Чтение онлайн

Когда она назвала его казы, он хотел сказать, что разница между прежним казы и нынешним судьей — как между небом и землей, но... Ведь эта женщина только привела пример.

— Ну, дальше? — наконец произнес он.

На лицо женщины легла тень, как от черного облака, глаза ее стали печальны.

— На мою голову свалилось столько горя, — начала она, тяжело вздыхая и не отрывая глаз от Ходжабекова. — У меня ужасно беспомощный муж. Мы его приютили. Если бы отец был жив, он ни за что не согласился бы на этот брак!.. Так вот, он работал на хлопкопункте весовщиком, но там не было никакого дохода. Я заставила его бросить эту работу: не хлопок же нам жевать! Потом он был директором столовой, но его освободили. Сейчас он не работает. Чтобы не умереть с голоду, мы продаем все, что осталось мне от отца. Вот так неудачно я вышла замуж.

— Очень жаль.

— Дорогой брат, помогите нам, устройте его на работу. Хорошо было бы в магазин: я бы сама его научила. Еще девочкой я помогала отцу в магазине. Я не забуду вашей доброты...

Такая красавица склонила перед Ходжабековым голову, разве он в силах ей отказать?! Что стоит ему один телефонный звонок!

— Хорошо, — пообещал он.

Уже на следующий день дела этой женщины были налажены. С тех пор она начала посещать Ходжабекова, чтобы показать, что не из тех людей, которые забывают добро. При одной из встреч она приласкала его такими словами:

— Вам, бедному, наверное, здесь тяжело и одиноко, некому за вами смотреть. Приходите к нам, когда вам угодно, не стесняйтесь.

«Ведь у нее муж, что же будет?» — смутившись, подумал Ходжабеков.

— Я вас как брата приглашаю, но разве вам нужны такие маленькие люди, как мы? — огорчилась она.

Ходжабеков пообещал прийти.

На следующий день, после работы, он подошел к высокому дому с резными столбами и двустворчатой дверью. Сейчас же одна створка бесшумно открылась, и из темноты коридора появился человек невысокого роста.

— Немного задержались, — сказал он и протянул руку.

— Были неотложные дела, — ответил Ходжабеков, здороваясь, и подумал: «Наверное, муж».

— Добро пожаловать, — человек опять скрылся в темноте.

Ходжабеков прошел во двор.

Из темноты вдруг снова выпорхнул невысокий человечек и открыл одну створку двери с овальным зеркалом:

— Пожалуйста, заходите.

Ходжабеков еще раз посмотрел на него и подумал: «Нет, наверно, это не муж, слишком молод».

Он снял калоши и вошел в комнату. Перед ним стояла хозяйка. В атласном платье она сверкала, как утреннее солнце.

— Разве так относится брат к сестре? Я уже заждалась...

— Извините, дела...

— Работа никогда не кончится.

Женщина подошла к окаменевшему Ходжабекову и дотронулась до пуговицы его пальто.

Ходжабеков стал поспешно раздеваться. Молодой человек взял у него пальто и фуражку.

— Проходите на почетное место, каждый должен сидеть там, где ему положено, — щебетала женщина.

Ходжабеков обошел накрытый стол и сел на почетное место. Женщина, сняв две бархатные подушки со шкафа, ловко подложила их под спину гостя.

— Прошу вас, угощайтесь, — обратился к нему встречавший.

Теперь, при ярком свете, он выглядел старше. «Нет, все-таки это муж, — уверенно подумал Ходжабеков. — Почему-то он бледен, наверно озабочен чем-то». Женщина тоже покосилась в сторону мужа и поспешила сказать:

— Мой муж Ашир очень благодарен вам, — она улыбнулась. — Все время молится за вас.

На лице Ашира слегка выступила краска. Подтверждая слова жены, он кивнул головой и предложил:

— Пожалуйста, угощайтесь.

В тарелках были насыпаны конфеты, орехи, фрукты, а в хрустальных вазах вишневое, грушевое и клубничное варенье. В одной вазе только что сорванные золотистые яблоки, а в другой — гранаты величиной с чайник. Еще теплые лепешки на сметане и самса.

Но разговор за столом как-то не клеился, и женщина прекратила чаепитие. С помощью мужа она убрала со стола сладости, принесла шурпу, вареное мясо, соленые огурцы и несколько бутылок вина и коньяка. Ашир налил в китайские пиалы коньяк, а жене подал вино.

— За радость, — сказала женщина, чокаясь.

Вторую пиалу они выпили, чтобы встреча повторилась. После этого Ашир разговорился. Ходжабеков улыбнулся: «Оказывается, он способен на большее, чем «пожалуйста, угощайтесь». Ашир, высоко подняв пиалу, оживленно говорил:

— Брат мой, вы как чинара, вас ни человек, ни ветер не свалит с места. Да, да, никто не сдвинет! — сказал он горячо. — А мы за вашей тенью кормимся... — Он проглотил коньяк и повторил: — Да, мы живем под вашим покровительством.

Эти слова понравились Ходжабекову.

— Пока я есть, вас даже муха не тронет. Да, даже муха... Я... я не допущу! — подтвердил он.

— Я готова пожертвовать собой ради вас, брат мой.

Ходжабеков, забыв о том, что хотел сказать, посмотрел на женщину и улыбнулся пьяной улыбкой. Он хотел сказать ей что-нибудь приятное, но слова не сразу пришли к нему.

Женщина, собрав посуду, вышла на кухню.

Ашир подсел поближе к гостю.

— Я иду по стопам своего тестя, — сказал он. — Этот человек, оказывается, до Москвы, до Варшавы ездил. И советская власть его не обидела. Вошел в кооператив и наладил свои торговые дела, — подмигнул Ашир. — Ведь мастер своего дела! Еще какой мастер! Нет ему равного. Мы перед этим человеком — ничтожества. — Он лукаво улыбнулся. — Хватило бы силы хоть на десятую часть того, что сделал этот человек! Ну, давайте выпьем. Пусть дух тестя радуется, — Ашир из уважения подождал гостя и двумя глотками выпил коньяк. Его лицо стало морщинистым, как старая тряпка. Сложив губы воронкой, он выдохнул, потом затолкал в рот кусок мяса и соленый огурец. — Брат мой бек, мы маленькие люди, и если доход тестя метр, то наш — сантиметр...

На лице Ходжабекова отразилось недоумение, и это почему-то было приятно Аширу.

— Да, да, наш хлеб насущный — в сантиметрах. Под вашим покровительством мы отмериваем ткани. А ткани, брат, ведь как резинка: если тянешь — тянется!

Ашир снова взялся за бутылку. Пролив на скатерть, он наполнил пиалы.

— Меня научила мерить моя жена. Ох, и работает у нее здесь! — Ашир постучал пальцем по голове и поднял пиалу. — Брат, давайте пить за то, чтобы превратить сантиметры в метры. Ну, давайте!

— Вы попали в точку: пусть сантиметры превратятся в метры. — Ходжабеков не мог удержаться от смеха. Схватив Ашира за шиворот, он притянул его к себе. — Смотрите, чтобы эти метры, которые получатся из сантиметров, не превратились для вас в петлю. Вы знаете закон? Закон — это сила!

— Пока есть вы, чего мне бояться? Я пью за ваше здоровье! Смотрите, — он поднял бутылку. Опустошив бутылку, он сунул ее под стол. — Ну как, видели? — сказал Ашир с таким видом, будто совершил подвиг. — Я для вас и жизни не пожалею. — Он вдруг расхохотался. От смеха голова его болталась взад-вперед, как будто тонкая шея не могла удержать ее.