Чтение онлайн

– Что ты на меня так смотришь?
– устало спросил ее Александр.

– Просто так.

– Просто так ничего не бывает.

– Ну-у-у-у...
– протянула Карлова, отчетливо понимая, что хочет коснуться плеч или груди Дионова, провести по ним ладонью, а после прижаться к нему и почувствовать на себе его руки. Девушке даже картинка такая представилась, где Саша ее обнимает, и она с трудом прогнала ее из головы.

– Что ну?

– Ты на меня злишься, да?
– не выдержала скрипачка.
– Слушай, я, правда, правда, виновата. Я знаю. Но я так хотела сказать им, что ты не такой что хороший! Я так хотела, чтобы они замолчали... Я...

– Ты защищала меня, как мамочка сыночка, - вдруг сказал Саша и залпом допил все, что было в бокале.

– А ты говорил мне, что я ребенок и просил снять розовые очки. Сам бы свои черные очки снял, дурак, - смело фыркнула Марта, вспомнив прошлое.

– Как ты меня назвала?
– прищурил зелёные глаза Александр и шумно поставил бокал на столик.

– Дурак.

– Марта, - резким изменившимся голосом сказал Дионов строго.
– Никогда меня так не называй.

– М?

– Никогда не называй меня дураком.

– Хорошо, прости. А дурачком? Или дурашкой?
– совсем осмелела девушка, хотя по идее, должна была испугаться его тона и взгляда, когда обозвала парня вроде бы совершенно безобидным словом.

– Можно, - разрешил, чуть подумав, Саша. Если честно, он был в некоторой растерянности. Предательство Ники, скотина Кларский, фиктивная свадьба, девчонка в роли невесты, придурок-нарик, который пытался его зарезать, правда, ставшая известной его семье - все это свалилось на Дионова неожиданно, за какие-то там сутки. Ему казалось, что с момента, когда он узнал о том, что Ника бросает его, прошло уже минимум, полгода.

– Запомнила. Я не кинула букет, - пожаловалась Карлова.

– Куда?

– Девушкам. По традиции же невеста должна кидать свой букет толпе незамужних девушек, а та, кто первой поймает его, та первой и выйдет замуж.

– И зачем тебе это?
– лениво спросила Дионов.

– Это традиция! И это классно!

Для молодого человека эти слова аргументами не были, о чем он и сообщил девушке. Она принялась с ним спорить, постепенно пододвигаясь к Саше все ближе и ближе и сама этого не замечая.

Через минут десять Марта расхрабрилась настолько, что положила голову на плечо своему лже супругу. Александр удивился, но отстраняться не стал.

– Зачем ты все это делаешь?
– спросил он просто, а скрипачка кошкой потерлась о его плечо.

– Догадайся, - Марту обуяла смелость - отчаянная, решительная. Нет, ну, в самом деле, чего ей терять-то теперь? Столько уже всего произошло.... Если Александр узнает, что чувства Марты оказали ему честь и сделали его первый возлюбленным, ничего страшного не произойдет, правда? К тому же Ника уже с другим и не нужно притворяться из-за сестры.

– Догадаться?
– переспросил Саша. Он, как и Никита, да и вообще, как и многие мужчины не любил намеков.

– Ну, ты же взрослый мальчик. Большой. Должен... должен сам все понимать.

Саше этот тон и эти слова напомнили сестру Марты, Юлю, которая, кстати говоря, осталась в коттеджном поселке вместе со своими друзьями и Джимми, которые весьма быстро нашли общий язык. Младший брат Александра, если честно, до сих пор не отошел от слов Марты о том, что брат ради него ходил к местному пугалу - Андрею Марту, про которого едва ли не легенды складывали, и просил за него. А потом еще и в тюрягу сел, потому что был должен авторитету. Василия мать хотела увести домой, но он вдруг воспротивился и остался, хотя отец был не склишком недоволен этим, однако ничего младшему отпрыску не сказал. А остался Джимми не потом, что хотел веселиться дальше - сил, чтобы смеяться и прыгать под музыку крутого клубного ди-джея у обычно энергичного скейтбордиста после услышанного не осталось. Парень остался банально ради того, чтобы пойти и напиться. Просто напиться. До потери сознания, до полной отключки. Потому что Васе было стыдно - не неловко или страшно - а именно стыдно перед старшим братом, который пострадал из-за него. А вот на мнение отца - рад он там будет или не рад, что Джимми не поехал с ним и матерью домой, парню стало по фиг, как будто бы и вовсе никакого отца рядом не было. Надо сказать, напиться этой ночью ему удалось - Крис здорово помог Джимми, и Стас про этих двух парней, впоследствии даже подружившихся, говорил, что на свадьбе они "упоролись до состояния невменяшек".

