Чтение онлайн

Нельзя сказать, что Аш не был привычен к бизнес авантюрам куратора, порой ведущего себя, с его точки зрения, как замшелый коммерсант, хватающийся за любые возможности для собственного обогащения. Но в последнее время чутье явно стало подводить куратора. Или же изменились его принципы и приоритеты, что казалось Ашу более близким к реальности. От которой, к сожалению, Маслоу отдалялся все дальше по мере увеличения счета на депозите. И теперь ему все чаще приходилось отказывать собственному шефу. Благо, в его руках была сосредоточена вся операционная деятельность проекта, что давало ему козырь в подобных разговорах.

– Да постой ты, не кипятись, гражданин моралист. Там же ничего особенно, просто заглянуть и разузнать несколько деталей, есть предположение, что паренек знает расположение одной правительственной лаборато….

– Оливер, ему шестнадцать! – отрезал Аш.

Чаша терпения необычайно быстро даже для него самого переполнилась сегодня. Сказывался неприятный осадок после миссии у лорда, когда ему пришлось шантажировать его угрозами сломать жизнь сыну. – Мы не должны скатываться до подобных вещей. У нас, хочу напомнить, изначально научный проект. Это лишь побочная деятельность. Мы используем технологии на грани фантастических, а ты предлагаешь влезать в дрязги богатеньких деток, которые что-то там не поделили между собой, что-то видели или слышали у своих богатеньких родителей?

– Понятно. Ты сегодня не в духе. Впрочем, я уже замечал это в тебе и раньше. Решил обзавестись моральным кодексом? Совесть включилась? Ты насмотрелся боевиков прошлого столетия. Не трогаешь одних, но избиваешь других плохишей, и вот ты уже очистился. Нет, друг мой, это так не работает. Мы тут не продаем индульгенции. Подобным поведением ты зарождаешь во мне неприятные сомнения. – От приветливого и улыбчивого Оливера не осталось и следа. – Думаешь, сможешь и дальше вертеть носом от заказов, которые тебе не нравятся, подобно критику в ресторане? Полагаешь, что незаменим?

– Попробуй докажи обратное. Разговор окончен. Впредь выбирай более адекватные задания и не трать мое время на свои садистские идеи. Иначе уже ты зародишь во мне неприятные сомнения. – Бросив эти слова, он вышел из богато обставленного кабинета и отправился в более привычный для себя мир медицинского оборудования и тесных подземных коридоров.

В этот раз ему было по-настоящему страшно. Впервые с тех пор, как он ввязался в проект. Он допустил ошибку. Впрочем, человек ведь несовершенен. Ошибок в его послужном списке было предостаточно, но этот промах будет последним. Он исчерпал запас удачи. Запаниковал, чем позволил загнать себя в глухой лес. Да еще какой… Больше ему не давали возможности попасть в населенные пункты. Плевать. В этой местности лес дикий, если не сказать мистический. Каменистые участки земли так и норовили раскроить ноги и стертые от долгого перехода ботинки уже не спасали. Кривые силуэты деревьев в полумраке напоминали затаившихся чудищ, которые готовятся к прыжку на незадачливого путника. Беглец мог бы сделать пару ловушек, какое-то время даже держать преследователей на дистанции, но рано или поздно боезапас закончится и они спокойно преодолеют разделяющие их расстояние. Он был отличным стрелком, настолько хорошим, что после того случая в деревне преследователи не решались сближаться с ним и перестреливаться на открытой местности. По меньшей мере, уже как час он не слышал их окриков и свистов. Впрочем, вероятно, они спокойно идут за ним на приличном расстоянии, ожидая, что он просто упадет от усталости, словно раненый зверь. И их план почти сработал.

Численный перевес противников вынудил его найти вход в знакомую пещеру. Одно из ее ответвлений выходило в древние катакомбы, через которые можно было подняться в старый город, расположенный чуть восточнее. Там стрелку придется обзавестись каким-то транспортом, чтобы двигаться дальше к западной границе страны. К тому же, в городе преследователям пришлось бы сложнее. Несмотря на всю их наглость и бескомпромиссность, едва ли они посмеют затеять еще одну бойню на оживленных улицах, что даст ему призрачный шанс скрыться. Этот план нравился ему, но он был сродни кости на веревке, заставляющей собаку бежать дальше. Ироничное в его ситуации было то, что, как и та собака, ему не суждено было схватить злосчастное угощение, которое постоянно маячило перед глазами.

