Чтение онлайн

Лео встал.

— Извините меня, но Селби сказал, что забежит ко мне перекинуться словом, пока я здесь. Кое-какие дела требуют внимания.

Мы с Беатой сидели, тихо разговаривая об Агнес и мальчиках. Зашла Клара, чтобы спросить, не нужен ли нам свежий чай. Ее наколка сбилась набок, лицо разрумянилось.

— Ну и штучка же этот ваш кузен, моя леди! Всех нас очаровал. Буквально потряс и Мод Винтерслоу, и бабушку Витерс, и не только их, — она подошла ближе. — Я никогда еще не видела, чтобы Элен так много разговаривала с молодыми людьми. Она разборчивая, эта Элен. — Клара пошла к двери, что-то напевая себе под нос, а я пожалела, что не могу присоединиться к веселью внизу.

Беата и Альби отъезжали шестичасовым поездом.

— Приезжайте к нам еще, — сказал Лео Беате, — и вы тоже, мистер Томсон, если в следующий отпуск у вас появится причуда побывать в деревне.

Альби заметно обрадовался приглашению, поэтому я добавила:

— Альби, осмелюсь сказать, что Флора будет рада проститься с тобой. Выбери время забежать ненадолго в детскую.

Альби помчался наверх — только хаки мелькнуло. Беата уставилась ему вслед.

— Ай, что-то он увлекся этой Элен. Однако могло бы быть и хуже — он всегда был шустрым, наш Альби.

Когда Альби, чуть раскрасневшись, спустился вниз, пролетка уже ждала. Все попрощались, и вскоре только мы с Лео остались стоять одни под вечерним солнцем.

Я не знала, как вести себя с Лео. Я убеждала себя, что он все еще любит французскую графиню, поэтому мне нечего стыдиться, что я держусь с ним отчужденно — но все-таки мне было стыдно, стыдно и неловко. Лео подошел ко мне чуть поближе, хотя и не слишком — он никогда не вставал очень близко к людям, — но поближе. Повернув ко мне свое большое тело, так, чтобы видеть мое лицо, он спросил:

— Тебе... понравились... крестины?

— Да, спасибо, — ответила я вежливым, официальным голосом, но, увидев, что довольство быстро исчезает с его лица, быстро добавила: — Очень, Лео, очень, спасибо тебе. И спасибо тебе за то, что ты потрудился приехать сюда.

Довольное выражение вернулось на его лицо, превратившись в улыбку.

— Мне нужно идти в детскую, — решительно сказала я. — Флоре пора купаться.

Повернувшись, я пошла наверх, но Лео последовал за мной.

— Я почти не видел сегодня Флору, — сказал он. Мне стало легче. Так вот зачем он задержался здесь, чтобы повидаться с Флорой! Конечно, она же была внучкой французской графини. Как только дверь открылась, Флора подбежала к нему, и он обнял ее. Без сомнения, радость на его лице была вызвана тем, что он приветствовал внучку любимой женщины. Я снова успокоилась.

Мы пробыли в детской больше часа. Флора все еще была в восторге от вечеринки в зале для слуг. Она сказала нам, что пила шампанское. Элен поспешно прервала ее:

— Только глоток, моя леди — на самом деле она только пузырьки понюхала. Вы ведь от них чихали, леди Флора?

Флора так энергично затрясла головой, что ее светлые кудряшки запрыгали, вызвав во мне пронзительное воспоминание о любви. О Фрэнк, пожалуйста, останься живым! Будет большая битва, по словам леди Бартон, но когда она закончится, война будет выиграна и Фрэнк вернется домой.

— Увидимся за ужином, Эми, — сказал Лео, выходя из детской.

Я удивленно взглянула на него — Лео сказал Флоре, что завтра они не увидятся, потому что он уедет в Лондон.

— Я думала, что ты уедешь в семь тридцать.

— Нет, я решил отправиться завтра первым поездом.

— Это так рано!

— Знаю, — поморщился он, — но у нескольких наших пациентов усилилась лихорадка от воспаленных ран, поэтому я нужен там.

Мистер Тимс накрыл ужин в утренней комнате, но когда я стала извиняться, Лео сказал:

— Мне очень приятно ужинать здесь, Эми. Делай любые изменения, какие тебе захочется, — он улыбнулся. — Думаю, что я даже могу позволить себе не надевать здесь вечерний костюм на время военных действий.

— По-твоему, они закончатся к Рождеству? — спросила я.

Лео ответил не сразу.

— История говорит, Эми, что когда силы равны, конца приходится ждать долго. Наполеоновский конфликт, например.

— Сколько же тянулся этот конфликт?

— Война между Англией и Францией тянулась двадцать два года, с короткими передышками.

— Двадцать два года!

— Сейчас другие обстоятельства — современное оружие, без сомнения, ускорит исход войны, — услышав это, я содрогнулась. — Давай, Эми, на этот вечер забудем о войне. Я не Тиресий, чтобы предвидеть будущее. Может, быть, Этти Бартон права. Я знаю, что Джордж надеется на лучшее.

— И он — генерал, — с облегчением выдохнула я.

— Именно. Выливание суден за ранеными не дает мне квалификации для надежных предсказаний.

Лео произнес это таким тоном, что я поняла — он опять впадет в мрачное настроение, если я срочно не вмешаюсь. Поэтому я стала рассказывать ему о детях, о всяких умных штучках, которые Флора сказала и сделала, о том, что Роза уже хорошо и крепко держит головку.

— Она любит смотреть вокруг, моя Роза, и она так чудесно улыбается.

Лео слушал, каждый раз улыбаясь моим словам. Однако сам он не говорил много, он всегда так вел себя со мной. Я представила, как он сидит в этой же комнате за завтраком с французской графиней. С ней он разговаривал, я знала это — даже даря ей книги, он писал в них любовные письма. При мысли об этом жалость к Лео пронзила мое сердце. Зная про него такое, я чувствовала себя ближе к нему, чем прежде, потому что это у нас было общее — мы оба любили безнадежно, любовью, которая никогда не вернется.

— Лео, ты будешь пить кофе в гостиной? — спросила я его после десерта.

— Спасибо, Эми, с большим удовольствием. Когда мы вставали из-за стола, он сказал:

— Селби сообщил мне, что твоя новая гостиная уже отделана.

— Да, уже готова. Занавески уже повешены. Ты хочешь пойти и взглянуть на нее?

— Да, мне... интересно.

Наверху, в комнате, Лео огляделся вокруг.

— Мне казалось, что ты предпочитаешь более... изощренный, более украшенный стиль, — заметил он.

— Ох, разве тебе это не понравилось?

— Очень понравилось, просто это не то, что я ожидал.

— Беата говорит, что стены выглядят пустыми, потому что на них только одна картина, — нерешительно сказала я.

— Тогда закажи еще. Съезди как-нибудь в Лондон, если в Истоне нет картин по твоему вкусу.

Я собрала все свое мужество.

— Такие картины есть — только они твои. Густые брови Лео вопросительно поднялись.

— Мои?

— Те картины, которые были у тебя в Кью, — и поспешно добавила, — может быть, не все.