Чтение онлайн

Дерек вздохнул с облегчением и отёр со лба выступившую испарину. Ночь действительно оказалась на редкость тяжёлой. Впрочем, как он и предполагал. Зверь внутри него словно взбесился, приветствуя приход на небосклон полной луны и поэтому рвался наружу, желая подчинить Дрейка, лишить контроля, заставить обратится. Не раз за ночь, парень чувствовал край, но ему всё же удалось удержать хищника в узде. Правда сил, как духовных так и физических пришлось приложить не мало, поэтому сейчас он был измучен, но всё же доволен собой. Сражаться с собственной сущностью всегда непросто. Теперь же, когда луна скрылась, отправившись на покой, а ночь уступила место дню, зверь внутри Дерека затих, а значит, можно было расслабиться и отдохнуть. Ситуация была под контролем. Однако он не заблуждался на счёт того, что затишье продолжиться долго, зная, что лишь только сгустятся сумерки, его существование вновь обратится в сущий ад.

Перед мысленным взором парня пронеслись образы минувшей ночи, когда он не мог найти себе места и не мог успокоиться, метаясь из угла в угол, будто хищник в клетке. Что впрочем, было недалеко от правды. Ведь человеческое тело – это клетка для его звериной сущности, сдерживающая её, которую волк, живущий в нём, хочет разрушить, дабы вырваться. В эти мгновения, он превращается в сплошной комок боли, который буквально разрывают изнутри. А луна с небес манит и словно уговаривает поддаться звериному нутру, насладится преподнесённым ему даром. Но он знал, что если уступит, даст хоть малейшую слабину, то предаст себя и пустит прахом все свои усилия и пережитые муки. Этого допустить он не мог, даже зная, что поступив, так сможет избавиться от страданий и приобретёт невероятную силу и власть. Только, то были слишком незначительные причины для того что бы проиграть бой. К тому же ошибке природы, коим Дерек себя считал, нет места в этом мире, его не должно существовать. Именно эта мысль и помогла ему продержаться ночью, удержаться от искушения. Впрочем, как и все ночи полнолуние до этой.

Встав с кушетки, парень прошлёпал к умывальнику и, зачерпнув пригоршню воды, плеснул в лицо. Подняв глаза, он взглянул в небольшое зеркальце на стене и констатировал тот факт, что выглядит паршиво. Впрочем, ничего удивительного – ночка у него выдалась бурной. А то, что волосы взлохмачены, лицо осунулось и побледнело, под глазами залегли тёмные круги, так это ничего. В конце концов, не телезвезда. А до той поры, когда можно будет вернуться в школу, сумеет привести себя в порядок.

Отвернувшись от своего отражения, Д.Д. внимательно оглядел убежище. Сам по себе это был маленький домик в глубине леса, куда трудно добраться и где, можно было спрятаться от людей во время полнолуния. Обставлен он был прост: кушетка с продавленным матрасом и тощей подушкой, стол, колченогая табуретка, умывальник, да зеркало на стене. Однако парня простой интерьер вполне устраивал. К тому же здесь он прибывал лишь только, когда наступала злосчастная ночь и надо было укрыться от чужих глаз, а в остальное время тут нечего делать. Дом был далеко от дороги и цивилизации. А сейчас всё убранство его превратилось в полнейший кавардак, что значило, что ночью развлёкся Дерек знатно. Стол лежал на боку и кажется, лишился одной ноги. Та отломанная валялась в углу, а стул выглядел так, словно им колотили об стену. Дерек заметил несколько вмятин в дереве и предположил, что именно всё так и было. Пол густо усыпал белый пух, что некогда был подушкой. Целыми из всего небогатой обстановки Дрейка, остался матрас, кушетка и умывальник. До них он видимо не успел добраться. Это радовало. Значит в какой-то момент, всё же смог взять себя в руки и теперь хоть что-то не придётся чинить.

Именно этим парень решил заняться. Конечно, можно было бы и не убираться, так как нет гарантии, что завтра утром его не будет ожидать такое же унылое зрелище устроенного им погрома и хаоса, но вид собственного буйства угнетал парня. Так что выбора не было.

