Чтение онлайн

— Лучше и не придумаешь, — охотно провернул нож Асмодей. — Она счастлива без тебя. Она абсолютно счастлива. У нее все хорошо. Вон, детей уже от того смертного рожает… хорошая девчонка получилась, здоровенькая. На мой профессиональный взгляд — крепчайшая семья. Чистейшая, искренняя любовь. Давай выпьем за их семейное счастье и блистательное будущее. Без тебя.

Тут даже Хальтрекарок понял, что это издевательство, и проникся ненавистью к своему лучшему другу… хотя какой ему Асмодей друг после этого? Бухой ублюдок. Озверевший черт.

Чтобы выразить свое отношение, Хальтрекарок щелкнул пальцами, и бутылки с пивом взорвались. Какой-то мелкий бес за окном упал, пораженный осколком.

Асмодей хохотал так, что вино пошло носом. Юный стажер угодливо подхихикивал, уже снова наполняя бокалы. Воспаривший над полом Хальтрекарок несколько секунд еще кипел от злости, но потом решил, что переживать из-за такой ерунды ниже его достоинства, и бросил:

— А я даже рад за нее. Рад, что после того, как я ее выгнал, она нашла хоть какой-то приют. Хотя бы в хижине смертного.

— Правильное отношение, — одобрил Асмодей. — Воистину ты великодушен. Правда, это не такая уж хижина… для смертного — вполне достойная усадьба. Как у рядового гхьетшедария, пожалуй. В сравнении с твоим дворцом — скромненько, конечно, зато там она сама себе хозяйка и единственная жена своего мужа.

— Ясно, — только и проронил Хальтрекарок.

— Возможно, это был твой первый шаг к просветлению, — с удовольствием закинул ногу на ногу Асмодей. — Прогнать несчастную женщину, тем самым толкнув ее в объятия тому, с кем она счастлива. Еще несколько таких благородных поступков сделают из тебя небожителя… или куколда. На всякий случай напоминаю, что я предпочитаю рыжих.

— Суть Древнейшего, Асмодей, прекрати меня злить. И вообще, я уверен, что ты вре… преувеличиваешь. Я… я должен убедиться сам. Наверняка она не возвращается только из гордости. Собрала ее остатки и еле держится, чтобы не приползти на коленях. Сейчас… я тебе докажу.

После некоторых событий Хальтрекарок оказался ограничен в возможностях. На целых триста… уже двести девяносто шесть лет ему запретили свободно действовать в иных мирах. Искать за пределами Паргорона новых жертв — игроков и женщин. С этими затруднениями он худо-бедно справился, нашел альтернативные пути и даже сумел внести разнообразие в свое творчество… но теперь он стал тосковать по прогулкам за Кромкой.

Странное дело. Прежде Хальтрекарок терпеть их не мог. Большую часть времени он проводил дома, в своем великолепном дворце, и лишь изредка выбирался куда-то с Асмодеем, да еще ныне покойным Гелалом. Другие миры интересовали его исключительно как источник живого материала.

Но теперь, когда ему запретили по ним гулять… они внезапно стали желанными.

Конечно, тот же Ад Хальтрекарок по-прежнему посещал свободно. Пусть-ка Сальван попробует что-то на это возразить. Но все остальные миры… только по приглашению их владельцев. А они обычно не горят желанием пригласить к себе демолорда Паргорона.

Так что просто отправиться на Парифат Хальтрекарок не мог. Не во плоти. Не в полном своем могуществе. Но просто заглядывать в них ему никто не запрещал, у него осталось то, что называют гостевым уровнем. А значит, он мог…

— …Вот и я! — провозгласил Ярлык Хальтрекарока, ступая на пожухлую траву.

В этой части Парифата был ясный осенний полдень. Листья на деревьях пожелтели и уже начали опадать, но зима ожидалась еще нескоро. Присутствуя Ярлыком, Хальтрекарок мог сделать гораздо меньше, чем в телесной форме, но превосходно все видел, слышал и чувствовал.

Он сорвал с дерева листок и смял его. Ну да, живая растительность. Точно такая же, как в его садах. Великолепных, роскошных садах, что Хальтрекарок вырастил для своих жен, и воистину каждая из них — самый прекрасный цветок на его клумбах.

— Пф, уныло, — произнес он, глядя на осенний пейзаж. — И пресно. Как я и ожидал.

Хальтрекарок скрыл себя. В виде Ярлыка он и так почти не источал демонических флюидов, но все же внимательный маг может что-то заметить. А Хальтрекарок хотел увидеть бывшую жену прежде, чем она его обнаружит. Посмотреть, как она без него поживает. Убедиться, что Асмодей солгал в каждом своем слове.

…Майно и Лахджа готовили обед. Енот назначил на сегодня внеочередную генеральную уборку, так что стряпней занялись люди. Дегатти только что закончил делать фарш, и Лахджа сразу четырьмя руками лепила свои любимые чаттбуллар, чудесные тефтели. Один за другим мясные шарики летели на сковороду, в раскаленное масло, и сразу начинали скворчать.

— А почему тут сухарная крошка целыми комками? — недовольно спросила демоница.

— Просто фарш чересчур луковый получился, вот сухари и плохо растопились, — ответил супруг, раскрывая газету.

— Или ты его плохо размешал?..

— Или так. Но это объяснение мне не нравится, оно выставляет меня в невыгодном свете.

Даже с комковатой сухарной крошкой тефтели получились превосходными. Поставив блюдо на стол и мимоходом чмокнув мужа, Лахджа крикнула:

— Обед готов, слетайтесь, бесы!..

Хальтрекарок взирал на это с каменным лицом. Вот, значит, как. Целует смертного… и без отвращения. Даже… даже… раньше она целовала так только Хальтрекарока! Только на него смотрела с такой любовью и преданностью!

Она ведь когда-то его спасла. Спасла жизнь и достоинство… нет, он бы, конечно, и сам справился, но ее вклад нельзя отрицать. Это могло стать началом большого и светлого чувства… но Лахджа оказалась слишком непоследовательна и обернулась против того, к кому испытывала такую страсть.

Куда-то она не туда свернула на своем пути. Не туда тратит все эти чувства. Посмотрите на ее лицо — она же… нет, она не несчастна. Она не страдает. Она спокойна и весела… даже спокойнее и веселее, чем была с ним.

У нее черты лица смягчились! И дело явно не в метаморфизме!

— Вот чего, чего тебе недоставало?! — гневно воскликнул он, распахивая кухонную дверь.

Лахджа выпучила глаза. У Майно изо рта вывалилась тефтелька.

— Я не таких бесов имела в виду… — растерянно произнесла демоница. — Хальтрекарок!.. тебе здесь быть нельзя!.. Ты не имеешь права ко мне приближаться!.. и вообще являться в наш мир! Я Светоносных вызову!

— Это Ярлык! — ткнул в себя пальцами Хальтрекарок. — В виде Ярлыка-то я могу прийти?!