Чтение онлайн

Затем она достигла вершины и увидела что происходит.

На расстоянии пятидесяти ярдов в звёздном свете лорд Азраэль крутил вместе два провода, которые вели к его перевёрнутым саням, на которых стоял ряд батарей, каких-то банок и различных частей прибора, уже матового, покрывшегося кристалами холода. Он был одет в тяжёлые меха, его лицо было освещено пламенем керосиновой лампы. Сидящий подобно сфинксу возле него был и его деймон, его красивая пятнистая шерсть была полна энергии, она лениво шевелила своим хвостом в снегу.

В своей пасти он держал деймона Роджера.

Маленькое создание боролось за свою жизнь, его обличье постоянно менялось: птица, затем собака, кошка, крыса, снова птица, и он постоянно взывал к Роджеру, который был неподалёку. Роджер кричал от боли и холода пытаясь вырваться. Он звал своего деймона по имени, взывал к Лире. Он бросился к лорду Азраэлю и попытался оттолкнуть его руку, но лорд Азраэль неглядя отмахнулся от него. Он пробовал снова, крича и умоляя, прося, рыдая, и лорд Азраэль сбил его с ног.

Они были на краю утёса. Вокруг них не было ничего кроме огромной всеобхватывающей непроницаемой тьмы. Они были более чем на тысячу футов выше замёрзшего моря.

Всё это Лира видела в тусклом свете звёзд; но потом, когда лорд Азраэль соединил свои провода, Аврора неожиданно вспыхнула, как если бы обрела новую жизнь. Подобно длинной нити ослепительной мощи, которая переливается между двумя контактами, если не учитывать то, что это было тысячу миль в высоту и десять тысяч миль длиной: то понижаясь, то повышаясь, колеблясь, пылая, — поток сияния.

Он контролировал это…

Или контролировал эту мощную силу; для этого был провод убегающий ввысь. Из тьмы спустился ворон, Лира знала, что это деймон ведьмы. Ведьма помогала лорду Азраэлю, она протащила провод на эту недосягаемую высоту.

И Аврора засверкала вновь.

Он был почти готов.

Он повернулся к Роджеру и подозвал его, и тот беспомощно подошёл, тряся своей головой, умоляюще крича, но продолжая беспомощно двигаться вперёд.

— Нет! Беги! — крикнула Лира и бросилась к нему вниз по склону.

Пантелеймон прыгнул на снежного барса и выхватил деймона Роджера из его пасти. Через мгновение барс уже прыгнул вслед за Пантелеймоном, тот выпустил деймона. И оба молодых деймона начали быстро изменяться щелк-щелк-щелк, затем развернулись и бросились на огромного разъярённого зверя.

Он хлестал их своими когтистыми лапами, и его разъярённый рык глушил даже крики Лиры. Оба деймона тоже боролись с ним. С ним и с этими тёмными формами заполнявшими мутный воздух, полный темноты спустившейся вместе с потоками пыли.

И Аврора мерцала в вышине, постоянно непрерываясь мерцала. Теперь, когда это озеро и пальмы были так близко, то казалось, что только один шаг отделяет вас от другого мира.

Лира прыгнула и схватила Роджера за руку.

Она с натугой поятнула и вырвала его из рук лорда Азраэля. Лира побежала пытаясь удержать вырывающегося и кричащего Роджера за руку. Роджер не мог уйти, ведь его деймон снова был пойман и зажат в челюстях снежного барса. Лира понимала как ему тяжело и попыталась остановиться…

Но они не могли остановиться.

Утёс проскользнул гораздо ниже них.

Целый снежный пласт непреклонно скользил вниз…

Замёрзшее море тысячью футов ниже…

— ЛИРА!

Её сердце билось всё сильнее и сильнее из-за острой тоски по Роджеру…

Она сжала руки…

Его тело внезапно обмякло в её руках; и очень высоко она увидела величайше чудо.

Тело выпало из её рук, казалось само хранилище небес, усеянное звездами, глубокое, было как будто проколото копьем.

Струя света, струя чистой энергии взвилась подобно стреле, выпущенной из огромного лука, от того места, где лорд Азраэль присоединил провод к деймону Роджера. Широкие цветные полосы света были там, где была Аврора. Оглушающий рвущийся, разрывающийся, хрустящий звук казалось достиг края вселенной. Небо стало подобно иссушённой пустыне…

Солнечный свет!

Солнечный свет бликами лёг на шерсть золотой обезьяны…

Скольжение снежного пласта прервалось, возможно какой-то уступ помешал ему. И тогда Лира увидела на утоптанном снегу вершины, как золотая мартышка движется в сторону барса. Оба деймона рассвирипели, они выглядели настороженно и мощно. Хвост мартышки был напряжён и стоял вертикально, в то время как у барса он мощно мотался из стороны в сторону. Обезьяна предупреждающе подняла лапу и барс опустил свою голову, они соприкоснулись…

Когда Лира отвернулась от них, то увидела, что госпожа Коултер тоже здесь, её обнимал лорд Азраэль. Свет игриво искрился вокруг них подобно ямтарической мощи. Лира могла только догадываться о том, что произошло: так или иначе госпожа Коултер пересекла пропасть и следовала за Лирой до этого места…

Её родные родители, вместе!

И они обнимались так страстно: это было нечто невообразимое.

Её глаза расширились от удивления. Тело Роджера недвижимо и тихо лежало у неё на руках. Она прислушалась к родительскому разговору.

— Они никогда не позволят это… — сказала её мать.

— Позволят? Мы ушли без разрешения, как дети. Я сделал это доступным каждому желающему.

— Они запретят это! Они изолируют это от всех и отлучат от Церкви любого, кто попробует.

— Слишком много людей захотят обладать этим. Они будут не в состоянии помешать им. Это будет значить конец Церкви, Мариса, конец Магистрата, конец всем этим центуриям тьмы. Посмотри на этот свет льющийся сверху: это солнце другого мира. Почувствуй на себе его жар.

— Они сильнее чем кто-либо, Азраэль! Ты не понимаешь…

— Я не понимаю? Я? Никто в мире не знает насколько сильна Церковь лучше чем я. Но они недостаточно сильны для этого. Пыль так или иначе изменит всё. И это нельзя предотвратить.

— Это то, что ты хочешь? Задушить, убить нас грехами и тьмой?

— Я хочу вырваться отсюда, Мариса! И я могу. Смотри, смотри на эти пальмы, прибой у побережья! Ты чувствуешь ветер? Ветер другого мира! Почувствуй его, как он колышет твои волосы, обвевает твоё лицо…