Чтение онлайн

А ночью она пришла.

Робкая и безумно красивая. Вики соблазняла меня своими глазами и манила своим телом. И мы снова и снова возносились на небеса, не имея сил оторваться друг от друга. Так и проснулся с ее именем на губах.

Обычно мне приходится пару раз переставлять будильник, чтобы утром суметь подняться, а сейчас я проснулся сам по себе, да еще и с улыбкой на все лицо.

Если уж я решил, что не расстанусь с Вики, то самое время начать подсекать мою рыбку. И начну я с завтрака своим женщинам.

Кто сказал, что нельзя завоевать сердце женщины через желудок?

Сказано – сделано. На пороге спальни спотыкаюсь о коробку с мужской одеждой. Футболка и джинсы. Определенно, не выбор Фредерики.

Нехотя переодеваюсь. Никогда не страдал эксгибиционистскими наклонностями. Те страстные и в то же время смущённые взгляды, которые на меня бросала Вики, мне безумно нравились. Я хотел ей нравиться. И в первую очередь физически.

Я не тот, кто легко сходится с людьми, да и в незнакомой обстановке, несмотря на всю мою браваду, чувствую себя не в своей тарелке, но только не сейчас. Без зазрения совести копошусь в холодильнике и шкафах. Кто бы ни покупал у них продукты, он знает в этом толк. Вытащив все необходимое, приступаю к готовке.

Пока тело занимается привычным делом, мысли уносятся ко вчерашнему разговору.

Не скажу, что мне не приходила в голову идея о собственном ресторане, но я каждый раз отступал. Высказывания деда и собственная неуверенность сыграли в этом немалую роль.

Я люблю готовить. Это то, что получается у меня хорошо, судя по реакции тех немногих, кого я угощал.

Если им понравится, то решено, я сделаю шаг в направлении своей мечты.

Ничего экстравагантного, всего лишь тост.

– Господи, эти ароматы подняли меня на ноги получше бодрящего кофе, – на пороге появляется Фредерика. – Я смотрю, Виктория уже постаралась тебя приодеть, – сужает она неодобрительно глаза. – А я так рассчитывала, что смогу еще полюбоваться на твою шикарную фигуру, – выдает она без стеснения. – Девочка никогда не умела пользоваться возможностями, – качает она головой неодобрительно.

– Наверное, это придет к ней со временем, – усмехаюсь я, подвигая даме стул.

– И чем же сегодня меня удивит шеф-повар и будущий владелец ресторана? – спрашивает она, расправляя салфетку на коленях.

– Из ваших уст это звучит как реальность, – кладу перед ней тарелку с тостом.

– Не люблю тех, кто себя недооценивает, – усмехается Фредерика, беря вилку и нож. – И что я вчера говорила об обращении ко мне? Я чувствую себя портретом Дориана Грея.

– Простите… Фредерика, – слежу за ней как коршун.

Но она, словно почувствовав мое напряжение, ничем не выдает свою реакцию.

Медленно прожевав, она откладывает в сторону приборы и, положив подбородок на сцепленные в замок руки, упирается нечитабельным взглядом в меня.

– Я должна сказать, – выдает она после долгой паузы, – я буду настаивать на открытии твоего ресторана.

Умеет же она поднять давление при разговоре. Настоящая интриганка.

– Сегодня же поручу своему помощнику подыскать помещение, – заканчивает она, возвращаясь к еде. – И заняться финансами.

– Вам действительно так понравилось? – со здравым скептицизмом спрашиваю я.

– Не напрашивайся на комплименты, – отмахивается Фредерика. – Адвокат составит договор, и я официально стану твоим инвестором.

– Спасибо за твое участие и за очень щедрое предложение, – киваю я ей, садясь напротив.

– Но?.. – подстегивает она продолжить. – Уверена, в том, что я завтракаю у себя, а не в твоем заведении, виноват один старый ворчливый брюзга, – продолжает она, пока я раздумываю, как помягче ей отказать. – Ну и, конечно, твои собственные комплексы.

– Не совсем, – отвечаю я, не желая признаваться, что она ткнула пальцем не в бровь, а в глаз. – Я уже подобрал помещение и раздумываю над оформлением, – успокаиваю я ее, намеренно упуская, что это было почти пять лет назад.

— Вот и отлично, но договор мы все-таки подпишем, деньги лишними не бывают, – настаивает Фредерика, обрадованно хлопнув в ладоши. – Я могу порекомендовать тебе отличного дизайнера, – продолжает она, пока я пытаюсь подавить свое удивление.

– Вы всем так настойчиво пытаетесь помочь? – спрашиваю, не удержавшись.

– Только тем, кто мне действительно нравится, – усмехается она, хитро блестя глазами.

– И то, что я ваш зять, не имеет к тому никакого отношения? – уточняю я.

– Разве что совсем малюсенькое, – усмехается женщина. – Почему ты не завтракаешь? – спрашивает она, наконец заметив.

– Я хочу дождаться Вики, – признаюсь я, немного смутившись.

– О, – тянет она, – как интересно. Так она тебе все-таки понравилась?

– Вы верите в любовь с первого взгляда? – спрашиваю я и тут же замечаю стоящую в дверях Вики. Судя по ее ошарашенному лицу, она слышала мои последние слова.

Виктория

Он это серьезно?

Нет, конечно нет. Не мог он влюбиться в меня с первого взгляда. Такое только в кино и в глупых женских романах бывает. В реальности все не так. Нужно много времени, чтобы узнать друг друга и убедиться, что человек тебе небезразличен.

Наверное, он просто хотел произвести хорошее впечатление на своего будущего инвестора. Понял романтичную натуру моей бабушки.

Взяв наконец себя в руки и мысленно себя успокаивая, прохожу в комнату.

– Доброе утро, – выдавливаю из себя под настойчивым взглядом Дэйва. – Я смотрю, ты уже оценила достоинства своего нового протеже, – обращаюсь к Фредерике, которая наблюдает за мной.

Не буду я комментировать услышанное, как бы они этого ни ждали.

– Доброе, – подает голос довольная Фредерика. – Я чуть язык не проглотила, – признается она якобы шепотом, наклонившись ко мне.

– А для меня что-нибудь найдется? – перевожу наконец взгляд на Дэйва.

– Так, вы, ребятки, завтракайте, а у меня срочные дела, – ба подскакивает, словно ужаленная. – Еще увидимся, – бросает она Дэйву, прежде чем исчезнуть.

И какие у нее могут быть планы в семь утра? Еще не все салоны красоты открылись.

Пока я старательно раздумывала над поведением своей неугомонной бабушки, Дэйв уже накрыл на стол. Обжаренный хлеб с сыром, яйцом и авокадо.

– Ничего особенного, всего лишь тост, – смущенно выдает Дэйв. – Надеюсь, тебе понравится, – садится напротив меня.

– У тебя слишком шикарное представление о тостах, – говорю я. – Тост — это поджаренный хлеб с маслом, ну или с арахисовой пастой, а это, – киваю я на свою тарелку, – произведение искусства.