Чтение онлайн

— Очень. А знаете, что всего хуже? Корсеты! Никак не могу к ним привыкнуть. Но без корсета платья не сидят. Вот это беда так беда.

— Видите? Даже наши предметы одежды вас мучат.

— Да, ужасно. К счастью, ласка и доброта короля помогают переживать эти неприятности.

Луиза ничем свою злость не выдала, только ее серо-зеленые глаза засверкали:

— Да, наш король добр… Но не обманывайтесь, тэгуи. Ему от вас нужен наследник. И только.

— Знаете, тэгуи, — сказала я игриво, — это меня и радует. В своем мире я таких красивых мужчин, как Его Величество, не видывала. А здесь, в Аксаре — он мой муж! Представляете? Такой красавец — и мой! У меня сердце начинает биться сильнее, когда я только думаю о наших предстоящих ночах… А любовь — химера. Сегодня есть, завтра нет… Но я твердо верю, что с Его Величеством у нас все замечательно сложится.

— И на чем же базируется эта вера? — спросила молодая женщина. Я отдала ей должное: она отлично владела собой и никак не выдала своего желания выцарапать мне глаза.

— Как вы уже заметили, тэгуи Уэнделл, я из другого мира. А это значит, что я всегда буду для короля особенной. Не такой, как все.

Уэнделл широко улыбнулась, и я машинально пригляделась в поисках вампирских клыков. Клыки не обнаружились.

— Ах, тэгуи, как вы наивны, — протянула Луиза. — Ни в коем случае нельзя влюбляться в короля. Сердце его покрыто льдом. После измены Софии он не способен на светлые чувства. Все женщины кажутся ему коварными, а вы кажетесь коварнее остальных, потому что вам досталось тело его прежней жены. Но он красив — это верно. А еще смел. Решителен. Силен. Он способен свести с ума… — Луиза бросила на меня лукавый взгляд. — Однако мне известно, что вы очарованы не только Его Величеством, но еще и моим братом Фэдом. Он тоже очень хорош собой, не так ли?

Я улыбнулась, но уже с досадой. Если мне кто и нравится из мужчин в Аксаре, то это Фэд Уэнделл. Ироничный красавчик, пахнущий морозом и умеющий убивать бессмертных.

— Нам с братом достались мамины глаза и губы, — Луиза обвела пальчиком линию губ и улыбнулась призывно. Ей каким-то образом удалось сделать это так, будто улыбается мне не она, а Фэд. — Фэду еще достались ее чудесные волнистые волосы. Знаете, в детстве он был очень похож на девочку.

— Могу представить.

— Ах, не можете, его нужно было видеть! Такой очаровательный был… даже в двадцать у него было неприлично смазливое для юноши лицо. Но служба в Ордене Стражей отточила его внешность, и мой брат стал обладателем мужественной красоты. Жаль, все это впустую…

— Почему впустую?

— Потому что стражи долго не живут. Такова специфика их службы. Редко кто-то из стражей доживает до седин. Фэд потому и не женится — не хочет оставлять вдову с детьми.

— Он сам выбрал этот путь.

— Да. К сожалению, он родился бесстрашным и нахальным. Но это и притягивает к нему женщин… Признайтесь, он нравится вам, тэгуи.

— Нравится, — не стала я скрывать. Все равно все знают об этом.

— Вы тоже нравитесь Фэду. Мы виделись с ним недавно. И он говорил о вас, так говорил, что у меня не осталось сомнений — он увлекся вами. Я к чему это… — загадочно проговорила Луиза. — Вам следует быть более скрытной, тэгуи. Если Его Величество уверится, что вы к кому-то неравнодушны, это может привести к трагичным последствиям. А я не хотела бы потерять брата за проступки, которые он не совершал. Ведь не совершал?

Я натянуто улыбнулась. Королевские любовницы простушками не бывают, и Луиза Уэнделл — не исключение. Она сказала, изображая беспокойство:

— Фэда сослали на север, подозревая, что он может вас… сбить с праведного пути. Я нахожу такое положение дел безопасным, хоть и несправедливым.