«Что ж приступим…» – сказал он себе и, достав из подпола инструменты и метлу, принялся за дело.

Помещение было маленьким, так что времени, что бы вымести пух и прибраться, у него много не заняло, а вот что бы сколотить обломки табуретки и ножку стула, то тут пришлось потрудиться. Однако работа была привычная, так что уже через час, дом выглядел прилично. Дрейк удовлетворёно оглядел своё убранное убежище, чувствуя довольство, делом своих рук, стараясь не думать о том, что сей порядок ненадолго.

Когда же с уборкой было покончено, парень решил, что здесь больше делать нечего и, накинув рубашку, вышел из дома. На улице едва рассвело и вокруг всё ещё только просыпалось. Звёрьё неторопливо и сонно ворочались в своих норах, букашки копошились в подстилке из травы и опавшей хвои на земле, птицы неохотно высовывали головы из под тёплых крыльев. Правда одна, одинокая пичуга из их пернатого царства уже выводила звонкие трели где-то в вышине, приветствуя новый день. И словно в ответ на этот требовательный призыв к действию, к тому, что следует сбросить оковы сна, постепенно лес наполнялся жизнью.

Дерек с наслаждением потянулся, разминая затёкшие мышцы, и глубоко вздохнул чистый, свежий воздух. Он любил утро, потому что оно прогоняло его ночных демонов и возрождало надежду на то, что всё как-нибудь образуется. В эти минуты парень ощущал себя человеком, полностью и всецело, чувствовал умиротворение, покой и был в гармонии с природой с природой и самим собой, как в противовес дисбалансу его существа в ночные часы. Однако сегодня, какое-то странное беспокойство вдруг вспыхнуло в нём едва он покинул своё убежище, а в сердце ни с того, ни с сего закралась тревога. Парень в полнейшем недоумении огляделся, не понимая, что случилось. Вокруг казалось всё было спокойно и никакой опасности не наблюдалось. Только вот с каждым мгновением, неприятное чувство начало усиливаться, требуя что-то предпринять. Внутренний голос буквально вопил о том, что случилось нечто страшное. Дерек решился довериться своему чутью, которое никогда его не подводило, поэтому сошёл с порога и направился в лес, куда как ему казалось, толкала интуиция.

Настороженно оглядываясь и осторожно ступая, не создавая ни малейшего шороха, парень проник под густую сень деревьев, ища источник своих тревог. И поиски долго не продлились и ему, даже не понадобилось углубляться далеко в лес. Пройдя всего несколько десятков ярдов от дома, под большой раскидистой елью он увидел лежащую на земле обнаженную девушку. Сердце Дерека сжала ледяная рука ужаса. Оставшееся расстояние он преодолел в считанные секунды и буквально остолбенел. У его ног разметав свои локоны цвета платины, безвольно распростёрлась Розамунда Сент-Джеймс. Когда же первое потрясение прошло, Дрейк отвёл взор и, сдёрнув рубашку, опустился рядом с нею на колени. Но едва он коснулся девушки, как волоски на теле встали дыбом. Небывало сильная энергия потоком ударила в него. Парень отшатнулся, недоверчиво взирая на Сент-Джеймс, а ноздри затрепетали от знакомого пряного аромата с мускусными нотками. Ошибки быть не могло. Она пахла оборотнем и запах принадлежал именно ей, а никому-то другому, кто мог бы его оставить на её коже. Как же такое могло случиться? Неужели Роуз из того же проклятого племени что и он?! Только всё говорило в пользу этого, как бы Дерек не желал того принимать. Быстрого осмотра ему хватило, что бы заметить на гладкой, белоснежной коже чуть розоватые следы рубцов, синеву ссадин, порезы и царапины, нарушавшие совершенства её тела. Не трудно было догадаться, что они появились из-за того, что она пробиралась сквозь чащу леса, одетая лишь в костюм Евы. В подтверждение сего были сбитые в кровь, перепачканные ноги и локоны, с запутавшимися в них листиками и веточками. Что же делать человеческой девчонке в лесу среди ночи, если она нормальная? Ответ ясен – совершенно нечего. А вот если ты оборотень, то выйти порезвиться среди тёмной чащобы, вполне объяснимое желание. Тогда и на то, что она обнажёна, есть свои причины. Ведь менять форму в одежде проблемно.

