Чтение онлайн

— Анья, — прошептал он, — бери. Бери всю мою силу. Я отдаю ее тебе. Только живи. Я отдам тебе всё, ты выживешь, если примешь.

— А ты умрёшь? — спросила я выдохом.

— Да. Я могу доверить тебе мой народ. Я знаю, ты спасешь его. С моей силой ты будешь сильнее Арвайда… Тебя ничто не сможет удержать…

— Не смей! — заорал Фебал, хватаясь за свой жезл, с которого сорвалась ослепительная молния, ударилась в нас и расплескалась, наткнувшись на защитный купол, который Атрейон успел выставить.

— Бери же! — крикнул Атрейон. — Быстрее!

Я почувствовала, как он раскрыл мне свой дар. Его сила, его сущность мага облила меня, накрыла с головой, горячая, обжигающая, я захрипела, пытаясь не впустить ее, изо всех сил отталкивая ее.

— Нет! — едва дыша крикнула я. — Я не возьму!

Магия бурлила вокруг, рвалась в меня, где-то далеко-далеко, на задворках сознания, стучалось ледяное прикосновение, молнии, бьющие в купол. Я ощущала их, словно хлещущие удары плетью. Это мне они были далеко, я чувствую их только из-за соединенного со мной сознания Атрейона. Как же ему самому от них больно…

И меня накрыло волной нежности. Нежности к этому глупому Атрейону, врагу, привязавшемуся к пленнице. К переживающим за меня стражам. К этим бестолочам, моим друзьям, спешащим на смерть ради попытки спасти меня. К Киарану, который умрёт, но не сдастся, я знала, что он даже в одиночку полезет штурмовать чародейскую крепость. Ко всем нашим бабушкам и дедушкам.

Я почувствовала, что меня заполняет Свет. Он был так ярок, так ослепителен, так свиреп, что меня чуть не разорвало на куски от его напора.

Весь этот полутёмный зал залило светом. Портальные камни вспыхнули золотым сиянием. И взорвались, пронесясь миллионом крошечных осколков, один чиркнул меня по скуле, но я и не почувствовала боли.

Меня словно выворачивало наизнанку. Мое тело светилось таким бешеным сиянием, что фоморы отворачивались и прятали лица в ладонях. Ворон так вообще плюхнулся на пол и накрыл голову руками. Только Атрейон ослеплённо смотрел мне в глаза, держа меня на весу.

Блин, у меня было такое чувство, будто меня тошнит Светом. Однажды я накупила целую гору эклеров, на все деньги, что заработала раздачей листовок, и обожралась ими. Вот, точно такое же было ощущение.

А когда сияние пригасло, я увидела, что зал полон последних фоморов, что еще оставались в их мире. И отдельной группой стояли два десятка во главе с их королем. Он единственный не был похож на остальных, потому я и догадалась, что это Балор. Огромный, выше двух метров ростом, могучий, ни следа этой болезненной худобы. Спокойный, в отличие от остальных, заметно напуганных. Лицо его было странной красоты, мрачной, страшной, я бы даже сказала. И вместо левого глаза огромный рубин, вставленный в пустую глазницу. Он чуть наклонил вбок голову и с интересом посмотрел на нас с Атрейоном.

Фомор, которому больше четырех тысяч лет. Ходячий кошмар сидов. Ой, по-моему, я что-то не то сделала, когда выпустила его вместе с остальными.

Что-то зазвенело в оглушительной тишине Зала Ритуалов. Я перевела взгляд на свои руки, прижатые к груди Атрейона, растерянно моргавшего, совершенно обалдевшего.

Запястья были почти обуглены. Обожженые до мяса. И непривычно пустые, свободный браслетик Ванимельде сполз к локтю.

Сдерживающие браслеты лопнули, не выдержав напора силы. Я еще даже не чувствовала боли от этих страшных ожогов, оглушенная произошедшим. А Атрейон ахнул почти беззвучно, увидев мои руки.

