Чтение онлайн

— Пойдем, Астрид, я отведу тебя домой, — сказал Совнар и засеменил по бережку.

В траве стрекотали кузнечики, среди ветвей щебетали птицы. Осень уже началась, но пока на это ничто не указывало — разве что редкие желтые пряди в березовых кронах. Рыжий кот четко выделялся в изумрудной траве, и Астрид легко было за ним следовать.

У нее начали брезжить смутные воспоминания. Вроде и правда она когда-то видела этого кота.

— Котя Соня?.. — переспросила она.

— Да, ты меня так называла, — ответил Совнар, не поворачиваясь. — Я обещал твоей маме, что буду о тебе заботиться, если с ней что-то случится.

— А с ней что-то случилось?!

— В некотором смысле. Твоя мама покинула место, которому принадлежала, и теперь живет тут, среди смертных… привязанная к смертному колдунишке…

Астрид не поняла, о каком колдунишке кот говорит. Она не знала никаких колдунишек.

— Ничего, это временно, — пробормотал кот. — Как ты поживаешь, Астрид? Свежий воздух и свет звезд идут тебе на пользу?

— Ммм… да? И шоколад еще. И куклы. У меня много кукол.

— Правда?.. — без интереса спросил кот.

Но совершенно неважно, с интересом он спросил или без интереса. Астрид уже начала рассказывать. Она стала перечислять своих принцесс-волшебниц, загибая пальцы. Когда пальцы закончились, она добавила:

— И еще одна, но я ее не люблю, она лишняя, потому что я умею считать только до десяти.

— Тебе четыре годика, а ты умеешь считать только до десяти? — спросил Совнар так, что Астрид стало стыдно. — Астрид, умение счета очень пригодится в жизни.

— Зна-а-аю, — протянула Астрид и ударила палкой крапиву. — Мама говорит, что купит мне новую куклу, когда я научусь считать до двадцати.

— Как следует поразмысли над этим предложением, Астрид, — посоветовал кот. — Это выгодная сделка.

— Ну не знаю… Все-таки целых десять цифр… я пыталась уговорить ее на пять, но мама такая упертая… Она сказала, что если я торгуюсь как бушук, то и считать должна как бушук… И тогда она сказала… тогда она сказала… знаешь, что сказала?.. что следующую куклу я получу, только если досчитаю до ста-а-а!..

— Да, жаль, что Исмельда не так воспитывала детей, — неопределенно сказал Совнар.

— Это твоя мама? — спросила Астрид.

— Не совсем…

Астрид и Совнар шли все ниже по течению, и берег становился все грязнее. От реки запахло чем-то гадким… а, нет, не от реки. Справа ивы как будто выстроились кружком, и с ветвей у них вместо листьев свисали черные сосульки. А в центре была яма, полная воды, только вонючей.

У Астрид засвербило в носу, она поморгала — и увидела кучу… всякого. То ли живого, то ли не совсем. Оно немножко шевелилось, даже бормотало что-то. Плоть влажно хлюпала, подрагивала и вспухала, точно тесто. Тонкая сеточка бурых сосудов мелко пульсировала под разлагающейся кожей. Кривые руки, лапки, щупальца с изуродованными пальцами, копытцами, присосками… все это тянулось, пыталось цепляться за землю, за траву…

— Фу, — сморщила лицо Астрид. — Что это? Мы что тут делаем?

— Проходим мимо, — сказал Совнар. — Это всего лишь… помойка. Омут, куда волшебники сливают нечистоты. Какой-нибудь шук мог бы здесь порыться, но для нас с тобой это мелко. Тут не то что условок — на астралку не наскребешь.

Сразу после помойки, к счастью, начались знакомые места. Минут через пять Астрид с Совнаром дошли до речного пляжа, а от него уже тянулась тропа прямиком к усадьбе Дегатти…

— …Обед будет подан через пять минут! — разнесся по дому голос енота.

Лахджа принюхалась к запахам из кухни. Похоже, сегодня овощной суп… и это что, фрикадельки?.. Лахджа обожала фрикадельки.

Она только что закончила измерять свой новый гхьет, и пребывала в эйфорическом настроении. Такое огромное поместье, столько всего — и она его полная безраздельная владелица! Куча места, чтобы растить ребенка, чтобы Астрид было где поиграть!.. кстати, надо бы проверить, где там Астрид, что-то она загулялась, а Ихалайнен сейчас уже обед подаст…

Мимо просеменил никогда не пропускавший трапез Снежок. Все еще мысленно пританцовывающая Лахджа умилилась этому мохнатому белоснежному толстяку и немедленно погладила. Целительный фамиллиар торопился к столу, поэтому отстранился, но бессердечная демоница его не выпустила и даже начала противно сюсюкать:

— А кто мой маленький пушистенький красавец?! А кто тут такой хорошенький усатенький котинька?!

— Прекрати, — раздраженно произнес Снежок, вырываясь из цепкой хватки.

— У кого такие лапки-мягколапки?! Усики-длинноусики?!

— Майно, скажи ей! — возвысил голос кот.

— У кого самая белая и пушистая пузя?! А у тебя, у тебя!.. ать, ать!..

— Не трогай мой живот! — шкваркнул когтями Снежок. — Майно, убери ее!..

При этом он пытался изо всех сил, но не мог прекратить мурчать. Проклятые кошачьи инстинкты вошли в противоречие с гордостью разумного индивида.

— Просто признай, — шепнула ему на ухо Лахджа. — Признай, тебе нравится. Унизься. Смирись со своим падением. Скажи: я, Снежок, всего лишь кот. Миленький пушистик, который любит поглажки.

— Не-е-е-ет!.. — завыл Снежок, пуская демонице кровь.

— Привет, мам!.. — хлопнула дверь.

— О, Астрид, как раз к обеду… — отпустила Снежка Лахджа. — А ты… ой…

Астрид вбежала в дом радостно, уже слыша, как енот расставляет в столовой тарелки. А вот мама почему-то замерла как вкопанная. Снежок зашипел и вздыбился.

— Привет, Лахджа, — сказал рыжий кот, усаживаясь на пороге.

— Привет, Совнар, — сказала демоница, захлопывая перед ним дверь.

Эйфорическое настроение куда-то испарилось.

— Лахджа, я не вампир, — раздался из-за спины мягкий голос. — Мне не нужно разрешение войти.

— Да я… от неожиданности… — замялась Лахджа, отводя взгляд.

Спустившийся по лестнице муж тоже замер и выпучил глаза. Ему вспомнился тот единственный раз, когда Совнар заглядывал в гости, и что за известие он тогда принес.

Воцарилось неловкое молчание. Потом глава семьи кашлянул в кулак и сказал:

— Пообедаешь с нами?

— Эй, не зови его к столу! — прошипела жена.

— Лахджа, что это за грубость? — покосился на нее Совнар. — Мы не виделись три года, и вот так ты меня встречаешь?

— Всего два с половиной. И мне… мне просто не нравится видеть на пороге гостей из Паргорона. Я надеялась, что вы там про меня давно забыли.

Лахджа напряженно переводила взгляд с Совнара на Астрид, которая выбежала посмотреть, где там родители, почему еда все еще не на столе. Демоница не могла выбросить из головы одно давнее обещание, которое дала Совнару, когда дочь была еще совсем крохой, и очень надеялась, что тот не явился потребовать его выполнения.