Чтение онлайн

северном арочном витраже первопечатник Уильям Кэкстон пока-

зывает первые гранки Его Величеству королю Эдуарду IV и коро-

леве Елизавете Вудвилл.

В 1619 и 1620 годах издатель Ричард Филд возглавлял Компанию

издателей на Аве Мария Лейн*. Он стал одним из героев романа

Джеймса Эджерли «А лучшее в искусстве — перспектива», заявлен-

ного учредителями премии «Книжник», почетными членами

Гильдии сэром Каннингемом и сэром Ройдом, в номинации «Луч-

шая книга года в жанре альтернативной истории».

Джим Эджерли прошел через холл здания Компании во внут-

ренний двор, который все называли садом. Растений в этом

«саду», вымощенном каменными плитами, было мало. Над всем

царил платан с асимметричной клумбой вокруг ствола. Входящий

в первую секунду обращал внимание на его серый ствол, покры-

тый плющом и наростами, и взгляд невольно скользил вверх. Де-

рево, защищенное со всех сторон старинными зданиями, так

вытянулось, что крона его, касаясь листьями карнизов и крыш, за-

теняла весь двор. День был солнечным, но на случай дождя были

раскрыты два тента.

Во дворе собиралась публика: авторы-номинанты на премию, их

издатели, агенты, друзья, те, кто был приглашен учредителями

премии, и представители прессы. Разбившись на группы по пять-

шесть человек или присоединившись к тем, кто стоял плотным

островком у лестницы, гости ждали начала церемонии. За плата-

ном юный квартет играл Генделя. Это было время, когда формаль-

ное общение еще не началось, а неформальное — со смехом

и громкими разговорами — неуместно. Поэтому говорили вполго-

* В 1557 г. королева Мария даровала Компании издателей «Хартию об образо-

вании», согласно которой в Гильдию вошло 97 печатников, книготорговцев

и переплетчиков. До 1710 г., когда был принят закон об авторском праве, кни-

гоиздательство в Англии регулировалось патентной системой, при которой мо-

нарх владел исключительным правом жаловать печатникам патенты на

издание книг. Писатели в издательскую Гильдию не входили и не имели права

самостоятельно издавать свои произведения (прим. автора).

19

СЕРЕБРЯНЫЙ МЕРИДИАН

лоса и, будто смущаясь, сторонились музыкантов, отчего вокруг

квартета образовался безлюдный полуостров.

Друзья Джима — Линда и Форд Аттенборо, Мартин Финли и Энн

Ховард, его издатель Энтони Скарборо и редактор Джулия

Майерс —уже были здесь. Джим кивнул, улыбнувшись, и быстро

подошел к ним. Он был рад, что не ему пришлось их ждать. Обста-

новка приемов, необходимость непринужденно общаться и пер-

вым вступать в разговор с малознакомыми людьми смущала его

больше, чем можно было предположить, принимая во внимание

его профессию и стиль жизни. Умение и стремление быть на виду

и среди людей причудливо сочетались в нем с крайней степенью

сдержанности и стеснительностью.

— Мы думали, ты придешь раньше, — заметил Энтони, всегда го-

товый придраться к чему-нибудь.

— Я из театра, — сказал Джим. — Вы давно здесь?

— Нет, — ответила Джулия. — Волнуешься?

Джим вздохнул.

— Немного.

Джулия подмигнула ему, и они с Энтони отошли за напитками.

— Джим, послушай.

Форд Аттенборо — барристер* — тонкий, узкий, чуть выше

Джима, с мягкими волосами всех оттенков янтаря, смотрел на мир

и людей с почти отеческим пониманием и меланхолической

печалью.

— Это правда, что ты собираешься выступать девятнадцатого

октября? — тихо спросил он.

— Уже дошли слухи?

— Я прочел на сайте Конгресса.

— Там сказано, что я там буду, а не о том, что буду выступать.

Кто-то в Вестминстере с тобой поделился?

— Ты не думаешь, что эта «акция» может испортить настроение

не только тем, кто, возможно, этого заслуживает, но и твоим ро-

дителям, например?

— Форд, я…

— Это, разумеется, твое дело, но подумай все же о последствиях.

— Спасибо. Я подумаю.

* Барристер— высшее звание адвоката в Англии (прим. автора).

20

ЧАСТЬ I. ГЛАВА II

На девятнадцатое октября были назначены общественные вы-

ступления, митинги и съезд Конгресса профсоюзов в Центральном

зале Вестминстерского дворца против намерений правительства

сократить дотации на искусство, в результате чего многим неболь-

шим провинциальным библиотекам, музеям, галереям, театрам

и культурным центрам по всей стране придется прекратить свое

существование.

— Джим прав, — воскликнула Линда. — Пора брать дело в свои

руки. Правильно?

— Правильно, — согласился Джим, — свой театр я защитить могу.

Он — в столице и у меня есть средства. В провинции их нет.

Он отвлекся, посмотрев на входящих, и Линда проследила за

его взглядом.

— О! — воскликнула она так звонко, что все обернулись, и напра-

вилась к входу.

В том, что касалось умения привлечь внимание к себе, Линда

была мастерица.

— Джим, смотри, — Энн Ховард, подруга Мартина, развернула

отпечатанное на плотной бумаге приглашение. — Я заметила это

и над входом. На гербе Печатников. Феникс и Голубь! Как у тебя

в романе!

— Птицы одного полета. Только не у меня. У Шекспира*.