Чтение онлайн

Когда медсестра вышла, Дэн взглянул на стаканчик с распределенными таблетками и ловким движением вытащил оттуда пару определенных цветастых капсул, которые, как уже он выяснил ранее, снимают боль, исходящую от ноги. Остальные стандартно положил в небольшую расщелину в стене около кровати. Потом на прогулке он от них избавится. Пребывание в перманентном состоянии имбецила не представлялось ему правильным времяпровождением. «Это место бесспорно красивое, но не настолько». Поэтому он достаточно быстро, методом проб и ошибок, выяснил, что из горсти медикаментов предназначалось для душевных проблем, и самостоятельно исключил это из своего рациона.

Оставалось еще одно неприятное обстоятельство. Дни сменяли друг друга, но Дэниел так и не мог добиться от медперсонала возможности выхода в сеть, отчего его планшет оказался почти полностью бесполезен. Хотя был убежден, что сами врачи не брезгуют серфингом в интернете. Частично он мог объяснить себе подобные меры предосторожности характером заведения. Качать права и нарываться на крепких медбратьев ему пока не хотелось. Дэну уже доводилось видеть, как ловко они скручивают в смирительную рубашку подобных Рэмбо. Через две недели пребывания в медцентре Даск убрал в сумку свой планшет, изучив его содержимое вдоль и поперек, предварительно решив, что если никто не удосужился прислать ему какое-то сообщение за это время, то либо он числится мертвым, либо его списали, получив информацию о ранении. «Печально, но не смертельно».

Единственным светлым пятном на фоне невзрачного пребывания в больнице стал новый товарищ по несчастью Артур, с которым Дэн познакомился в библиотеке. Он любил сюда захаживать, поскольку это было одним из немногих мест, выделяющихся среди однотипных помещений и коридоров больницы. Красивые резные полки, покрытые блестящим лаком, запах пыльных книг и обладающая поистине энциклопедическим умом управляющая, которой впору было работать в Национальной библиотеке, настолько она любила свое ремесло. В процессе разговоров с женщиной Даск зачастую напрочь забывал о том, где находится. В свободное от процедур время он буквально жил на этом клочке свободы мысли, безуспешно пытаясь найти ту самую книгу, которая захватила бы его целиком и не отпускала до последней страницы, но это все еще оставалось непосильной задачей. Всякий раз его отвлекали посторонние мысли относительно своего сомнительного прошлого и не менее туманного будущего, вследствие чего интерес к жизнеописанию авантюрных приключений пропадал.

Во время очередной попытки осилить нетленную английскую классику к нему подсел другой пациент, внешность которого Дэн почему-то не смог припомнить. Что было странно, поскольку парень сильно выделялся среди остальных пациентов: потерял руку вплоть до локтя в результате разорвавшейся гранаты. Его звали Артур, и он был невысоким, плотным и жилистым, с явным французским акцентом. Его отец был из Франции, а мама – чистокровная немка, поэтому он впитал самое лучшее от двух культур. Под наилучшим он сам понимал любовь к высокой французской кухне и неповторимое немецкое чувство юмора с неизбежно прилагающимся громоподобным хохотом, сопровождающим практическую каждую шутку.

Едва ли Дэн мог возразить что-то относительно французской кухни, а вот с выдающимся чувством юмора приятеля мог бы запросто поспорить в силу того, что не один вечер провел в качестве первого и единственного зрителя на проверке материала. Выписавшись из госпиталя, Артур хотел связать свою будущее со сценой, серьезно занявшись построением карьеры в стендап жанре, которую пришлось прервать несколько лет назад, подписавшись на очередной контракт. Он находил очень ироничным то, что человек, покалеченный войной и бывший в свое время на волосок от смерти, будет зарабатывать на жизнь, развлекая офисных клерков черным юмором. К тому же без руки. В этом была определенная ирония, и Дэн искренне завидовал его настрою, не в состоянии понять, откуда в этом человеке столько позитивной энергии, учитывая сложившуюся ситуацию.

