть такая страна, как Нортландия. Но звучало убедительно. Герцогиня Розанна внимательно посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на венки, украшающие гостиную.

— А эти венки… — начала она медленно.

— Привезены как раз из Нортландии, — подхватила я. — Герцог заказал их специально. Правда, они обошлись в кругленькую сумму, но результат того стоит, не правда ли?

Дамы повернулись к венкам. Рассматривали их с новым интересом. Еловые ветки, красные и золотые ленты, кружево, шишки… Ничего вульгарного. Изящно. Празднично.

— Надо признать, — протянула баронесса, — выглядит это действительно… красиво.

— А где можно заказать такие? — оживилась маркиза. — Я бы хотела украсить свой дом к празднику.

Вот оно. Крючок заброшен, рыбка клюет.

— Боюсь, это проблематично, — вздохнула я. — Купец уже уехал обратно в Нортландию. Сказал, что вернется только к весне.

— Какая досада, — искренне расстроилась маркиза.

— Хотя… — я сделала паузу, как будто раздумывая. — У меня осталось несколько венков, которые герцог заказал впрок. Если хотите, могу уступить их вам. Правда, не бесплатно — все же это товар из-за границы.

— И сколько? — баронесса уже доставала кошелек.

— По золотому за венок, — назвала я цену. — Именно столько брал купец.

— Я возьму четыре, — немедленно заявила баронесса.

— А я — восемь, у меня большой дом, — подхватила маркиза.

Даже графиня, которая еще минуту назад морщилась от слова «венки», заколебалась.

— А… цвета можно выбрать? — спросила она неуверенно.

— Боюсь, только то, что есть, — развела я руками. — Красные и золотые ленты. Традиционные нортландские цвета.

— Тогда… и мне четыре венка, — сдалась графиня. Видимо, перспектива отстать от моды оказалась сильнее гордости.

Я мысленно ликовала. Шестнадцать золотых монет! За венки, сделанные из веток, которые выбросили в мусор! Неплохая прибыль для начала.

— Прекрасно, — я старалась улыбаться не слишком широко. — Завтра утром прикажу слугам доставить венки к вам домой. Вместе со счетом, разумеется.

— А у вас их точно хватит? — забеспокоилась баронесса. — Вы сказали «несколько»…

— О, вполне, — заверила я и поймала проницательный взгляд герцогини, но продолжила. — Герцог заказал слишком много, как по мне. Он так хотел, чтобы весь дом был украшен к празднику, но мне кажется, во всем должна быть мера.

— Кстати, леди Иветта, — герцогиня Розанна махнула рукой служанке. — Мы ведь пришли не только на чай. Мы пришли познакомиться и поздравить вас с замужеством. Надеюсь, вы примете наши скромные подарки?

Подарки? Я совсем забыла об этой традиции. Конечно, светские дамы не могли просто так явиться в гости к новобрачным. Зулана принесла поднос с несколькими коробками, обернутыми в дорогую бумагу и поставила его на столик рядом с нами.

— Я начну, — баронесса Кларисса вручила мне коробку побольше. — Ничего особенного, но надеюсь, пригодится.

Внутри оказался набор изящных носовых платочков с вышивкой. Тонкая работа, дорогие нитки.

— Прелестно, — поблагодарила я. — Спасибо, баронесса.

— А я принесла вот это, — маркиза Долорес протянула плоскую коробку. — Думаю, вам понравится.

Набор гребней для волос. Перламутр и серебро. Красиво.

— Очень мило, — кивнула я. — Благодарю.

И, конечно, графиня Дель Монте. Она медлила, явно наслаждаясь моментом.

— А вот мой подарок, — наконец произнесла она, протягивая небольшую коробочку. — Специально для вас подобрала.

Графиня протянула свою коробку с таким видом, будто оказывала мне невероятную честь. Коробка была плоской, обернутой в черно-серебристую бумагу. Что-то в этом сочетании цветов заставило меня насторожиться.

Я развернула бумагу и открыла подарок. Внутри лежал веер. Черный веер. С серебряной отделкой и изящной резьбой на пластинах. Красивый. Дорогой. И абсолютно неуместный для молодой невесты.

Черный веер носили вдовы. Во всяком случае, именно так было принято в большинстве аристократических семей, если память бывшей владелицы тела мне не изменяет. Повисла тишина. Баронесса рвано выдохнула. Маркиза уставилась на графиню с плохо скрываемой неприязнью. Даже герцогиня подняла бровь.

— Графиня, — протянула я медленно, рассматривая веер. — Какой… необычный выбор.

— Я подумала, что черный цвет вам к лицу, — ответила графиня с невинной улыбкой. — Вы должно быть так элегантно выглядите в темных тонах. И веер такой изящный. Антикварный, между прочим. Принадлежал моей прабабушке.

Ага. То есть твоей прабабушке-вдове, хотела бы я добавить.

— Как щедро с вашей стороны расстаться с семейной реликвией, — я улыбнулась так же сладко. — Вы так добры, и знаете, я недавно читала о старинных традициях. Говорят, дарить черный веер незамужней женщине или молодой жене — к долгой и счастливой семейной жизни. Символизирует защиту от сглаза и недоброжелателей. — Я выдержала паузу. — Вы ведь именно это имели в виду, не так ли?