Чтение онлайн

Я орала во все горло, смахивая слезы.

– Да перестань ты завывать, – попросил Марат. – Слушай, может, передашь руль мне?

Я усмехнулась и вдавила педаль газа до упора. Машина в секунду набрала максимальную скорость. Мне казалось, что еще немного – и мы взлетим. Марат сжался и испуганно закричал:

– Ты что надумала, придурочная?!

– Сейчас увидишь.

– Ты же можешь потерять управление!

– Заткнись и смотри внимательно.

Я резко развернулась и помчалась навстречу микроавтобусу.

– Ты что, дура! Сворачивай! – Марат силой попытался отобрать у меня руль.

Я, не глядя, заехала ему в ухо.

– Я же просила тебя заткнуться и не мешать мне!

Марат схватился за голову и вжался в сиденье. Машины стремительно приближались. Когда осталось совсем немного, нервы у братков не выдержали. В такие игры они явно не играли. Микроавтобус попытался избежать столкновения и свернул вправо, его занесло и перевернуло несколько раз. Он ударился задом о столб и полетел вниз с моста, а это около двадцати метров. Упав колесами вверх, он через несколько секунд взорвался.

Я сбавила скорость и вытерла пот со лба. Марат вытирал влажные глаза, он, почему-то шепотом, произнес:

– Ирка, ты случайно в дурдоме на учете не стоишь?

– Пока нет.

Остановив машину, я легла на руль. Руки слегка тряслись – нервы были на пределе. Я просто хотела жить! Выйдя из машины, я села на землю. Марат сел рядом и тихо спросил:

– Что с тобой?

– Ничего.

– Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло?

– Мы остались живы…

– Кто научил тебя так водить машину?

– Я самоучка. Я вообще по жизни самоучка. Всему учусь сама. У отца был старенький «Запорожец», и он иногда давал мне покататься.

– А где сейчас этот «Запорожец»?

– Я его разбила, когда училась, – улыбнулась я.

– Ты ненормальная.

– Может быть.

– Я хочу сказать, что у тебя железные нервы. Даже у меня они не выдержали.

– Я же тебя предупредила, что этот аттракцион не для слабонервных.

Марат надулся и распорядился:

– Дальше машину поведу я.

– Ты ранен!

– Ну и что? А ты не знаешь дороги.

Я села в машину и сказала:

– Тебе надо достать пулю.

– Мы как раз едем в частную клинику. Тут по пути.

– А они не заявят в полицию?

– Зачем?

– В России, если человек доставлен в больницу с огнестрельным ранением, тут же вызывают милицию. Хотя, по сути, ранение – это та же болезнь, объявлять о которой можно только при желании пострадавшего.

– Здесь такого нет.

Мы доехали до маленькой одноэтажной клиники, где нас приветливо встретили японские врачи. Под местным наркозом Марату вытащили пулю, благо она застряла в мышце, не задев кости. Для поддержания общего тонуса ему сделали несколько внутривенных инъекций. Все это время я сидела в удобном кресле и пила кофе, предложенный вежливой медсестрой. Надо же, оказывается, Марат прекрасно владеет японским языком. Вот бы никогда не подумала! Жутко болела голова, сказывалась усталость. Марат вышел ко мне с плотной повязкой.

– Ты чему улыбаешься? – спросил он.

– Да так… Столько бинтов навязали. Ты сможешь надеть рубашку?

– Конечно, смогу. Ирина, мне нужно пятьсот баксов.

– Зачем?

– Надо заплатить за операцию. У меня все из карманов вытащили. Одна надежда на тебя.

– А у меня откуда?

– Ты же с пацанов золото снимала и в бумажниках рылась. Там наберется пятьсот баксов?

– Это мои деньги.

– Я на них и не претендую. Я прошу у тебя взаймы. Как только приедем домой, я тебе сразу отдам.

– Я знаю, как ты отдаешь. У тебя обещанного надо полгода ждать. А у меня времени нет. Мне деньги очень нужны. Ты можешь съездить домой, взять деньги и рассчитаться.

– Зачем я буду по сто раз ездить? Я же говорю, что сразу тебе отдам.

Я достала баксы из кармана и отсчитала ровно пять сотенных купюр. Марат взял деньги. Я пересчитала оставшееся. Ровно семьсот долларов. Негусто, но мне и эта сумма кажется большой. Как только Марат вернулся, мы сели в машину и поехали в город. Марат был в прекрасном настроении, даже напевал что-то себе под нос. Он подмигнул и сунул руку мне под рубашку.

– Я так люблю, когда ты без трусиков!

Я с силой ударила его по руке.

– Еще раз так сделаешь, откушу руку.

– Ты что?

– Ничего. Или забыл, как меня проституткой обзывал, заливая баки своему Рустаму, что снял меня в ресторане?

– Но я же специально, чтобы Рустам подумал, что ты мне безразлична!

– Зачем?

– Но ведь они бы тебя оприходовали, как шлюху, и все!

– А почему ты за меня не заступился, когда на мне одежду рвали?

– Я заступился.

– Я что-то не заметила.

– Да если бы не я, тебя бы так отделали! Я просто по-другому не мог. Если бы Рустам заподозрил, что у нас нормальные отношения, то трахнул бы тебя мне назло. Я сделал все по уму. Придумал, что хочу потрясти твоего мужа.

– А ты что, не хочешь трясти его?

– Да на черта он мне сдался!

– А мне так не показалось. Я решила, что ты и в самом деле хочешь сорвать куш!

– Да ты что, умом тронулась? Я все это придумал, чтобы тебя спасти. Благодаря мне ты осталась целой и невредимой.

– Не скажи! Мне ухо повредили и на теле синяки.

– Заживет твое ухо.

– Ты вчера со мной обращался как с последней дрянью.

– У меня не было выхода.

– Зачем ты Рустама убил и этих двоих?

– Я уже давно хотел это сделать, просто не было такой возможности. Я кинул его на деньги, а он постоянно цеплялся, чтобы я вернул долг.

– Тебе за это что-нибудь будет?

– За что?

– За то, что ты их убил.

– Никто не узнает. У Рустама была небольшая группа. В живых никого не осталось. Даже если бы кто-то и узнал, то выкрутился бы.

– А почему ты не захотел вернуть ему деньги?

– Потому что они мне пока нужны.

– Но ведь это же его деньги?

– И что?

– Ты же их занял.

– Я же тебе говорю, что я его кинул.

Я представила, что он также кинет и меня.

– Куда мы едем?

– Заедем к одному моему приятелю, приведем себя в порядок.

– Мне нужна моя сумочка.

– Ирина, давай ко мне отправимся завтра. Мы столько пережили, надо отдохнуть. Или ты торопишься к мужу?

– Хорошо, поехали к твоему приятелю, – согласилась я и отвернулась к окну.