Сердце отваги измеряется численностью. Книга 2
Шрифт:
Отправленные наперёд мошки показали, что Вета уже на площадке. Ещё бы! Пустая болтовня и бой с Дервисом заняли не пару минут! Правда, внешний вид девушки… Это что, красное платье? Из того самого отреза ткани, который я подарил ей в прошлом году. Она его сама шила, я даже несколько раз следил за процессом своими насекомыми.
Но зачем оно ей сейчас? Для тренировки и спарринга?! Или я чего-то не понимаю, или… нет, точно чего-то не понимаю.
Не люблю не понимать. Хотя, может, здесь играет роль пресловутая «женская логика»? Тогда гадать бессмысленно, нужно узнавать всё на месте.
В боку неожиданно закололо. Не к добру. Но вроде бы никакой засады на меня нет, да и сучонок Дервис ничего подобного не упоминал. В общем, не должны были меня ловить или пытаться убить. За что? За то, что Прoклятый? Пф-ф…
Тем не менее я только что совершил убийство. Не первое за свою жизнь, но… Это был не простой человек, а мой знакомый. И я его убил. За дело, надо сказать, и всё же… Эй, я ведь только что думал об этом! Никакой жалости!
Хотя жалости и не было. Какое-то… иное напряжение. Наверное, даже не потому, что я отнял чью-то жизнь (в данном случае это скорее была самооборона), а потому, что Дервиса точно станут искать — и расследовать пропажу. Вдруг выйдут на меня?
Нет уж, нет тела — нет дела. А я вообще никаких следов не оставлю!
— Ты опоздал, — недовольно бросила Вета, когда я остановился рядом, пытаясь отдышаться. Солнце окончательно ушло, Ностой погрузился в полумрак, подсвечиваемый лишь ярким глазом луны.
На самом деле, приятная атмосфера. Где-то продолжали слышаться голоса людей, негромко что-то обсуждающих на своих участках. Иные уже направились спать. В деревнях рано ложатся и рано встают.
Я заметил, как девушка сморщила нос. Неужели на мне ещё остался запах крови? Или просто пот? Инстинктивно я понюхал собственное плечо. Нет, железного запаха не ощущаю — значит, всё хорошо.
— Прости, — ответил я, утирая пот. Очень уж спешил. Был миллион других вариантов выбора слов, но… всё так или иначе являлось отмазкой. Реальность такова, что я обещал и не смог.
— Хм! — скрестив руки на успевшей сформироваться груди, которая была уже вполне хорошего первого размера с намёком на будущий второй, Вета надменно задрала нос. Лицо её приняло жёсткое выражение, взгляд ушёл куда-то за моё плечо, как бы демонстрируя, что она не испытывает даже желания общаться.
Неплохая актриса. Женщины, похоже, обучаются этому интуитивно.
— Отлично выглядишь, — улыбнулся я. В отличие от меня, девушка пахла чем-то цветочным и очень приятным.
— А ты нет, — ожидаемо уколола Вета, хотя её глаза заинтересованно осматривали мой обнажённый торс. Мне даже показалось, что она слегка покраснела, хотя, возможно, меня путал сумрак.
— Я бегал, — с той же улыбкой ответил я.
— Вижу, — закатила она глаза.
— А ты вроде хотела спарринг? — демонстративно размял я шею и плечи.
— Перехотела, — бросила девушка, откинув распущенные волосы за спину.
Проводив их движением глаз, я невольно сглотнул. Не знаю как, но этот обыденный жест выглядел будто в рекламе — словно бы чуточку замедленно и оттого очень красиво. Мне всегда нравились её густые волосы. Чёрные, мягкие и очень объёмные. Почему-то в голове неизменно возникала ассоциация с конской гривой.
Моргнув, я вышел из состояния наваждения и сосредоточился на разговоре. А на нём было нужно сосредоточиться, чтобы не развести глупую ссору на пустом месте.
— Не так уж сильно я опоздал.
От поднявшегося прохладного ветерка я ощутил, как приподнялись волоски на руках. Бр-р, без рубахи как-то некомфортно! Хоть Ауру используй! Зато пот почти высох — везде нужно искать положительные моменты.
— Это показатель, Загрейн, — уже менее эмоционально, скорее глухо и обиженно, произнесла Вета.
— Показатель чего? — нахмурился я. Наши голоса звучали приглушённо в ночной тишине
— Твоего отношения, — поморщилась она. — К Зане небось пришёл бы вовремя!
Понятно. Но вместе с тем ни хера не понятно!
— Вета, чёрт тебя дери, что это за ерунда? — развёл я руками. Говорил я без негатива, но голос, как и температура на улице, немного похолодел.
Теперь настал её черёд недоуменно на меня смотреть.
— О чём ты?
— Ты сама позвала меня на тренировку, — добавил строгости. — Тренировку! — выделил я это слово. — Я, конечно, немного не рассчитал время, которое понадобится, чтобы добежать до леса и обратно, за что прошу прощения, — коснулся я ладонью груди. — Моя вина. Больше такого не повторится. Но вместе с тем я опоздал не так уж сильно. Могла бы пока разминкой заняться. Всё равно без разминки, как говорил Отье, никаких тренировочных боёв начинать нельзя. И я его в этом поддерживаю. — На миг я замолк и наклонил голову. — Не тебя этому учить, Вета. Ты знаешь такие мелочи лучше меня. Однако разминку ты не начала. Более того, у меня создаётся ощущение, будто бы ты рассчитывала на что-то другое.
— На что же?
Хмыкнув, я демонстративно оглядел её красное платье. И ведь сама шила, я знаю это. Хоть Вета ни разу не говорила, но мошки ведали истину — девушка приступала к работе с восходом солнца и отлипала уже на закате.
Но получилось весьма и весьма. Не супер-пупер идеал, который приходил мне на память из виденного ещё в прошлом мире, но… ух, как же оно ей шло!
Так или иначе, форма одежды чётко и явно сигнализировала, что тренировкой тут и не пахло.
— Это свидание? — напрямую спросил я.
Короткое молчание.
— А если и так?! — Вета демонстрировала гнев, но вместе с тем в глубине её глаз мне почудилась влага. Нехорошо…
— Тогда в следующий раз говори об этом напрямую, дурёха, — мягко сказал я и шагнул ближе.
— Ты!.. — ощерилась она. — Ты!.. Да ты хоть знаешь!..
— Знаю. — Ещё один шаг. Теперь я застыл прямо перед ней, возвышаясь на голову. Глаза Веты широко распахнулись. — Ты тоже нравишься мне. И мы обсуждали ситуацию с твоим отцом. Он одобрил, хоть и продолжает морщить нос на людях. Ничего не поделаешь, нужно держать лицо перед остальными. Потому давай не ходить вокруг да около, а решим вопрос сразу.
Мои слова выбили её из колеи. Это не было похоже на любовное признание. Вот ни разу. Скорее нечто куда более практичное и взрослое. И я, признаться, не знал, как подобное воспримет девчонка, у которой на уме небось сплошная романтика.
Возраст такой!
Будь я настоящим шестнадцатилетним пацаном, то такие слова выдать бы не сумел. Сбился бы на любовные сюсюканья или романтический пыл. Чего уж, меня и сейчас разбирает желание то ли встать на колени, поклявшись в вечной любви, то ли крепко обнять её, то ли подхватить на руки или хотя бы завладеть ладонью…