— Действительно, несправедливо. Ваш брат себе ничего лишнего не позволял.

— Замечательно. Тогда ему нечего бояться. И вам тоже. А что касается короля… Подумайте о том, что я сказала. Будьте осторожнее.

— Благодарю вас, тэгуи Уэнделл. Приятно осознавать, что кому-то небезразлична моя судьба.

— Всегда рада услужить, тэгуи.

Мы распрощались. Вампирша ушла, не испив моей крови.

Зато настроение испортила!

Вскоре после ухода Луизы Уэнделл ко мне явился муж. Пока он снимал кафтан и расстегивал пуговки жилета, я его разглядывала. Одежда темная, мрачная, выражение лица — сама суровость, даже угрюмость. И при всем при этом все равно эффектен, как бог. Наверное, поэтому Луиза так исходила ревностью.

Рейн нахмурился, заметив мой взгляд:

— Я не должен был приходить?

— Все в порядке, дорогой, — промурлыкала я и похлопала по подушке. — Иди сюда.

Рейну ох, как не нравилось, как я веду себя с ним, но он быстро смирился, что превратить меня в послушную местную тэгуи не получится. Поэтому, раздевшись до длинной белой рубашки, прилег ко мне. Ну, как, ко мне… он устроился на самом краешке ложа как можно дальше от меня.

«Боится, мальчик», — умилилась я про себя, а вслух сказала:

— Интересно, а за нами могут подглядывать? А то увидят, что мы просто спим, и раскричатся: «Давайте наследника, это ваш долг, бла-бла-бла!»

Рейн тихо рассмеялся:

— На мои желания дворец отзовется и даст доступ в почти любые комнаты. Но другой эгуи ко мне зайти не сможет без позволения, а также не сможет ни подслушать, ни подглядеть. Потому что я король — сердце Аксара — и дворец в первую очередь охраняет меня.

— Не очень-то хорошо охраняет, раз Дедрик до тебя добрался.

— Дедрик — Корбиниан, часть династии, оттого дворец и не воспринимает его как опасность. К тому же, есть немало людей, стремящихся вернуть Дедрика к жизни. У него всегда было много союзников.

— Стражи уже выяснили, откуда взялось то черное зеркало?

— Кто-то из людей Дедрика делает все, чтобы ему помочь: начаровывает зеркала и защищает их от повреждений, чтобы он имел возможность выходить и влиять на меня или на моих людей. Это не первый подобный случай.

Мое настроение испортилось. Оказывается, ни о какой безопасности и речи не идет. Рейн по-прежнему уязвим, а вместе с ним уязвима и я…

— Наши дела плохи, — пришлось признать мне.

— Да во всем Аксаре дела плохи, — вздохнул Рейн, глядя в потолок. — Потоки Источника пронизывают наш мир, как кровеносные сосуды — тело. А я — сердце, качающее кровь. Пока корона на моей голове, Источник более-менее управляем. Но если со мной что-то случится, связь всех эгуи с Источником прервется, и они станут обычными три. Такое уже случалось с некоторыми королевствами нашего мира. Итог всегда одинаков. Эгуи не могут жить, как обычные люди. Привыкшие к тому, что в любой момент могут переместиться в любое место, сотворить еду, одежду, даже дом, они не принимают жизни без магии. И тогда они уходят в другие королевства, присягают другим королям, просят, чтобы их вновь соединили с Источником.

— Логично, — сказала я. — Так, значит, если ты умрешь, вся магия в Аксаре пропадет, а эгуи бросятся присягать другим королям?

— Так и случится. Аксар — одно из четырех великих королевств, династия которого не прерывалась, а сердце которого ни разу не переставало биться.

— Что значит «сердце не переставало биться»? Короли не умирали?

— Дело в том, что Корона и смерть несовместимы. Если король подозревает покушения, стар или болен, он должен передать корону другому. Ибо если он умрет, пока на нем корона, то корона исчезнет. Сердце перестанет биться, магия пропадет.