Чтение онлайн

Лера потянулась к кнопке экстренного выключения. Она не видела, откуда вдруг повалил дым, но от него заслезились глаза. Лера закашлялась и наконец нащупала что-то ладонью. Она откинула крышку и вдавила кнопку.

Кран вдруг резко остановился. Гудение прекратилось. Но дым продолжал валить, а искры выпрыгивать. Один из проводов, подключенных к пульту управления, вдруг покрылся оранжевым светом – огнем. Лера подавила желание вылезти из этого чертова места и на миг зажмурила глаза. От дыма те заслезились. Она прикрыла нос и рот рукавом, судорожно вдохнула воздух, уже пропахший дымом, но еще не заволоченный им и задержала дыхание. Лера подняла увесистый баллон огнетушителя, и стоило проводу покрыться пеной, огонь исчез. В кабине ощутимо снизилась температура, по спине поползли мурашки от облегчения и пережитого страха. Лера вылезла из кабины и почувствовала, что вот-вот свалится. Перед глазами все смазалось, от дыма, которым та успела надышаться, разум помутился. Она спустилась по длинной-длинной запасной лестнице крана. Даже вечно воняющий, но прохладный воздух Миткорда показался ей свежим в сравнении с дымной кабиной крана.

Строители отвлекались от работы. Начальник подошел ближе, сверкая черными узкими глазами. Леон стоял неподалеку, поправляя каску. Спустя несколько секунд Лера услышала гневный окрик:

– Что ты наделала?! Кран мне решила спалить?!

Она не успела ответить – ей просто выбора не оставили.

– Ты уволена, – прорычал начальник, раздуваясь от злости.

Лера быстро повернулась лицом к нему. При чем она вообще? Что, ей дело есть до поджогов? «Я же потушила огонь,» – рассеянно подумала та.

– Но… я же не…

– Никаких «но». Это точка. Ты уволена.

Лера посмотрела себе под ноги. Что же произошло? Короткое замыкание, возгорание, а затем Лера потушила огонь, согласно правилам и спустилась вниз. Что она сделала не так?! Может, он думал, что это не было коротким замыканием, и Лера пренебрегала правилами?

– Я же ни при чем!

– Ты крановщик. А значит, ты и ответственна за это.

От такой логики голова могла пойти кругом.

– Радуйся, что кран застрахован, – продолжал начальник. – Тебе не придется за него платить. Но больше твоей ноги здесь не будет!

Лера еще несколько секунд оторопело разглядывала заволоченный дымом изнутри кран, затем наконец сказала:

– И пожалуйста. Раз я здесь больше не работаю, то могу высказать свое мнение – вы самодовольный поганец, каких свет не видывал!

Иван Михайлович даже опешил, но скоро опомнился. В Лере уже просыпался человек, готовый ответить ударом на удар. Брысов ответил:

– Значит, ты сейчас пишешь заявление об увольнении, я отдаю тебе трудовую книжку и пишу в ней, что я уволил тебя, а не ты ушла по своему желанию. Глазки строить будешь у кого-то другого.

Так он и сделал. Лера написала заявление, а затем круто развернулась и быстро зашагала прочь, прижимая трудовую книжку к груди, как свое сокровище. Ей все время казалось, что кто-то преследует ее, и гнетущее чувство вокруг плеч и спины все нарастало, так что Лера перешла на бег, чтобы никто не слышал больше, как дрожит ее голос или как она в спешке утирает навернувшиеся слезы.

Так она убежала достаточно далеко от площадки. Лера почувствовала на своем плече мокрую руку дождя, замедлилась и в конце концов остановилась у стены жилого дома, дрожа от холода и пытаясь спрятать в покрытых каплями ладонях многострадальную трудовую книжку от дождя.

Лера услышала знакомый голос:

– Все в порядке?

Это была всего лишь мимолетная секунда, но ее хватило, чтобы окатить волной облегчения Леру. Перед ней стоял Пашка, черный зонт крыльями простирался у него над головой.

– Я… ме-меня уволили с работы, – запинаясь, объяснила Лера.

– За что?

– Да так… несчастный случай или вроде того.

– Значит, ты не виновата? – выгнул бровь Пашка.

Лера неоднозначно покачала головой. Та гудела, глаза снова начали слипаться. Она и сама уже не понимала, виновата ли, но точно знала одно: ее уволили и обратно вряд ли возьмут.

– Ты осталась без работы и, как я вижу, не спала ночью, – подытожил Пашка.

Она кивнула.

– Хватит стоять под дождем, иди сюда, – вдруг сказал он. Лера шагнула под зонт. – Оставили делать лишнюю работу?

– Как ты угадал?

– Валишься с ног, глаза красные, ведешь себя затравленно. Поверь, со мной такое случалось, – Лера почувствовала, как ей становится лучше от понимания. Но в данном случае зонт был едва ли полезен – ветром капли относило в сторону, и скоро ботинки и нижняя часть штанин обоих были мокрыми.

– Спасибо.

– Не за что, – Пашка тепло улыбнулся, а затем резво обернулся направо, в сторону автобусной остановки, словно боковым зрением увидел кого-то знакомого. – Нам предстоит найти тебе новую работу.

– Ты что, серьезно? – нахмурилась Лера.

– А почему нет? Разве друзья не нужны, чтобы помогать друг другу? Или… я слишком обнадеживаю себя? – озаренный внезапной догадкой, Пашка сник.

– Нет! Нет, все нормально, – Лера тоже улыбнулась.

– Так… где ты работала? – Пашка потер бровь пальцем.

– Я была крановщицей, – коротко сообщила Лера.

Рыжего ее ответ явно удивил. Он даже слегка подался назад, будто конь, увидевший нового наездника и явно находясь не в восторге от него.

– Ох… круто. В смысле… прости, мне правда жаль. Я не то имел ввиду.

– Я поняла.

– Ну что, тогда снова на стройку? – собрался с мыслями Пашка. – Кажется, я видел где-то объявление… недавно крановщик убился, застрял в кабине. Там вакансия освободилось.

– Ни за что, – замотала головой она. – Если у нас на площадке кран бешеный, то я боюсь даже представить, что произошло там, раз он… – закончить фразу Лера не осмелилась, будто боялась, что и с ней может произойти что-то подобное. – И если меня так будут каждый раз швырять с места на место, я скоро не выдержу.

Пашка огляделся вокруг.

– Значит, перспектива «опять на стройку» тебя не устраивает. Я уговаривать не буду, это твой выбор. Но обычно, чтобы устроиться куда-либо, нужны паспорт, трудовая книжка и страховое свидетельство, – вспомнил Пашка. – Что-нибудь из этого у тебя с собой есть?

Лера, как обычно, потянулась за рюкзаком, но не обнаружила его на своих плечах. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять: он остался в кране, наедине с огнем и коротким замыканием.

– Ох черт… смеешься, что ли? – невесело бросила она. – Все мои вещи там, в кабине. Ну, кроме трудовой книжки, – Лера еще крепче прижала ее к себе, закрывая от воды предплечьями.