Чтение онлайн

– Нам полезен любой вклад, – раздраженно ответила Глиссельда. – Потренировавшись, они научатся ей пользоваться, а драконы не будут ожидать от нас ничего подобного.

– Этими глазами я определенно ничего не вижу, – пробормотал Комонот. – Но за свое естественное обличье ручаться не могу. У драконов более острое зрение, и мы можем видеть в ультрафиолетовом…

– Святые угодники! – воскликнула королева, поворачиваясь к нему спиной. – Если я скажу, что небо голубое, он тут же заявит, что это не так!

– Ваше Величество, я собиралась попросить вас, – начала я, заметив, что этих двоих пора разнимать, – позволить Абдо отправиться в путешествие со мной. Он способен видеть огонь сознания других полукровок. Это значительно облегчит поиски.

Глиссельда посмотрела на меня снизу вверх – она была на полголовы ниже меня.

– Мы уже решили отправить в Нинис даму Окру, чтобы ты могла остановиться в ее доме и использовать его как базу для всех операций. Может быть, она сможет помочь? – Я не успела ответить, как она добавила, махнув рукой в сторону Абдо и Ларса: – Мне бы было спокойнее, если бы эти двое остались здесь, в нашем арсенале.

– Лоялисты не допустят, чтобы война пришла в Горедд, – встрял Комонот. – Не сбрасывайте нас со счетов.

С лица Глиссельды сошли все краски.

– Ардмагар, – произнесла она, – простите, но вы утратили мое доверие.

Она развернулась на каблуках и зашагала назад, ко дворцу. Комонот наблюдал за ней с непроницаемым выражением лица, рассеянно перебирая в руках золотые медальоны, висящие на его шее.

Я бросила взгляд на Абдо и Ларса. Они все еще держались за руки и смеялись, наблюдая за голубями, которых потревожили. Они не будут скучать по нам. Я взяла ардмагара под руку: он поморщился, но вырываться не стал. Мы вместе направились во дворец.

Еще тогда, в середине зимы, ардмагар Комонот назвал меня своим учителем – это звание пользуется среди драконов особым почетом. Это означало, что он даровал мне определенную власть над ним, в особенности в вопросах, касавшихся человеческих отношений. Он должен был прислушиваться ко мне, если я считала, что он в чем-то не прав. За эту долгую зиму он несколько раз обращался ко мне за советом, но он не всегда замечал, что нуждается в помощи. В таких случаях мне приходилось самой сообщать ему об этом.

Я не возражала. Я не раз схожим образом помогала Орме, и мой новый долг напоминал о нем.

Комонот, видимо, представлял, о чем я собираюсь с ним поговорить: он шел за мной по коридору без возражений. Наши шаги эхом отражались от мраморного пола. Я вела его на южную террасу, где проходили наши с королевой уроки клавесина. Больше в эту комнату никто не ходил; к тому же мне нужно было время, чтобы хорошенько обдумать то, что я должна сказать. Добравшись до террасы, я опустилась на стул, обитый зеленым сатином. Комонот встал у окна, направив взгляд во двор.

Он заговорил первым:

– Да, сейчас королева недовольна мной сильнее обычного.

– Утрата доверия – это гораздо больше, чем недовольство. Вы понимаете, почему это произошло?

Старый саар сложил руки за спиной, беспокойно сжимая и разжимая украшенные кольцами пальцы.

– Я сказал Эскар, чтоб убиралась обратно в Порфири вместе со своим безумным планом.

Мое сердце сжалось; я надеялась, что еще успею поговорить с ней про Орму.

– Ее план настолько плох?

Он поменял позу, скрестив руки на широкой груди.

– На мгновение забудем о существовании древнего закона и о том факте, что порфирийцы очень трепетно следят за его исполнением. Эскар не подумала о том, что, проникнув в Танамут через долину Омиги, мы не добьемся ничего – если только большая часть Старого Арда не будет в этот момент сражаться где-нибудь в другом месте. Чтобы ее план сработал, моим генералам придется совершить отвлекающий маневр и выманить войска из Керамы на юг.

– То есть в направлении Горедда? – спросила я.

– Именно. А координировать атаку на расстоянии ужасно трудно, даже с помощью тников. – Чтобы подчеркнуть важность своих слов, он тряхнул медальонами. Эти устройства для общения на расстоянии придумали квигутлы – низшая раса драконов. – Не исключено, что Горедду придется продержаться не одну неделю. А ты сама видела, какой ущерб этому городу причинил всего один злонамеренный дракон.

Да, после битвы драконов над той частью города еще неделю поднимался дым. Но это все-таки не объясняло реакцию Глиссельды.

– Если вы указали на недостаток в плане, держа в уме безопасность Горедда, королева не должна была разозлиться, – произнесла я.

Он сгорбился и прижался лбом к стеклу.

– Пока мы спорили, Эскар упомянула о том, что мои генералы… потерпели несколько поражений, о которых я забыл рассказать королеве.

Я со свистом втянула воздух сквозь зубы.

– Серьезные поражения?

– А как ты думаешь? У Старого Арда появился новый стратег, генерал Лэди – какой-то выскочка, о котором я никогда не слышал, – и он готов на любую мерзость. Он устраивает засады в местах, где самки откладывают яйца, не беспокоясь, что может причинить вред молодняку. Его арды делают вид, что сдаются, а потом нападают. Даже наши победы больше напоминают поражения: войска Лэди бьются до последнего, чтобы мы понесли больший урон. – Комонот повернулся ко мне с недоумевающим видом. – Что это вообще за стратегия?

Но меня больше беспокоила стратегия, которую Комонот избрал в отношении Глиссельды.

– Почему вы утаили от королевы столь важную информацию?

– Она умна и талантлива, но все-таки еще очень молода. Она так… – Он покрутил ладонью, словно изображая поднимающийся дымок.

– Расстраивается? – подсказала я.

Он энергично закивал.

– Все это ей не по плечу. Я ее не осуждаю – это не по плечу даже мне. Но именно в этом и дело: у меня хватает проблем и без ее эмоций!

Он начал мерить комнату шагами.

– Вам нужно вернуть доверие Глиссельды. Разрешите дать вам несколько советов, ардмагар?

Он выжидающе замолчал, глядя на меня цепким, как у ворона, взглядом.

– Во-первых, будьте с ней откровеннее, – начала я. – Возможно, ваши поражения огорчат ее, но эмоции быстро пройдут. Потом она сможет мыслить логично и ясно, однако сначала ей нужно прочувствовать услышанное. Это все равно что порядок действий в уравнении.

Комонот поджал свои мясистые губы.

– А без этого шага никак нельзя обойтись?