Чтение онлайн

– Не стану возражать, - неохотно проворчала она, бросив на Дайлин косой взгляд. Узы Стража донесли до Илэйн клубок эмоций, которые она ощущала всё утро: разочарование, раздражение, возбуждение. Возможно, отголосок её собственного состояния. С момента наложения уз они удивительным образом отражали друг друга. Даже её месячные сместились более чем на неделю, чтобы соответствовать другой женщине!

Недовольство Бергитте тем, что Дайлин опередила её с ответом, было столь же очевидным, как и нежелание соглашаться с ней.

– Проклятье, Илэйн, Охотники не намного лучше, - пробормотала она. Они приносят свою Клятву в надежде на приключения и на то, что попадут в легенды. Никак ни на то, чтобы сидеть на одном месте и следить за соблюдением закона. Половина из них - самовлюблённые петухи, которые задирают свои растреклятые носы и смотрят свысока на каждого; остальные же не просто идут на необходимый риск, а лезут на рожон. Стоит хоть одному шепотку о Роге Валир долететь до их ушей - и тебе повезёт, если среди ночи внезапно исчезнут лишь двое из троих.

Дайлин тонко улыбнулась, словно заработала очко в свою пользу. Сравнивать между собой этих женщин было столь же нелепо, как воду с маслом; без труда управляясь почти со всеми остальными, друг с другом они по непонятной причине могли спорить даже о том, какого цвета уголь. Да и поспорили бы, зайди об этом разговор.

– Кроме того, - продолжила Дайлин, - как Охотники, так и наёмники, - почти все чужеземцы; так или иначе, но это обернётся худо. Весьма худо. Полагаю, мятеж - последнее, чего бы ты желала.
– Вспышка молнии на мгновение осветила оконные переплёты, а особенно громкий раскат грома словно подчеркнул прозвучавшие слова. За тысячу лет семь Королев Андора были низвергнуты в ходе народных восстаний, лишь две из них остались в живых - и, скорее всего, пожалели об этом.

Илэйн сдержала вздох. На одном из выстроенных вдоль стены маленьких покрытых инкрустацией столиков стоял серебряный поднос с бокалами и кувшином горячего вина со специями. Вернее, когда-то горячего. Она коротко направила саидар, сплетя поток Огня, и над кувшином заструился пар. Повторный подогрев придавал специям легкий привкус горечи, но ощущение тепла от отделанного серебром бокала в её руках стоило того. С усилием она подавила желание согреть весь воздух в зале и отпустила Источник; впрочем, тепло бы сохранялось, лишь продолжай она удерживать плетения. В той или иной мере ей приходилось преодолевать нежелание отпускать саидар каждый раз, и с каждым разом всё сильнее хотелось зачерпнуть больше. Любая Айз Седай была знакома с этим опасным искушением. Жестом Илэйн предложила остальным наливать себе вино.

– Вы же видите, что происходит, - сказала она.
– Только глупец не поймёт, что ситуация ухудшается с каждым днём, а глупости я за вами не замечала. Гвардия была пустой оболочкой - лишь горстка надёжных людей, и вдвое больше громил и головорезов, скорее соответствовавших роли типов, которые вышвыривают пьянчуг из трактира или же вылетают оттуда сами. Салдэйцы ушли, айильцы тоже покидали Кэймлин. В результате преступность расцвела, как сорняки весной. Илэйн надеялась, что снегопад приостановит её разгул, но каждый день приносил новые кражи, поджоги, а иногда и что похуже. Обстановка изо дня в день все больше накалялась.
– Такими темпами первые бунтовщики дадут о себе знать уже через несколько недель. Или даже раньше. Если я не смогу навести порядок даже в Кэймлине, народ повернётся против меня.
– Быть не в состоянии следить за порядком в столице - всё равно, что объявить на весь мир о том, что не подходишь на роль правителя - Нравится мне это не больше вашего, но это необходимо сделать. И будет сделано.
– Обе открыли рот, желая возразить, но она не дала им такой возможности, решительно повторив: - Будет сделано!

Бергитте мотнула головой, и её доходящая до пояса золотистая коса закачалась из стороны в сторону. Сквозь узы все ещё просачивалось неудовольствие, но вместе с ним Илэйн ощутила и согласие. Да, у Бергитте был весьма странный взгляд на отношения Стража и Айз Седай, но всё же она научилась определять, когда на Илэйн бесполезно оказывать давление. Например, как в случае с титулом. И командованием Гвардией. И рядом других, менее значительных вопросов.