И видя сейчас перед собой завал из обрушившихся камней, навечно замуровавших вход в подземное укрытие, он чувствовал, что под этими же камнями был погребен и его план спасения. В груди болезненно сжалось. Неосторожные путешественники позаботились, чтобы этим лазом больше нельзя было воспользоваться ни местным сталкерам, ни скрывающимся от погони наемникам. Но ведь проход в катакомбы был всегда, он по-прежнему отмечен на его цифровой карте. Человек ошибся. Впрочем, и картографическая техника с ее запаздывающими обновлениями тоже могла ошибаться.

Он облизнул потрескавшиеся губы. Что теперь? За последний день погони через холмы и чащу мужчина успел прокрутить в голове несколько десятков сценариев выхода из сложившейся ситуации, и ни один не привел бы к желаемому результату. Днем в небе снова замаячил беспилотник, а значит его засекли и, возможно, специально резали углы погони, чтобы загнать в лес. Тот самый печально известный лес Хойя Бачу, где, по легендам, пропадают люди, а местные регулярно видят призраков. Что ж, видимо и он скоро к ним присоединится. Еще одна душа, сгинувшая в «Бермудском треугольнике Трансильвании».

Ночная темнота, за которую беглец цеплялся как за спасительную соломинку, оказалась не помехой для их камер, работающих, само собой, и в инфракрасном спектре. Продолжая медленно передвигаться через причудливо искривленные деревья, он позволил себе еще раз обдумать ту информацию, которой завладел около трех суток назад. Значение этих сведений для всего мира трудно было осознать не посвященному в тематику человеку. Да и посвященному, скорее всего, тоже. Даже он, спустя столько часов после открытия, не до конца понимал, как такое возможно. Работа и военное прошлое сделали его законченным материалистом, отрицающим не только любую божественную сущность, но и всякую паранормальщину. Однако добытые им некоторое время назад сведения серьезно поколебали укоренившееся мировоззрение, так как граничили с чем-то мистическим. Он знал, что это, возможно, самое ценное открытие в новейшей истории человечества, способное изменить ее дальнейший ход.

Стрелок устало вздохнул. Несмотря на патовую ситуацию, он не впал в отчаяние. Скорее это была фаза принятия неизбежного. Двухдневная погоня через полстраны истощила его. Он спал от силы часов пять за все время и не помнил, когда последний раз ел что-то похожее на еду. Сознание было мутным, то и дело подкидывая ему странные образы на грани галлюцинаций. Мужчина был высоким и худым, а интенсивная погоня высосала последние жизненные соки из организма, вследствие чего черный плащ и так висевший на нем словно на плохом манекене можно было обернуть почти вдвое. Он протер глаза правой рукой. Левая была прострелена еще двое суток назад. Он затянул рану галстуком потуже, как мог. Саму руку почти не чувствовал. Или от усталости его мозг уже не был способен воспринимать боль? Человек бросил беглый взгляд на керамическое, черное как смоль кольцо на безымянном пальце правой руки. Каждый инструктаж ему напоминали, что в случае опасности по этому кольцу их смогут отследить, и на место направят группу. Но, очевидно, преследователи были осведомлены о трекере весьма хорошо и продолжали успешно глушить сигнал. После трех суток бега человек смирился с тем, что помощь не придет. Но все это время он твердил себе, что надо во что бы то ни стало передать сообщение. И он готов это сделать даже ценой собственной жизни. Теперь же искренне не понимал, как передать информацию. Он закопал криптекс с данными в глухой чаще, когда был уверен, что за ним не следят. Надежды на то, что он сможет передать его лично разрушились сразу после того, как он увидел завал. Но остался вопрос, как передать координаты тайника так, чтобы этого не заметили преследователи? Планшет не вариант, связь глушат. Придется искать другие способы.

Теперь уже речь шла уже не про то, чтобы выжить, человек был готов смириться со смертью. Как только из него вытащат всю необходимую информацию, он перестанет представлять хоть какую-то ценность. Эти ребята никогда не церемонились. Но нужно было как-то навести поисковый отряд на базу противника, где он наверняка окажется. Командование должно отправить его спустя сутки после неудачной попытки установить контакт, это был единственный выход передать информацию. Думай… Думай! Его наверняка обыщут. Не сразу, но как только доставят до ближайшего безопасного места. Спрятать что-то в одежде не выйдет, кольцо придется глотать. Этим он выиграет от силы несколько часов, но им должно хватить. Он остановился, заполз в узкий лаз между камнями. «Залезу так глубоко, чтобы им пришлось попотеть, если найдут и захотят вытащить оттуда. А теперь вдохнуть поглубже», – сказал он себе.