— Наша темница разрушена. Древние оковы пали, — гулким басом произнёс одноглазый Балор. — Фоморы вернулись на свою родину. Арвайд, ты выполнил свои обязательства. Я исполню свои.

— Да, господин, — прошептал, чуть приподнявшись, Фебал.

— Сын мой Атрейон, ты будешь награждён за свое служение. Можешь выбрать себе любую женщину.

Атрейон не ответил. Осторожно опустил меня на пол, придерживая за плечо, взял меня за запястье, исцеляя ожог.

— Что это за смертная девочка? — спросил Балор, шагнув ближе. Его блестящее облачение, тёмно-красное, неприятного оттенка, плыло за ним, словно река венозной крови. Я видела — вокруг него клубится тьма. Окутывает его, волнуется, тянется во все стороны.

— Это благодаря ей Арвайд открывал Портал, — сглотнув, с трудом ответил Атрейон. Словно не хотел говорить, и не мог не ответить. Торопливо тронул мое второе запястье.

Балор остановился прямо передо мной, отвел руку Атрейона от моего плеча. Я едва стояла, в глазах всё плыло. Мне казалось, что я в кошмаре. Жутко хотелось проснуться.

Балор, Бог-Король фоморов, приподнял мое лицо за подбородок. Посмотрел прямо в глаза, и мне показалось, что его взгляд заглядывает в мою душу.

— Ты разбила заклятья сидов. Одна. Арвайд не смог бы этого сделать, — сказал он. — Ты сильна. Четыре тысячи лет сотни наших магов не могли пробить их заклятья. Я не смог этого сделать даже с помощью крови этих магов. А ты… Смертная девочка, почти ребёнок… Ни один из моих сыновей не мог даже близко подойти к уровню моей силы… Ты, маленькая смертная, подаришь мне наследника. Моего последнего сына, самого сильного из всех.

— Что? — растерянно пролепетала я.

— Я окажу тебе честь, взяв на свое ложе, — сказал Балор, приподняв одну бровь. — Ты некрасива… но это не имеет значения. Важна только сила.

— Отец! — выдохнул Атрейон, пока я тихо офигевала. — Прошу тебя! Отпусти ее. Она и так едва жива. Она выжгла себя всю, чтобы освободить тебя. Она не представляет опасности, ее резервы будут восполняться годы…

— Резервы не важны. Я решил. Мне нужен наследник.

— Отец! Я прошу тебя! Я больше никогда в жизни ни о чем не попрошу тебя, это моя просьба Жизни! Каждый фомор имеет право на одну просьбу. Я никогда ни о чем тебя не просил… Ты обещал мне награду… Отдай ее мне. Ты же сам сказал, любую…

Балор долго смотрел на него. Потом едва заметно улыбнулся:

— Нет. Отказано. Найдёшь себе другую женщину. Уведите ее. В Самхейн у меня будет новая жена.

Опять Самхейн. Надоели со своим Самхейном. Это уже просто верх невезения. Я даже никак не могла решить, что хуже — смерть в Самхейн или эта «свадьба» в Самхейн. Что-то мне подсказывало, что предыдущий вариант развития событий был бы предпочтительней. Ну, умерла бы и всё, никаких проблем. А тут черт знает сколько мучайся еще.

Меня окружила целая толпа фоморов, почтительно повели на выход. Атрейон остался стоять, где стоял, и в глазах у него читалась такая мука, какой я ни разу у него не видела, даже когда он на своих стариков-соплеменников смотрел. А дядюшка Фебал и слова не вякнул, хотя явно очень-очень сожалел о выскользнувшей из лап халявной силушке. Последнее, что я видела — по мановению руки Балора взламываются плиты каменного пола, сползаются, складываются в исполинское жуткое подобие трона. И меня такой ледяной волной магии окатило, что у меня сердце чуть не остановилось. А Балор садится на свой трон и пристально смотрит на меня этим своим рубиновым глазом. Меня наконец-то вырубило. Заснула, блин.