Чтение онлайн

Он говорил, а я смотрела на ситуацию его глазами. И чем больше вдумывалась, тем сама себе казалась более ненормальной. Полагаю, так думал и Раф, потому и относился ко мне с подозрением.

– А теперь? – вырвался у меня вопрос.

– А теперь, учитывая твой потенциал, я понимаю, что другого выбора у тебя действительно нет, – кивнул он. – Раскрой ты свой дар окружающим, твоя участь может быть немногим лучше, чем у раба.

Я вновь отвела взгляд и произнесла:

– Тогда ты понимаешь, почему твое предложение с растратой маны – мне не подходит.

– Согласен, что конспиратор из тебя – никакой. Но, с моей помощью и под присмотром, думаю, это осуществимо.

Мы замолчали, испытующе вглядываясь друг другу в глаза, и я протянула:

– Ты что же, предлагаешь довериться тебе?

– И чем тебя не устраивает этот план?

– Это похоже на предложение дружбы, но мы оба знаем, что ты – против. Я считаю, что доверие, как и секс, должен быть по взаимному согласию. Извини, но твоя вчерашняя история – несоразмерна с тем, что ты просишь взамен.

– Я предложил выход. Соглашаться на него или нет – дело твое, – внезапно похолодел эльф. – В конечном итоге это у тебя здесь есть гарантии преданности, а не у меня, – добавил он, а затем ловко перекатился и спрыгнул с постели на пол, словно машинально поправив на шее заметно тесный ошейник. Шея у эльфа тоже раздалась.

Он прав: Раф предлагает помощь несмотря на то, что я все еще держу его в рабах. Но смогу ли я довериться ему настолько, или поступлю лицемерно и воспользуюсь его предложением, ничего не меняя для собственного успокоения?

Мои невеселые думы прервал стук в дверь.

Мы переглянулись с Рафом и тот, точно избегая меня, молча отправился открывать дверь, за которой обнаружилась Вероника, которая определенно не ожидала увидеть полуголого эльфа в моей комнате, судя по ее прерванному:

– Аста, я… – запнулась она на середине фразы, а затем упавшим голосом переспросила у мужчины: – Ты здесь?

– Здесь, – согласился Раф без особых эмоций, точно не понимал грусти и ужаса в голосе девушки. – Ты что-то хотела? Аста еще в постели, что ей передать?

Отчего-то стало совсем жаль девчонку, и все же вмешиваться я не стала, не зная, чем могла бы помочь в данной ситуации. А оправдываться, что ничего не было, и Раф голый, потому что мы порвали рубашку – и вовсе бред. Да и с чего бы мне вообще оправдываться?

– А? – потерянно переспросила она. – Д-да, передай, пожалуйста, что завтрак готов. Мы вас ждем внизу.

– Хорошо, через десять минут мы спустимся, – кивнул он, а после закрыл дверь.

– Это жестоко даже для тебя, – не сдержалась я. Моя реплика эльфа только разозлила:

– Не вмешивайся. Мы сегодня уйдем… Лучше поторопись. Нас ждут.

– Понятно, – кивнула я.

Очередная забота от эльфа, который просто не хочет давать надежду, а затем делать еще больнее.

Жестоко, но благородно. Надеюсь, однажды это осознает и Вероника, которой сейчас должно быть очень больно.

***

На завтраке встретиться с Зигридом не вышло. Как сказала Вероника, отцу нездоровится, потому он просил извинить его отсутствие и пользоваться гостеприимством. А также добавила, обращаясь к Рафу:

– Отец надеется, что ты навестишь его до того, как вы отправитесь в путь.

Раф напряженно помолчал, а после отрывисто кивнул, чтобы сразу после завтрака уйти с Вероникой в хозяйские постройки.

Я же осталась одна и, от нечего делать, отправилась на поиски группы эльфов, которые, отчего-то, с нами не завтракали, что смутило.

Их я нашла в той самой комнате, в которой гостей разместили еще ночью. Как оказалось, там они и завтракали. На самом деле я пришла без особой цели, но воспользовалась возможностью и в который раз осмотрела их магическим зрением, чтобы убедиться, что и следа болезни не осталась. Но, несмотря на это, у всех, кого я лечила, было подавленное состояние.

– Так и должно быть, – словно прочел мои мысли Тиль – единственный мужчина из группы эльфов, который нехотя, но назвал свое имя. Похоже, у остроухих это знание еще нужно заслужить. Не знакомство, а целый квест с препятствиями. Раф тоже до последнего не сознавался. – Моя бабушка была целительницей. Она говорила, что любое вмешательство, даже исцеление имеет последствия. После этого организму нужно восстановиться. С ними все будет хорошо, – заверил он меня, сложив руки на груди. Пока я размышляла над словами Рафа о том, что притворяюсь из рук вон плохо. Похоже, только слепой или ленивый не догадается, кто я – на самом деле.

– Почему вас не было на завтраке? Из-за плохого самочувствия?

– Ты сейчас серьезно? – нахмурился Тиль, а я озадаченно подняла брови. – Вижу, что серьезно, – тяжело вздохнул он. – Вероника и ее отец проявили гостеприимство и заботу, нас накормили и обогрели, но мы – рабы. Рабы не могут пользоваться теми же правами, что и полноценные граждане на территории людей. Есть в хозяйской столовой – одна из таких привилегий.

– Вот как… – протянула я, а в груди вновь натянулась спираль раздражения. До сих пор я не особо понимала, почему это место меня так раздражает. Я уже, было, грешила на возможную ревность, но истина оказалась под носом: лицемерие. – Это подводит меня к новому вопросу: Вероника или ее отец уже обсуждали с тобой вашу ситуацию?

– Обсуждали, – кивнул Тиль, а по его напряженному лицу прошла судорога, голос внезапно охрип. – Нам предложили остаться и помогать по хозяйству.

– То есть, прислуживать? – уточнила я, что мужчину не порадовало, но он сдержал раздражение. – И вы согласитесь?

– У нас нет выбора, – все же просочилась нотка бешенства и отчаяния в его ответе, а мужчина пристально посмотрел на меня. – А их условия… приемлемые.

– Поясни, – насторожилась я. Хотя бы потому, что Тиль не казался мне тем, кто так запросто согласится на рабство. Должны быть весомые причины.

– Аста, я порой всерьез задумываясь, что ты – не от мира сего, раз задаешь вопросы про такие очевидные вещи, – покачал он головой, а я сделала рожу «кирпичом». Мужчина коснулся ошейника. – Видишь это? Пока это на наших шеях, свободными нам не быть. Работорговцев убили, и мы живы лишь из-за ограниченной привязки, которая не забрала наши жизни вместе с владельцами. Но оставаться так дальше не может. Если мы не снимем удавки или не найдем хозяина в ближайшие сутки, ошейники убьют нас.

– Так, почему их не снять? Неужели нет возможности?