Дайлин слегка склонила голову и едва заметно присела - это могло бы сойти за реверанс, не будь её лицо каменным. Не следовало забывать, что многие желали видеть на Львином Троне не Илэйн Траканд, а именно Дайлин Таравин. Пока от этой женщины не было ничего, кроме пользы, но прошло ещё так мало времени... Может, она просто ждет, пока ты допустишь какую-нибудь серьёзную оплошность, чтобы затем выйти на сцену, "спасая" Андор?
– шептал порой в голове у Илэйн вкрадчивый голос. Что ж, кто-нибудь достаточно коварный и расчётливый вполне мог попытаться пойти по этому пути и даже преуспеть в осуществлении своего замысла.

Илэйн подняла руку, чтобы потереть висок, сделав при этом вид, будто поправляет причёску. Сплошная подозрительность, так мало взаимного доверия... С тех пор, как она, отправившись в Тар Валон, покинула Кэймлин, Игра Домов успела основательно заразить Андор. Илэйн была весьма признательна Айз Седай: за время, проведённое среди них, она научилась не только обращению с Силой; для большинства сестёр Даэсс Дэй'мар была так же естественна, как дыхание. Не менее благодарна она была и наставлениям Тома. Не будь всего этого, она бы не продержалась после своего возвращения так долго. О, Свет, только бы с Томом всё было в порядке! Лишь бы он, Мэт и остальные ускользнули от Шончан и были на пути в Кэймлин! Каждый день с тех пор, как она покинула Эбу Дар, Илэйн молилась об этом. На что-то большее, чем эта краткая мольба, у неё просто не было времени.

Сев в кресло, стоящее в центре дуги, - кресло Королевы - она постаралась принять подобающий королеве вид: спина гордо выпрямлена, свободная рука покоится на резном подлокотнике. "Выглядеть королевой недостаточно", часто говорила её мать, "однако проницательность, ясный ум и отважное сердце ничего не стоят, если люди не видят в тебе королеву". Илэйн ощутила на себе взгляд Бергитте - внимание, граничащее с подозрением. Порой узы приносили столько неудобств! Дайлин поднесла бокал к губам.

Илэйн сделала глубокий вдох; она рассмотрела проблему со всех сторон и не нашла другого выхода.

– Бергитте, я хочу, чтобы к весне Гвардия равнялась армии, которую могут выставить на поле боя десять Домов.
– Скорее всего, неосуществимо, и сама попытка достижения такой цели означает содержание уже набранных наёмников, поиск всё большего и большего их числа, вербовку каждого, кто выкажет хоть какую-то заинтересованность. Что за скверный клубок!

Дайлин поперхнулась, выпучив глаза; тёмное вино брызнуло у неё изо рта. Всё ещё кашляя, она выдернула из рукава кружевной платок и прижала его к губам.

Волна ужаса хлынула от Бергитте сквозь узы.
– Ох, пусть я сгорю, Илэйн, не хочешь же ты сказать... Я лучница, а не полководец! Это всё, чем я когда-либо была, поймёшь ли ты это наконец? Просто я делаю то, что должна, то, к чему меня вынуждают обстоятельства. В любом случае, я - уже не она, я - это я, и...
– Она умолкла, осознав, что сказала больше, чем следовало. Уже не в первый раз. Под пристальным взглядом Дайлин её лицо сделалось пунцовым.

Они условились говорить всем, что Бергитте родом из Кандора, где простые женщины носят похожую одежду, однако Дайлин явно подозревала, что это неправда. И с каждым разом, когда Бергитте не сдерживала свой язык, она приближала тот момент, когда её секрет перестанет быть таковым. Илэйн наградила её взглядом, обещавшим впоследствии тёплый разговор.

Она никогда бы не подумала, что щеки Бергитте могут приобрести такой цвет. Смущение, хлынувшее через узы, затопило все остальные чувства, и Илэйн ощутила, как краснеет сама. Она поспешно придала своему лицу строгое выражение, надеясь, что в одних лишь пылающих щеках никто не разглядит её сильнейшее желание скорчиться в кресле, испытывая чужой стыд. Да, этот эффект отражения был более чем неудобен!

Дайлин уделила Бергитте всего лишь мгновение. Спрятав платок на место, она аккуратно поставила свой бокал на поднос и выпрямилась, уперев руки в бедра. Гвардия всегда была сердцем армии Андора, но это... Помилуй Свет, это же безумие! Ты настроишь против себя каждого от реки Эринин до Гор Тумана!