Чтение онлайн

Голова ударяется о землю, и я уже в другом месте.

Передо мной золотая стена. На ней ряды колец, одно в другом, с полированным лазуритовым шаром в центре. Линии движутся в противоположных направлениях, как механизм замка или часов. Тик-тик-тик.

Подхожу ближе, в кольцах вспыхивают символы, загораясь золотым светом. Но это письмена на языке, которого я не знаю.

— Покажи, что это значит, — требую.

— Нет, — голос Лиандра окружает меня, но я слышу, как ему тяжело говорить.

Пытаюсь запомнить каждый символ, врезать их в память. Знаю, это важно, и он не хочет, чтобы я видела. Тянусь к лазуриту... Тиканье становится громче и громче, пока пальцы не касаются холодного камня. Последний тик грохочет в голове, я вскрикиваю, закрываю глаза, зажимаю уши.

Треск разрывает сознание. На мгновение мне кажется, что голова расколота, мозг вытекает на пол.

— Лу... — зовет Эдия. Я открываю глаза. На ее лице страх. Пытаюсь стряхнуть боль. Моя рука все еще на лбу Лиандра, я убираю ее, и его тело обмякает на звездных клинках, пригвождающих его к стене.

Из уголков его глаз струятся кровавые слезы. Зрачки расширены. На лбу отметина: полумесяц, обнимающий восьмиконечную звезду, от которой расходятся черные прожилки, скрываясь под кожей.

Я убила его.

Своим разумом. Прикосновением. Ничем другим.

…

…

Черт-черт-черт-черт.

Так. Не психуй. Не. Психуй.

Это было чертовски круто, но и ужасающе, и о боже, не психуй.

— Ты психуешь, — говорит Эдия.

— Знаю! Знаю-знаю-знаю! — машу руками, будто из них может хлынуть магия. — Я убила его!

— Ты вампир, ты убивала и раньше. Он заслужил. Он мудак.

— Но не разумом, Эдия.

Она пожимает плечами.

— Ну, типа того. Пение, контроль сознания, какая разница?

— Блять. Твою ж мать. Все плохо.

— Ты шутишь? Это потрясающе, — она кладет руку мне на плечо. Я дергаюсь.

— Нет. Не трогай меня. Не хочу причинить тебе вред.

Эдия смеется, будто все в порядке. Остальные смотрят настороженно, кроме Ашена, в чьих глазах читается тревога. Я чувствую ее под кожей.

— Ты убила Лиандра, потому что хотела, — успокаивает Эдия, снова кладя руку мне на руку. — Ты не хочешь вредить мне. Я верю в тебя, Лу.

Я открываю рот, чтобы сказать, что не верю в себя, но тут слышу. Звук вдалеке. Такой тихий, что кажется игрой воображения.

Пробираюсь к окну, распахиваю створку. Снежная буря, горы, леса за стенами дома Валентины. Солнце - лишь холодный желтый шар, равнодушно взирающий на меня.

Ветер бьет в стекло, снег хлещет по лицу.

И затем я слышу это.

Волчий вой в лесу.

Даже не закрываю окно, поворачиваюсь к остальным.

— Нам нужно оружие. Валентина в катакомбах под домом, — бросаю последний взгляд на падшего ангела, пригвожденного к стене. — Оборотни уже здесь.

ГЛАВА 35

Мы с Ашеном мчимся по лестнице за мечами, обмениваясь лишь парой деловитых фраз, но молчание компенсируется тревожными взглядами. Сборы занимают считанные минуты, и вот мы уже в холле с остальными, но мне отчаянно хочется остановить время. Хотя бы на мгновение. Просто поговорить. Возможно, это последний шанс.

Когда мы приходим, все готовы. Только Давина без оружия, но она снимает со стены алебарду с отполированным серебряным лезвием. Постукивает древком по ладони, проверяя вес, и встречает мой взгляд решительной улыбкой.

— Сойдет, — говорит она.

Я отвечаю кивком.

— Пошли.

Веду всех вглубь дома, через коридор, в библиотеку. Останавливаемся перед гобеленом с охотой, занимающим всю каменную стену до самого пола. В центре — Влад на белом коне, ведущий друзей за величественным оленем. В углу, среди охотничьих собак, скромно изображена женщина.

— Народ, оцените. Фотобомба, — становлюсь рядом с вышитой версией себя и тычу пальцем между портретом и своей грудью.

— Да ладно! — Эдия фыркает.

— Помню ту охоту. Это я прикончила оленя. Влад был так пьян, что свалился с коня. — Осматриваю гобелен в последний раз и срываю его со стены, обнажая железную дверь, несмотря на драматичный вздох Эрикса. — Да брось, мистер «искусствовед-ангел». Два дня назад ты не отличил бы Мисофелиса от Аристофана. Люблю тебя, но заткнись нахрен.

Эдия хохочет и взрывает магией дверную ручку, срывая печать. Мы ступаем на площадку винтовой лестницы, уходящей вниз. Щелкаю выключатель, включаются решетчатые лампы, которые начинают гудеть.

— Она внизу, — говорю, когда Ашен подходит. Пламя вспыхивает на его клинке.

— Помни обещание, вампирша. Если скажу «беги» - беги.

На мгновение все вокруг перестает существовать. Ашен смотрит в мои глаза, и я чувствую, как наши шрамы поют в унисон. Прикасаюсь к его груди, ощущая тепло под пальцами. «Я живу там», — думаю, и меня окутывает покой. Я всегда буду частью его, как и он - частью меня. Мы больше не умрем в одиночестве. После столетий тоски я наконец принадлежу кому-то, а он - мне.

И черта с два я побегу, не сражаясь за это.

Медленно улыбаюсь. Ашен закатывает глаза.

— Ты же не побежишь, да?

Качаю головой.

— Ясно. Тогда хоть постарайся сегодня не пырнуть меня, ладно? Надоело.

— Это никогда не надоест, — отвечаю, и он улыбается, прежде чем украсть у моих губ жаркий поцелуй. Затем разворачивается и ведет нас вниз.

Спускаемся глубже. Воздух становится влажным, пахнет сыростью, когда мы достигаем катакомб. Лестница выводит в узкий коридор - точь-в-точь как в видении из разума Лиандра.

— Они там. Валентина и Флорин, — говорю, и Ашен оборачивается с мрачной тревогой во взгляде. Кивает Эдии.

Та достает из кармана мешочек, шепчет заклинание «Akbuus gallaai» в горсть порошка и дует в сторону двери. Волна энергии срывает петли, отправляя створку в полет. Эдия поворачивается и улыбается.

— Крутая сучка, — одобряю я. Эдия подмигивает, и мы следуем за ней.

Пыль еще не осела, когда мы переступаем через дверь и застываем в огромном зале.