Чтение онлайн

— Лёня, резко уходи вправо и дуем так километра три не останавливаясь, понял? Вперёд.

Связующее звено ушло вправо, пора и нам бежать. Помахали ручкой Рябушкину и Зюзику и резвой трусцой скрылись среди деревьев. Пробежали метров четыреста, потом завернули на девяносто градусов. Рябушкин слышал мои переговоры с головным дозором и мало ли, что у него на уме. В такой ситуации лучше доверять только самому себе. Прошли перелеском, по моим расчётам, мы уже пропустили группу «спортсменов» вперёд. Можно остановиться, и послушать эфир, а заодно и вскрыть пакет.

— Группа стой, в круговую, все слушаем воздух, — дал я команду на остановку и нацепил наушник поискового приёмника.

— Стреляют там, откуда мы только что свалили, — сказал один из близнецов.

Действительно, совсем неподалеку раздавались звуки стрельбы. В эфире ругался Арбалет сто. Причём ругался не на нашего «сто тринадцатого» знакомца, а на кого-то другого:

— Загибай фланг, гони наших дагов прям наверх, бля, вот спецназеры сволочи, ой вот дают, Сеня, да что ты вытворяешь, фланг загибай, Рябушкин, в отличие от тебя, сегодня не затупил, сто тринадцатый, кто там на «шишиге» подъехал? Гони их на хер.

Понятно, мы снова подставили конкурирующую фирму, и на душе от этого становится светло и радостно.

Что же, интересно, написали нам наши операторы и информаторы, надеюсь, будет что-то стоящее. Как-то пару лет назад, на сборах командиров рот, тоже отрабатывалась встреча с агентом, офицеры информационного отделения что-то там напутали, потом напились водки и поручили своему мальчику-хакеру, бойцу-срочнику распечатать набранный текст. Боец всё добросовестно исполнил. Заодно набрал и распечатал кучу писем своим подружкам. Потом после встречи с агентом офицеры умиляясь, читали о том как крут Вася Пупкин, совершающий ежедневно прыжки с парашютом на территорию Китая, задушивший парочку акул на водолазной подготовке и гоняющий «дедсостав» по казарме, и как хреново ему без женской ласки. Что было потом с Васей Пупкиным и информаторами, лучше не рассказывать.

Так, что тут у нас есть. Я разодрал пакет, залитый кетчупом и с откушенным уголком.

Ну вот, то, что и ожидалось — ничего толкового. Информация о противнике точь в точь как в первом пункте боевого приказа. Дальше отрывки из радиоперехватов. Взаимодействующая осназовская бригада даёт неплохую информацию, но для разведывательной группы специального назначения это совсем не то, что надо. Нам нужны точные координаты и время. Вот что мне сейчас, на бегу думать как использовать информацию о «работе в период такой-то каких-то РЭС, предположительно СПС» Ну даже память напрягать не надо, РЭС-радиоэлектронные средства, СПС — сухопутная подвижная связь. Значит всё-таки подвижный командный пункт движется. Вот еще отрывок о работе РЭС «предположительно развёртывании первичных сетей связи, в таком-то районе». Дальше отрывки из перехватов, вообще непонятного для меня содержания. Тут надо думать долго и упорно. В армии и в округе есть командно-разведывательные центры, которые занимаются приёмом, анализом и обработкой информации и выдают начальникам разведок сведения в удобоваримом виде. А у нас наверняка измотанные информаторы, получив вводную, недолго думая, накопировали всяческой информации, которая им поступает непрерывным потоком и скинули её мне. Пусть майор разбирается сам. Вполне может быть, что это «происки» замкомбрига или чудачество самого комбрига, он любитель озадачить всех какой-нибудь нелепой вводной типа: «Алюминиевые огурцы на брезентовом поле подверглись истязательствам харбинской диаспоры». А что это значит, пусть думают все, правда, минут через тридцать наш полковник сам забывает, что хотел этим сказать. Есть еще вариант подачи нам «иголки в стогу сена» самым верхним руководством учений. У «краснолампасных», прибывших с самых верхов, информации побольше, чем у кого-либо на этих учениях. Они курируют и нас и противника. Наверняка, генералы знают, где находится этот треклятый подвижный командный пункт, армейцы обязаны у них утвердить план-календарь проведения учений. Может позвонить Черепанову и попросить его похитить «портфель» с бумажками, в которых всё указано? Это, в принципе, нормальный вариант. Вова, частенько, «подшофе» грозился уйти в бизнес и расторгнуть контракт. Причём придумывал сумасшедшие планы своего увольнения. Чего только стоит его задумка выгрести на асфальтовый плац на резиновой лодке во время общего построения и скомандовать «Торпеды к бою!». Думаю похищения портфеля ничуть не хуже. Мда-а, мечты, мечты.

Может всё-таки есть в донесении агента хоть что-то стоящее. Ну, не должен наш «шпион» давать нам информацию из радиоперехватов, нет у него ни сил ни средств для ведения радиоразведки, и у меня голова — не отдел анализа и обработки информации. Надо еще раз внимательно перечитать донесение. Так, перехваты пропускаем, что тут у нас еще есть?

— Командир, пять капель будешь? — подскочил Пачишин с пластиковым стаканчиком и сосиской в руке.

