Серый Волк (не) для Красной девицы
Шрифт:
— Уважаемая мистрис Жозефина! Дело в том, что мы никак не можем прийти к единому мнению, поэтому и диагноз поставить тоже не выходит. Но большей частью мы склоняемся к тому, что у Его Высочества банальное пищевое отравление! Ему чаще всего становится плохо именно после еды! — залебезил тот самый худосочный господин.
— Позволю себе перебить своего коллегу! — вмешался грузный пожилой мужчина, потеющий не меньше, чем больной. — Дело в том, что мы уже делали промывание желудка Его Высочеству. Иногда это помогало, а иногда — нет. Так что все же велика вероятность, что имеет место быть именно пищевое отравление! И все же мы не раз проверяли еду на наличие ядов, так как несвежие продукты во дворце просто исключены!
— И да, мистрис Жозефина, вот уже больше трех месяцев, как мы приставили к Его Высочеству дегустатора блюд, но с ним все в порядке, а вот принцу после еды часто становится нехорошо, а то и вовсе он чувств лишается! Вот как сейчас, — мужчина печально посмотрел на молодого человека, который в этот момент открыл глаза и, обведя всех мутным взглядом, остановил его на Сером.
— О! А теперь у меня и галлюцинации начались!
* * *
— Маменька! Где вы? — в дом, хлопая дверями, словно фурия, влетела растрёпанная девушка.
— Что ты расшумелась!? Пожар что ли где? Я ведь только прилегла! — пожилая женщина, ворча, поднялась с постели и, надев видавший виды халат, пошаркала к двери.
Войдя в гостиную, она застала дочь копающейся в секретере.
— Ну и что ты забыла в моих вещах?
— Ой! — девушка подпрыгнула от неожиданности, чуть не свалившись со стула. — Я думала, тебя нет дома!
— По-твоему, это оправдание, чтобы забрать у матери последние, тяжким трудом заработанные копейки?
— Мам! Ты не понимаешь! Мне же нужно!
— А мне, что, уже не нужно? Или сразу после бабки Жозефины и меня на погост отправишь?
— О чем ты говоришь? У меня и так проблемы, а ты мне еще взялась нотации читать! — зло фыркнула девушка, скривив коралловые губы.
— Ну какие еще у тебя могут быть проблемы? Молода, хороша собой, жених вон какой видный у тебя! Живи да радуйся! Пойдем я тебя покормлю.
Женщина, прихрамывая, направилась на кухню. Дочь, недовольно морща нос и принюхиваясь, последовала за ней.
— Садись, сейчас тебе похлебки налью.
— Похлебки? Фи! Что за плебейский вкус! Может, есть хоть тетерев фаршированный? Ну, или хотя бы кулебяка с рыбной начинкой?
— Значит, не голодная! — вынесла вердикт мать. Громко звякнула крышкой, закрыв ею кастрюлю, и, нахмурившись, присела напротив дочери. — Ну, рассказывай, что у тебя опять случилось, что готова у матери последнюю копейку отнять?
— Мама, ты не понимаешь! — сверкнула карими глазами девушка и сдула упавшую на глаза светло-каштановую прядь волос. — У меня уже почти получилось влюбить его в себя! Он на меня уже та-а-ак смотрит!
— Подожди! — мать подняла руку в упреждающем жесте. — Как это «почти получилось влюбить»? Бухтояр же и так тебя любит!
— Эх, мама, мама! Ничего-то ты не понимаешь! — махнула рукой девица. — Бухтояр — это так, как запасной вариант. А влюбить в себя я хочу принца!
Её мать громко охнула и огляделась по сторонам, словно опасаясь лишних ушей.
— Катарина, да ты что такое себе удумала! Где принц, а где ты!? Это вон бабка твоя по отцу, благодаря благоволению Его Величества к своему мужу, как ни-ни поднялась. А мы из низов, мещане мы! Радуйся, что хоть сын старосты на тебя глаз положил!
— А чем я для принца плоха? — девушка вскочила с места и, расправив плечи и подняв подбородок, гордо проплыла по кухне. — Мне бы платье побогаче, так и за высокородную сойти могу! Да даже если и нет, принц в меня влюбится и женится!
Мать всплеснула руками.
— Да с чего ж это ты взяла? Разве ж принцы на мещанках женятся?
— Еще как! — теперь Катарина огляделась, словно опасаясь лишних ушей, и, наклонившись к уху матери, будто в доме их мог кто-то подслушать, взволнованно зашептала.
У матери расширились от удивления глаза, и она недоверчиво посмотрела на дочь. Затем ее взгляд затуманился, словно женщина глубоко задумалась.
— Ладно, была не была, помогу тебе в последний раз, отдам тебе мои «гробовые». Надеюсь, если твоя задумка удастся, не забудешь про мать свою. Ну, а если что не так, то сыщешь возможность сама меня похоронить, снова я не успею собрать такую сумму. — Женщина, тяжело опираясь о стол, поднялась и шаркающей походкой глубоко уставшего человека направилась в свою спальню. Оттуда же вернулась с деревянной, потемневшей от времени шкатулкой.
Глава 26
Нежданный гость
Настёна
Покои нам с Серым предоставили шикарные! Даже по меркам дворца моих родителей, апартаменты оказались как для гостей самого высокого ранга! Серый долго изучал убранство комнат, охая и ахая, чем вызывал у меня добрую улыбку. Хороший он! Добрый, смелый, находчивый, умный, а еще… красивый! Правда, когда оборачивается. Я тряхнула головой, отгоняя от себя непрошеные мысли. Не время сейчас о личном думать. Да и придет ли оно вообще, это время?
Равнодушно мазнув взглядом по позолоченной лепнине и дубовой мебели, я спешно скрылась за такой же, как все вокруг, позолоченной дверью ванной комнаты, спеша снять с себя эти неудобные накладки да смыть грим, под которым кожа лица ужасно чешется.
Почти весь день пришлось провести в ужасном напряжении, под прицелом многих глаз, недоверчиво, ревниво, а то и брезгливо на меня смотрящих. Кому-то из придворных не нравилось, что Его Величество пригласил неродовитую ведунью за свой стол. Хотя почему кому-то? Всем это не понравилось! Кто-то шептался за моей спиной, что рекомендация главной поварихи — это не та рекомендация, которой можно доверять. Дескать, что взять с простолюдинки, соврет, недорого возьмет, да и вообще вся эта чернь априори необучаема и глупа!
По правде сказать, это не я сама услышала, это мой серый друг со своим острым слухом всё мне тихо докладывал, сидя под столом. В большую столовую его, собственно, никто и не впускал. Вот только Серый не будет Серым, если что-то эдакое не придумает. Поэтому прикатил на обед с комфортом, под скатеркой сервировочного столика.
Я смыла с лица грим и с наслаждением погрузилась в пенную ванну. Глубокий блаженный вздох, и я уж было собралась закрыть глаза и расслабиться, ибо не принимала настоящую ванну вот уже больше двух месяцев, как дверь распахнулась, и вошел… принц!