Чтение онлайн

— Нет, — ответила Лада, — все затмевает твоя наглость. Застит глаза, и через нее ничего не пробивается.

— Лада, я хочу извиниться, — сказал Волк, — за свое поведение возле башни Кощея. Я не должен был к тебе приставать так…

— Нагло? — подсказала Лада.

— Именно.

— Честно говоря, я чувствую за собой вину, — призналась девушка. — Может, если бы я тебя поцеловала, ты бы действительно получил часть моей удачи, и твой хвост не пострадал.

— Он, кстати, в порядке, спасибо.

— Да и ты получил за свою наглость по физиономии, так что проехали, — продолжила Лада. — Я уже поняла, что целомудрие — это скорее конек Проши, а не твой.

— Ты права, у меня коньки другие, — усмехнулся Волк. — Храбрость…

— Безрассудство, — поправила Лада.

— Ум.

— Хитрость.

— Харизма, — Волк многозначительно подвигал бровями, и Лада рассмеялась:

— Что есть, то есть.

Они поднялись на ровное плато. Беляш погарцевал, заржал, и голос его отозвался эхом, отразившись от скал. В нескольких метрах земля обрывалась, словно отрезанная ножом. Лада осторожно подошла к краю, глянула в пропасть, клубящуюся туманом, и отпрыгнула назад. Впереди виднелся мост, перекинутый через ущелье. Он шатался на ветру и выглядел хлипким, как прутик.

— Не говори, что нам туда, — попросила Лада.

— Не скажу, — вздохнул оборотень.

Когда они добрели до моста, сухая коряга у края ущелья заворочалась, перегородила путь.

— А вот и страж моста, — сказал Волк.

— Стоп, — проскрипело дерево, распрямляя ветки.

На шершавом стволе открылись крохотные глазки, ноги, корнями уходящие в землю, выпрямились. Ветер трепал маленькие нежные листочки, покрывавшие лицо стражника густой бородой.

— Мы хотим пройти, — сказала Лада. — Мы ведь хотим? — шепотом уточнила она у Волка. Конь вопросительно захрапел, пятясь подальше от пропасти.

— Хотим, — твердо ответил оборотень. — Пропусти нас, Хранитель моста.

— Отгадайте мою загадку, да загадайте мне такую, чтобы я не нашел ответа, тогда пропущу. А если не отгадаете… — Ветви-руки зашумели, протянулись к путникам.

— Но-но, — отодвинулась Лада. — Давай загадку!

— Что это такое — ранит, обжигает, в пепел превращает?

— Любовь! — выпалила девушка. Ветки затряслись, потянулись к ней жадными плетями…

— Огонь! — крикнул Волк, загораживая собой Ладу. — Это огонь!

Хранитель опустил ветки, затих, поскрипел.

— Ладно, — сказал он недовольно. — Засчитаю. Хотя первый ответ был неправильный.

— Что за идиотская загадка, — тихо возмутилась Лада. — В загадке должна быть метафора, скрытый смысл. А тут — что обжигает — огонь.

— Что ты хочешь от него? — ответил Волк. — Он же дерево.

— Я все слышу, — заскрипел Хранитель. — Давайте свою загадку. Посмотрим, сколько в ней смысла.

— А вот она! — Лада вынула из сумки кубик-рубик, повертела, смешивая цвета. — Соберешь?

Дерево взяло кубик-рубик, покрутило ветками, хмыкнуло. Потом уселось на край пропасти, свесив вниз длинные ноги, почесало сучком макушку.

— Мы как бы спешим, — намекнул Волк.

— А? — повернулся Хранитель. — Послушайте. А подарите мне эту вещицу! Такая забавная!

— И можем ходить туда-сюда? — уточнила Лада. — Типа абонемент?

— За столь ценный подарок позволю вам считать мой мост открытой дорогой, — величаво склонил голову Хранитель.

— Так тому и быть! — обрадовался Волк. — Спасибо!

Лада взяла под уздцы упирающегося Беляша, повела за собой. Волк шел последним, держась за канатные перила.

— Только не говори, что боишься высоты, — съязвила Лада. — Где же твоя хваленая храбрость?

— Смотри под ноги, — буркнул оборотень.

Они перебрались через мост без приключений, Волк забрал у Лады поводья Беляша, пошел вперед, показывая дорогу. Тропинка вихляла меж камней, которые так и норовили выскользнуть из-под ног, Лада совсем выбилась из сил, дыхание с шумом вырывалось у нее из груди, в ушах стучало. Она едва не взмолилась о передышке, когда скалы расступились, и в лицо хлынули теплый закатный свет солнца и свежесть бриза. Девушка зажмурилась от внезапной вспышки, открыла глаза. Бескрайний синий простор дышал, ворочался, бился волнами о скалистый берег.

— Море! — воскликнула Лада и, забыв об усталости, бросилась вперед. Она преодолела спуск в считанные минуты, стянула опостылевшие кроссовки, носки и вошла в воду. Галька перекатывалась под пальцами ног, морская пена нежно целовала уставшие ступни.

— Осторожней там, камни, — предупредил ее Волк, спускаясь с Беляшом.

Лада обернулась и, рассмеявшись, брызнула в оборотня. Он покачал головой и стал устраиваться на ночлег.

Солнце спряталось за горы, и ночь наступила почти мгновенно, как будто выключили свет. Звезды замерцали в синем бархате, Луна повисла над морем, желтая, как глаз оборотня. Лунная дорожка бежала по волнам прямо к их лагерю. Беляш отошел к ручью, ниточкой тянущемуся в море, и теперь топтался по ощетинившейся травке.

Волк сидел у костра, подбрасывая сухие веточки в пламя. Тени метались по его лицу, превращая в незнакомца. Лада доела бутерброд, стряхнула крошки с колен.

— Долго еще до Ивана? — спросила она.

— Тут рукой подать, — ответил Волк. — От силы полчаса ходу.

— Чего ж мы остановились? — удивилась девушка. — Зачем устроили привал?

— Я хочу провести еще одну ночь с тобой, — Волк поднял голову, и его глаза вспыхнули, отразив пламя.

— Ты сам-то понял, как двусмысленно это прозвучало? — Лада пошарила в мешке с припасами, достала бутыль с водой, отхлебнула. После слов Волка у нее в горле пересохло.

— Я хочу узнать тебя поближе.

— Вот сейчас понятней не стало, Серый.

— Расскажи мне о себе.

Лада настороженно посмотрела на оборотня. Он выглядел несчастным и рассерженным: уголки губ опущены, брови сведены, пальцы ломают ни в чем неповинную веточку.

— С чего это? Мы валандаемся с тобой по сказочному царству уже… да я счет дням потеряла! И теперь ты решил поговорить?

— Не хочешь — не надо, — Волк раздраженно искромсал ветку и швырнул ее в огонь, — я и так все о тебе знаю!

— Ой ли, — ехидно улыбнулась Лада.

— Ты белоручка — не умеешь толком ни готовить, ни шить, зато отлично ездишь верхом, у тебя заразительный смех, очень тонкие запястья и дурманящий запах, любимый цвет — розовый, ты всегда естественна и чувствуешь себя как рыба в воде хоть на спине Горыныча, хоть на царском обеде…

— Розовый? — возмутилась Лада. — Розовый?!

— Нет? — удивился оборотень. — А у Елисея в гостях ты только розовое и носила. Я до сих пор не могу от того платья отойти…