– Что я должен понимать? Объясни?
– спокойно спросил Саша. Марта гневно на него взглянула.

"Нет, ты все же дурак! Тебе непонятно, что ты мне нравишься, тормоз зеленоглазый?". Марте вспомнилась известная песня "Зеленоглазое такси", и она игриво заиграла в ее голове, только вместо слова "такси", в этой песне пелось слово "тормозок". "О-о-о-о, зеленоглазый тормозок", - вот что стало нагло играть в ее голове.

– Ты все же такой ребенок, - фыркнула Марта, откровенно разглядывая Сашу. Того такое внимание даже несколько рассмешило, но и заинтриговало.

– Ребенок?
– поднял вопросительно бровь Дионов. Он догадывался, что глупая и напившаяся шампанского девчонка сейчас признается ему в каких-нибудь чувствах, и это вызывало в нем двойственную реакцию. С одной стороны он не прочь был прямо сейчас принять эти самые чувства и провести с малышкой ночь - это реально расслабило бы его, а с другой, совершенно не желал этого делать, чтобы не рушить их хрупкие отношения, которые казались Дионову чистыми - в противовес ему самому.

Поэтому он пошел на попятную.

– Это ты ребенок. Мамочке-то позвонила, взрослая моя?
– напомнил он совершенно забывшей обо всем на свете Карловой про то, что она так и не дозвонилась до родительницы и не сказала, что сегодня ночует не дома.

– Блин!!
– похолодев, вскочила на ноги Марта, понявшая, что мама, наверное, уже стоит на ушах - время позднее, а она где-то пропадает. И ни слуху от нее, ни духу.
– Ты почему раньше молчал?!

– Ну, у меня же черные очки, - пожал плечами Дионов.
– Я ничего не вижу. Кстати, ночи прохладные. Было бы неплохо разжечь камин. Хотя, зачем?
– добавил он, словно сам себе.
– Тут хорошая система отопления.

– Я хочу камин!
– заявила тут же девушка.
– Пожалуйста. Можешь разжигать, а я пока маме позвоню - мобильник наверху оставила! И ты со мной все-таки сфотаешься!
– и она с топотом умчалась, перед этим все-таки быстро, легко и неожиданно поцеловав Сашу в уголок губ. Он даже не успел отстраниться, а ругаться девчонке вслед уже не стал.

Дионов проводил ее долгим хмурым взглядом. Он твердо решил, как только девушка вернется, нужно будет доходчиво растолковать ей, что он для нее - не пара. Он - взрослый и ему не нужна подружка-малышка, с которой нужно возиться. К тому же, кузина Ники.

"Пусть ищет себе подходящего. Музыкантика пусть ищет, творческого паренька", - подумал он, прежде, чем направиться к камину.

Марта дозвонилась до матери быстро. Понимая, что ей сейчас влетит - она внутренне приготовилась к самозащите, на ходу придумав целую легенду про то, что ее мобильник остался в машине у друга подруги, но тон матери с ходу сильно напугал ее, а слова о том, что ее видели в лимузине в платье невесты, просто-напросто ошеломили. А уж когда вдруг трубку взял отец и стал с ней разговаривать, у Марты в голове начало звенеть, а в горле собираться противный ком. Когда Константин Вячеславович добрался в своем разговоре о том, что хотел бы подарить ей и Юле квартиры на замужество, у девушки вдруг побежали слезы - сами по себе, очень привольно, хоть и не в три ручья, но в два, точно. Марта совершенно не ожидала этого, она не была даже готова к подобного рода беседам и не знала, как себя вести, молчать или кричать, рассказывая отцу обо всех своих обидах, сидевших в ней с самого раннего детства.