— Слышь, а вы не рано начали расслабляться, нам еще топать предстоит, дай Бог, а вы уже по пять капель?

— После всего пережитого, необходимо убить несколько нервных клеток, — отозвался откуда-то Аллилуев, — медицина рекомендует!

— А давай, может мозги заработают, — немного подумав, согласился я.

Водка обожгла пищевод и упала в желудок, немного посопротивлявшись, за ней упала сосиска. Алкоголь сразу же обострил мои мыслительные способности и взгляд упёрся в пару абзацев внизу страницы.

— Для согласования и организации управления выделяемого ресурса авиации из состава ВА (воздушной армии) выделяется ОГ (оперативная группа)… К 00.30 (число, год) организовать взаимодействие с КП …ВА).

Вот это, по-моему, то, что надо. Эта самая отметка как раз немного севернее той самой Курояровки про которую нам рассказал механик Зюзик. А так как лётчики будут организовывать и разворачивать свой пункт именно на КП армии, чтобы оттуда держать связь уже со своим командованием, то вопрос с нахождением подвижного командного пункта армейцев можно считать практически решенным. Главное только чтобы я в своих выводах не ошибался. Всё-таки надо для проверки позвонить мистеру Черепанову, может он что-то еще слышал краем своего большого чувствительного уха. Заряда батареи сотового еще достаточно. Денег на счету маловато, но Пачишин прикупил еще карточку, так что звоним и сматываемся, а то, насколько я знаю, сотовой связи в районе Курояровки, днём с огнем не сыщешь. Подлец Вова не отвечал. Что такое? Спит? Попал под БШУ (бомбо-штурмовой удар) и по условиям учений убит? Где же он есть, когда так нужен. Ну ладно, попробуем попозже. На пакете на обратной стороне надпись «По прочтении уничтожить».

— Пачишин, будешь доедать донесение, тут еще вкусных уголков три штуки, натуральный продукт получше ваших китайских сосисек!

— Да не, спасибо, не хочу, я сальца уже хряпнул под водочку.

Пришлось пакет сжечь, как только последний клочок бумаги догорел, и пепел был растоптан и развеян, я скомандовал:

— Группа, подъём, головной дозор вперёд.

Ушли мы довольно далеко, километра на четыре в сторону предполагаемого нахождения ПКП, вероятность быть обнаруженными пехотой, «спортсменами», СОБРовцами значительно снизилась. Группа потихоньку забралась на превышающую высоту одной из сопок, перекурили и начали медленно спускаться вниз. Тут и запел про «молодую лошадь» телефон.

— Воваа! Наконец-то, ты чего не отвечал?

— Я на общем совещании был, у телефона звук отключил и на вибрацию поставил, а он у меня в кармане штанов лежал.

— Блин ну мог бы тихонько СМСку кинуть, чтобы мы перезвонили попозже.

— Какую, нахрен, СМСку, тут генерал зашёл все встали, а тут ты названиваешь, кстати, у тебя чёртовски приятный телефон, когда на вибрации стоит!

— Слышь, извращенец, ты там ничего про лётчиков не слышал интересного?

— Да, что-то было, толком не помню, я с начпродом в морской бой резался, там «генс» сказал, что координаты ПКП у него и он ждёт радиограммы об обнаружении с координатами от наших групп, чтобы свериться, и поставить плюсик, а еще у замкомбрига, что-то случилось, его вызывали с совещания, его выпустили, он зашёл печальный аж капец и усы свои так трогательно поглаживал, будто прощался!

— Вова скажи ему, пусть еще стринги прикупит и шест для стриптиза.

— Хе, а нахрена ему стринги и шест? Оо-пля он же стрип обещал, надо мелочи поднасобирать ему в трусы засовывать, вы там опять кого-то подставили? А то комбриг после совещания бегал, разорялся, кричал, что пехота отличилась, а мы редкостные тупари.

— Вова, отбрось лирику, мне надо точно узнать, едут лётчики куда-нибудь в Курояровку или нет, сможешь как-нибудь пробить?

— Старый, ты окончательно разучился головой думать, всё больше жопой да ногами, тебе что, трудно Роме «Фашисту» позвонить?

Вот и приехали. Хоть Черепанов и истинное чудовищеё в бытовом плане сущий разложенец, в служебном отношении, как он сам говорит, «воинствующий еблан», но его голова выдаёт иногда гениальные по своей простоте решения!

Рома «Фашист», он же Роман Васильевич Каузов, офицер из оперативного отдела армии ВВС, штаб которой расположен у нас в городе. С Ромой мы познакомились несколько лет назад, он с нами летел самолётом военно-транспортной авиации в славный город Моздок. Мы летели на Ханкалу в командировку уже не в первый раз, Рома летел туда же на какую-то должность в группу комплексного огневого поражения в штаб группировки. Каузов оказался очень кампанейским парнем, как все лётчики, порядочно пьющим, способный выполнять служебно-боевые задачи в любом виде и никогда не забывающим своих друзей. Через него всегда можно было пробиться на «борт» до Моздока или на «почтовик» до «большой земли», а прозвище «Фашист» он получил от того, что был фанатом всяческой символики и военных примочек времен Великой Отечественной Войны, особенно фанател от фашистских побрякушек. Так совпадало, что на «замену» он всегда попадал с нами, да и здесь мы частенько любили покуролесить с выездами на природу и охоту.