Чтение онлайн

Лойз по-прежнему чувствовала на себе волю, приведшую ее сюда. Она разрезала веревку, грубо стягивающую руки женщины. И эти руки тяжело упали, как-будто женщина не владела ими.

Рунольд наконец двинулся. Руки, державшие самострел, начали поворачиваться, словно преодолевая сильное сопротивление. Кожа его блестела от пота, изо рта показались струйки слюны.

Глаза его жили, полные ненависти и усиливающегося ужаса. Руки продолжали поворачиваться, а он не в силах был оторвать взгляда от камня. Плечи его задрожали. Лойз чувствовала, как он борется, отчаянно и бесполезно. Он уже не хотел убивать, он хотел только бежать. Но для лорда-командующего Карстена спасения не было. Ствол самострела уперся в его горло. Рунольд застонал, негромко, как пойманное животное. Щелкнул курок.

Выпустив фонтан крови, освобожденный от воли, которая привела его к смерти, он упал лицом вперед. Женщина гибко отстранилась, потянув за собой Лойз. Рунольд упал на кровать, голова и плечи его свесились, колени лежали на полу, как-будто он молился, руки дергались в агонии.

Впервые женщина взглянула прямо на Лойз. С усилием она пыталась поднести руку ко рту, удерживая стон, а затем снова взяла камень в рот и повелительно указала на отверстие в стене.

Лойз слышала кое-что о магии Эсткарпа, но это были сказки о далеких событиях и от слушателя никогда не требовалась полная вера. Исчезновение флота на рифах в предыдущий вечер описала ей Беатрис, помогая одеваться для венчания. Но Лойз тогда была так поглощена собственными надеждами и страхами, что почти ничего не слышала.

То, что она увидела сейчас, превосходило все ее представления, и она отшатнулась от прикосновения колдуньи, углубившись в путаницу переходов, желая только вывести пленницу и оказаться отделенной от нее безопасными стенами. Женщина шла за ней с готовностью, свидетельствовавшей, что она сохранила немало энергии, вопреки жестокому обращению.

Лойз не хотела задерживаться у тела Рунольда. Она к тому же боялась, что сам Фальк, лишенный любимого развлечения, может ворваться в любую минуту. И все же с большой неохотой она захлопнула потайную дверь. Дрожь пробежала по телу девушки, когда колдунья в темноте схватила ее за руку. Лойз сама взялась за пояс волшебницы и потянула ее за собой.

Они направились в комнату Лойз. Оставалось очень мало времени. Если Фальк последует за Рунольдом, если только в комнату случайно зайдет слуга Рунольда, если отец вздумает искать ее… Лойз до рассвета должна быть за пределами Верлейна! И приняв такое решение, она вела волшебницу по темным переходам.

Но, оказавшись на свету, Лойз не могла быть такой черствой, как советовал ей рассудок. Она отыскала мягкую ткань, обмыла и перевязала раны на руках волшебницы. И выбрала из своей одежды все необходимое.

Наконец, волшебница настолько хорошо овладела своими руками, что смогла поднести их ко рту. Камень выскользнул изо рта волшебницы. Она не позволила Лойз коснуться камня, да девушка и не хотела этого.

— Мне на шею, — это были первые ее слова.

Лойз подхватила цепочку и надела ее на шею женщины, как раз под кончики волос, торопливо обрезанных, может быть, по той же причине, что и у нее самой.

— Спасибо, леди Верлейна, — теперь ее голос звучал почти хрипло, — теперь глоток воды.

Лойз поднесла чашку к ее рту.

— Вряд ли нужно благодарить меня, — ответила она, собрав всю храбрость, — похоже, что вы владеете оружием не менее могущественным, чем сталь.

Над краем чашки глаза волшебницы улыбались. Лойз, встретившись с этим взглядом, утратила часть своего страха, но по-прежнему чувствовала себя такой юной, неуклюжей и неуверенной в себе.

— Я не могла использовать это оружие, пока вы не отвлекли внимание моего предполагаемого компаньона по постели, благородного лорда-командующего. Даже ради спасения собственной жизни его нельзя отдавать в чужие руки. Довольно об этом, — она подняла руки, осматривая рубцы на запястьях. Потом оглядела комнату, заметила шаль на полу, груду стриженых волос, седельные сумки.

— Похоже, вы не собирались в свадебное путешествие, миледи герцогиня.

Не тон, а власть, звучавшая в этом голосе, заставила Лойз ответить правдиво:

— Я не герцогиня Карстена, леди. Да, надо мной произнесли должные слова перед лордами Ивьяна, потом воздали мне почести на коленях, — она слабо улыбнулась, вспомнив, каким испытанием это было для Сирика. — Я не выбирала Ивьяна, я согласилась на брак, только чтобы скрыть свое бегство.

— Но вы помогли мне, — волшебница смотрела на Лойз своими большими темными глазами, которые, казалось, прожигали мозг.

— Я не могла поступить иначе! — вспыхнула девушка.

— Что-то заставило меня. Ваше колдовство, леди?

— Возможно, возможно. Я обратилась по-своему ко всем в этих стенах, кто может услышать меня. Похоже, нас объединяет нечто большее, чем общая опасность, леди Верлейна, или, — она открыто улыбнулась, — учитывая изменения вашей внешности, лорд Верлейна.

— Зовите меня Брайантом, наемником со щитом без герба, — выпалила Лойз подготовленное заранее.

— И куда вы направляетесь, Брайант? Наниматься в Карс? Или на север? На севере нужны наемники.

— Эсткарп воюет?

— Скорее, его вынуждают воевать. Но это другой вопрос, — она встала. — Мы сможем обсудить это, когда выберемся за эти стены. Я уверена, вы знаете выход.

Лойз взвалила седельные сумки на плечо, набросила на шлем капюшон плаща. Когда она собиралась погасить свет, волшебница указала на шаль. Сердясь на собственную забывчивость, Лойз собрала пряди волос и бросила их в огонь.

— Хорошо сделано, — заметила волшебница, — не оставляй ничего, что может потянуть тебя назад. Волосы обладают особой властью, — она посмотрела на среднее окно. — Оно выходит на море?

— Да.

— Оставим ложный след, Брайант. Пусть Лойз Верлейнская умрет, скрывая побег.

Несколько мгновений потребовалось на то, чтобы открыть окно и бросить вниз свадебное платье. Волшебница так же велела привязать к каменному подоконнику полоску из простыней.

— Увидев это, — сказала она, — они вряд ли будут искать другие выходы из комнаты.

Они снова прошли через зеркальную дверь и направились вниз, во тьму. Лойз сказала, что нужно придерживаться правильного направления — правой стороны — и спускаться осторожно. Стена под их руками становилась влажной, в воздухе чувствовался запах моря, смешанный с запахом гниения. Вниз, вниз. Скоро стал слышен гул волн. Лойз считала ступени.

— Вот! Этот проход ведет к странному месту.