– Роуз, кто угодно, но почему именно ты?! – проскрежетал парень, гневаясь на судьбу и преодолевая ауру её ещё не разрушенной силы после превращения, аккуратно укутал девушку в рубашку и, подхватив на руки, поднялся.

Вместе со своей ношей Дерек направился в дом, анализируя случившееся. Мысленно он сопоставлял факты, которые могли помочь ответить на вопрос, почему его внутренний зверь не отреагировал ранее на девчонку, дав ему понять, кем она является. Оборотни ведь могли чуять друг друга даже в человеческом облике. Только вот двойственная сущность Роуз всё же оказалась для него сюрпризом. А такое было невиданным ранее случаем. Потому что, даже если девушка новообращенная, а так всё наверняка и есть, то она должна была всё равно пахнуть зверем, подсказывающий о её принадлежность к оборотням. Однако такового Дрейк не учуял, даже накануне полнолуния.

Парень внёс Роуз в дом и бережно уложил на кушетку, досадуя, что порвал подушку. Но сейчас это было меньшее из проблем, с которыми ему пришлось столкнуться на нынешний момент. Подтянув табуретку, Дерек присел рядом с Розамундой. Сердце его полнилось сожалением и состраданием к тому, что и ей выпало нести всю оставшуюся жизнь груз проклятия двойной сущности, а так же в глубине его зарождалось нечто, чему парень не желал искать определения, стыдясь собственных чувств. Мелкие царапины, которые были совсем недавно на её личике бесследно исчезали, не оставив и следа, а глубокий порез у ключицы, на глазах приобрёл розоватый оттенок, как после недельного процесса заживления. Уже через несколько часов все последствия ночного приключения исчезнут сами собой. Регенерация оборотней делала своё дело, а это ещё один признак того, что Роуз принадлежит к его роду.

«Ага. Мечтай грязнокровка…» – мелькнуло в его сознании. Очень похоже, как если бы Эрик сказал сие.

А ведь действительно, Дерек ей не ровня. Он – укушенный, насильно обращённый, а она, наверняка чистых кровей, получившая «ген оборотня» по наследству. Врятли девушка подверглась нападению оборотня, живя в своём Лос-Анджелесе. Одиночек из их племени крайне мало и они не любят селиться в мегаполисах где подвергаются опасности, а обострённые чувства, как у любого хищника, данные им природой, постоянной встряске из-за шума и загрязнённого воздуха. Поэтому чаще всего дети Луны селятся в небольших городах, желательно с близлежащим лесным массивом для охоты и сбиваются в стаи. Из этого следует, что в семье Сент-Джеймсов оказалась «паршивая овца» или точнее «волк», который и передал своим потомкам, в том числе Розамунде своё «наследие». Теперь она одна из оборотней, а это значит…

«Ничего это не значит идиот! Можешь даже и мысли не допускать. Потом же хуже ещё будет! Она уже дала тебе от ворот поворот, так что расслабься и будь умницей» – одёрнул себя парень. Хотя сейчас было вовсе не то время, что бы думать о подобных глупостях. Только вот взор оторвать от умиротворённого личика девушки уже не мог, а разум продолжал противиться тому факту, что она подобна ему.

Проклиная себя за слабоволие, Дерек нежно провёл костяшками пальцев по бархатистой коже Роуз, чувствуя, как пальцы стало покалывать от силы её сущности. Спящая она была прекрасна. Тонкие черты личика, одухотворённые и нежные, угольно-чёрные опахала ресниц лежащие полукружиями на щеках, бутон розовых губ и рассыпавшиеся по матрасу серебристые локоны – всё было достойно восхищения. Он мог бы смотреть на неё вечно. Девушка напоминала ему принцессу из сказки, которая заснула, что бы быть разбуженной поцелуем прекрасного принца и жить с ним счастливо до самого конца.