Чтение онлайн

Удар кулаком, усиленным звёздным металлом, в основание черепа — и второй разбойник отключился, не поняв, что произошло. Я схватил его меч и тут же перекатился в сторону, уклоняясь от стрел.

Теперь у меня было оружие, а разбойников осталось четверо.

— Что за чёрт! — заревел главарь, разворачиваясь ко мне. — Как он так быстро…

Я не дал ему договорить. Прыжок вперёд, обманный манёвр влево, удар справа! Меч главаря отбил атаку, но ему пришлось отступить. А я уже атаковал снова, вкладывая в каждый удар ци четвёртой звезды.

Сталь пела в воздухе. Искры летели от клинков. Главарь был опытным бойцом, тоже культиватором, определить было сложно, явно не меньше двух звёзд, но я был быстрее, сильнее, и у меня был мой звёздный металл, усиливающий каждое моё движение. Я больше не пытался сдерживаться, мне хватило боя на пароме. Каждый его удар я видел заранее, каждую атаку предугадывал, а где не мог парировать или уклониться, отводил лезвие своей силой.

Остальные разбойники пытались зайти мне в спину, но я постоянно двигался, используя главаря как щит. Стрелки из кустов не решались стрелять, боясь попасть в своих.

Внезапно я сделал то, чего никто не ожидал: отбросил меч и пошёл в атаку голыми руками. Главарь замахнулся, целясь мне в грудь, но я поймал клинок ладонями. Я уже пробовал этот трюк на пароме, и теперь был в себе уверен.

— Что?! — выдохнул он, глядя на свой меч, зажатый между моих рук.

Металлическая ци пульсировала в ладонях, не позволяя лезвию причинить вред. Я рванул меч на себя, притягивая главаря, и ударил его головой в переносицу. Хруст костей, фонтан крови, и предводитель разбойников рухнул без сознания.

Оставшиеся трое переглянулись и одновременно бросились в атаку. И теперь я мог не сдерживаться!

Шаг Ветра перенёс меня к ближайшему разбойнику. Удар в солнечное сплетение — он согнулся пополам. Локоть в затылок — рухнул лицом в землю.

Второй попытался ударить меня сзади, но я обернулся и перехватил его запястье. Лёгкий поворот, щелчок — сустав вышел из сочленения. Нож выпал из ослабевших пальцев. Разбойник завыл от боли.

Третий разбойник попытался бежать, но куда ему было деваться? Я догнал его в три прыжка и аккуратно ударил по шее. Он свалился в кусты, в самые колючки. Ух…

Оставались лучники. Увидев, что все их товарищи повержены, они принялись стрелять в меня. Но дистанция была слишком мала, чтобы у них было настоящее преимущество.

Я, уйдя от выстрела кувырком, поднял с земли нож и метнул его в сторону кустарника. Послышался вскрик, шорох ветвей, и один стрелок отключился. Второй выскочил из укрытия и попытался убежать, но его ноги были слишком коротки, а мои намного быстрее!

Ещё через минуту в зарослях у берега лежало шесть связанных собственными поясами разбойников. Живых, но надолго выведенных из строя. Пусть подумают о превратностях судьбы, когда очнутся.

Я вернулся к парому, отряхивая пыль с одежды. Проклятье… три сражения за день… Моё и без того не особо богатое одеяние, порванное и забрызганное кровью сначала мерзости, а теперь и людей, начало превращаться в полное рубище. Торговец выглядывал из-за тюков с выражением осторожного любопытства на лице.

— Всё кончено, — сообщил я. — Можете выгружаться.

Следующие полчаса прошли в суете. Нужно было переправить повозки с парома на берег, проверить состояние груза, и успокоить волов. Я помогал где мог, хотя слуги теперь смотрели на меня с плохо скрываемым страхом. Они шептались между собой, бросая на меня испуганные взгляды. Для них я был либо безумцем, либо самоубийцей. А может быть, и тем, и другим одновременно.

Когда последняя повозка оказалась на твёрдой земле, торговец подошёл ко мне. На его лице была странная смесь благодарности и задумчивости. Он встал рядом, явно не зная, как начать, поэтому я решил ему помочь. Мне бы не помешали лишние деньги. Осталось только узнать, во сколько купец оценит услугу.

— Господин Лянь, — сказал я, вытирая пот со лба, — не хотели бы вы как-то отблагодарить меня за помощь? Я рисковал жизнью, защищая вас, ваших слуг и ваш караван.

Торговец покачал головой с сожалеющей улыбкой:

— Конечно, я очень благодарен за всё это, уважаемый мастер Ли. Но… вы сами решили сражаться с разбойниками. Я вас не просил. И вообще, я уже заплатил за вас на пароме — двенадцать медяков, это немалые деньги для простого травника.

Я просто остолбенел. Двенадцать медяков. За то, что я дважды спас его караван от разграбления, рискуя собой… Высоко же купец оценил свою жизнь…

Воспоминания нахлынули волной. Голос Шаньлу гневно грохнул где-то вдалеке: «Не доверяй им, Бай Ли. Рано или поздно они предадут тебя!» Ему вторил звонкий смех Ли Лин: «Люди всегда найдут способ не платить за помощь, если смогут!»

Сколько раз они предупреждали меня? Сколько раз говорили о человеческой неблагодарности? А я всё равно полез вперёд, спасал, защищал и рисковал…

Как идиот. Как наивный деревенский дурачок, который верит в благородство и честность. Я должен стать серьёзнее. Надо уже определить себе цену! Двенадцать медяков за переправу. Вот сколько стоит моя жизнь по мнению уважаемого торговца Ляня.

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, хотя я очень пытался оставаться спокойным. Видимо что-то изменилось в моей позе и в выражении лица, потому что торговец вдруг побледнел и отступил на шаг.

— То есть, уважаемый Лянь, — медленно произнёс я, глядя ему в глаза, — вы считаете двенадцать медяков достаточной платой за то, что я спас вас от разбойников? Дважды?

— Я… я не… — забормотал торгаш.

— Что ж, пусть будет так, — продолжил я, делая шаг вперёд. — не мне давать уважаемому купцу советы, но у вас больше нет охраны. Ваши бывшие наёмники лежат на дне реки или плывут по течению. Новых разбойников я оставил в кустах. А впереди ещё целый день пути до города. Впрочем, вы заплатили за паром, благодарю за это и позвольте откланяться. На этом наши пути расходятся. Удачно вам добраться до города.

Мой голос зазвенел от обиды, как у мальчишки, и я поспешил замолкнуть. Не стоит показывать, что меня задело поведение купца. Плевать, помог и помог. Делай добро и кидай его в воду. Я не настолько мелочный, как какой-то торгаш. Главное, я переправился через реку.

Лянь Мэй, явно осознав что-то своё в моих словах, переглянулся со своими слугами. Те жались к повозкам, явно не желая вмешиваться в разговор хозяина с человеком, который только что голыми руками расправился с шестью вооружёнными бандитами.