– Ты читал Дугласа Адамса? – спросил как-то у него Артур, когда они в очередной раз тихо беседовали ни о чем, сидя в дальнем углу библиотечного зала.

– Нет.

Дэн не любил читать в детстве, а потом времени на это просто не осталось. Хотя его мама пыталась привить ему эту привычку. И она наверняка преуспела бы, но когда ему было семь, она вместе с отцом разбились в аварии. Он отчетливо помнил, как мать в последнее мгновение повернулась назад, чтобы накрыть его руками. Ближайших родственников у него не было, а поэтому дальнейший путь лежал прямиком в детский дом. Нельзя сказать, что жизнь там была беспросветно мрачной, ведь она научила не только проигрывать, но и держать удар. Впрочем Дэн сделал все, чтобы выбраться оттуда как можно скорее, выяснив, что единственной возможностью сделать это до восемнадцати лет было отправиться в военное училище.

– Зря, очень советую. В его романах герои часто попадают в куда более пугающие ситуации, нежели мы с тобой, и все равно не теряют положительного настроя, – произнес Артур, жестикулируя поврежденной рукой так, будто она сохранила свою функциональность.

– Тебе легко говорить, ты определился с тем, что будешь делать, когда выйдешь отсюда. И независимо от результата, у тебя хотя бы есть цель. А я до сих пор не могу понять, куда мне двинуться отсюда.

– Родни совсем не осталось? – спросил Артур.

Дэниел покачал головой и отвернулся к окну. Его действия наглядно свидетельствовали, что эту тему он поднимать не хочет.

– И вообще, – внезапно продолжил он, – остался ли за пределами госпиталя еще хоть кто-то, кто помнит обо мне? До сих пор никто из руководства не удосужился навести справки, связаться. Словно я исчез с лица земли. Да и о тебе, смотрю, тоже.

– Слушай, а кому я нужен? Была потребность в моей работе, я ее делал. Раз никто не позвонил, значит, мои услуги больше не нужны. Все просто.

За время их общения в госпитали они почти не говорили о своем прошлом и о том, как попали сюда, хотя тема витала в воздухе. Один раз Дэн спросил, где служил Артур, на что тот со смешком заявил, что служил в настолько секретных войсках, что сам нихрена про них не знает. Дэну даже не удалось узнать, где именно его товарищ получил такую травму, и после нескольких попыток молодой человек сдался. Последнее, что ему нужно было в этом месте, так это бередить чужих демонов.

– Так, может, попробуем сами выяснить? Очевидно, здесь нам рады, но не настолько, чтобы дать доступ к внешнему миру. Сгоняем в город на денек? Подговорим кого-то из медперсонала или украдем пропуска. Видел ту девушку, Максин? Я могу попробовать завербовать ее к нам в союзники.

– Звучит в духе Индианы Джонса. Но ты, вроде, много гуляешь и разве не видел боевые дроны? – Дэн подозрительно покосился на него. Артур активно закивал. – Вот-вот, продырявят сразу и метко. И охрана тут есть. То, что ты их не видишь, говорит не об их отсутствии, а скорее о профессионализме. Еще детекторы движения в траве и около всех объектов. На случай, если решишь потеряться. Это военный полуофициальный госпиталь, друг. Они нас не выпустят, пока сами не захотят. Поверь.

– Понятно, – медленно протянул Дэниел. Слова Артура испортили ему неплохое в общем-то утреннее настроение. – А что планируешь делать с рукой, новый протез?

– Страховка новый протез не покроет, вернее, не покроет нормальную технику, а того дерьма из ханойской фабрики я ставить не намереваюсь. Лучше поднакопить денег на что-то более качественное, как только карьера пойдет в гору. Слышал, «Нью Роботикс» делает отличные бионические штуки. Не отличишь от реальной части тела. А что до тебя… не хочешь составить мне компанию? Сделаться ассистентом. Будет дуэт безногого и безрукого, да еще оба военных. Уверен, мир к этому не готов. Поэтому возможно нас и не выпустят отсюда. – И он звучно захохотал, обратив на себя гневный взгляд миссис Нивес, управляющей библиотеки.