Чтение онлайн

Мужчина удовлетворённо хмыкнул.

– Я думаю, вам известно, советы арестовали Николая с семьёй и выслали сначала в Тобольск, а потом перевели в Екатеринбург. До нас дошли слухи,

что им угрожает смертельная опасность. А вот теперь о вашей роли. Вам предстоит спасти императора с семьей и вывести их в Малороссию, где в Севастополе их будет ждать линкор.

– Как вы это себе представляете? Что я, слабая, беззащитная женщина, могу сделать?

– Во-первых, у вас будет помощник, - кивок в сторону Артура, - я сумел убедиться, приёмами самообороны он владеет неплохо.

Во-вторых, вы знакомы с императрицей. Вам доверяют. Не думайте, наши люди уже пытались связаться с царской семьёй, но все попытки окончились крахом. Николай отказывается покинуть Россию. Если не удастся уговорить самого императора, то постарайтесь спасти хотя бы царевича. Надеюсь, вам понятна ваша задача?

– А что будет, если я откажусь?

– Надеюсь, что вы проявимте благоразумие. Иначе вам отсюда не выйти. Так что, думайте. Завтра утром я к вам зайду.

Мужчина встал из-за стола и покинул нас.

Вот это поворот истории? Неужели, вновь наши пути с Съюзен пересеклись?

Я заметила, как Артур нервно елозит по стулу, не решаясь задать мен вопрос. Пришлось начать первой.

– Ну вот, – развела я руками,– теперь ты сам всё знаешь. Помнишь, ещё там в Москве… Ах да, ведь мы и сейчас находимся в Москве. Так вот, в той, нашей Москве, ты говорил об исчезнувших людях.

– Что-то припоминаю, - как-то неуверенно начал Артур, - было дело. Вспоминаю, как в больнице удивился специалист по старинному вооружению, когда у тебя извлекли пулю образца 1906 года. А те испуганные дамы в платьях с рюшами и в странных шляпках с перьями, просившиеся в Дижон. Алексей, изображавший гимназиста, и исчезнувший с места реконструкции событий Первой Мировой. Неужели все они, как и мы попали из своего времени в чужую эпоху? Да уж, а мы этих девиц в психушку определили, а оно, видишь как, получилось.

Мой спутник, а теперь, вернее будет сказать, напарник, умолк, переваривая свалившуюся на него информацию. До сего момента наше перемещение из Москвы 2014 года в Москву 1918 он воспринимал как забавную шутку, игру, которая должна скоро закончиться и он вновь усядется за свой стол в родном отделении милиции, извините, полиции

– Артур, всё, что произошло с нами, произошло на самом деле, и я не знаю, когда мы вернёмся домой и вернёмся ли вообще.

Юноша погрустнел.

– У меня там мама с сестрой остались.

– Мне кажется, что выполнив свою миссию, мы должны всё же попасть обратно, - подбодрила я его.

– Ты про ту миссию, о которой нам только что говорили?

– О ней самой.

– Значит, следует соглашаться, и чем скорее мы её закончим, тем лучше.

– Нам дали время на размышление до завтрашнего утра. Как говорится утро вечера мудрее. Вот завтра и будем ответ давать.

– Да, Свет, а почему тот мужчина тебя постоянно Съюзен называл? Так какое же у тебя имя, Света или Съюзен?

– Оба мои.

– Как это?

– Понимаешь, там в нашей Москве моим именем было Светлана, а здесь оно трансформировалось в Съюзен.

Артур недоуменно покачал головой, словно пытаясь уяснить женскую логику, но так, по всей видимости, и не смог этого сделать и поэтому задал очередной вопрос:

– А мне-то как тебя называть?

– Я думаю, на данный момент подойдёт лучше имя Съюзен, настанут другие времена, трансформируем Съюзен в Светлану. Такой порядок тебя устроит?

– Устроит, только вот, Свет, извини, Съюзен, а поесть нам дадут?

Кому что, а этому типу ужин подавай.

– Сейчас покличу Никифора. Вроде кто-то грозился накормить меня.

Поднявшись с дивана, подошла к двери, приоткрыла её, выглянула в коридор – никого!

– Ау, Никифор, где ты?

Опять полнейшая тишина. И тут я вспомнила, что мужчина, предложивший нам просто-напросто спасти наследника российского престола, чтобы вызвать Никифора, воспользовался колокольчиком. Ага, а вот и он. Я заметила, что этот самый колокольчик был привязан к какой-то ленте. Будь, что будет. Позвонила.

Через пару минут послышалось шарканье ног:

– Чего изволите, барышня.

Я поискала глазами барышню и ей, к моему великому изумлению, оказалась моя скромная персона.

– Барышня желает ужинать, - сказала я и зачем-то присела в подобии реверанса.

– Будет исполнено’с, - ответил слуга и потопал обратно.

– Вот видишь, всё разрешилось. Сейчас и поедим, а там можно и на боковую.

Вскоре принесли ужин, довольно неплохой по меркам голодного восемнадцатого года. О дефиците продуктов в это время я где-то когда-то читала. Призывать Артура отведать поданные блюда не пришлось. Пока я размышляла над сущностью бытия, мой спутник, не дожидаясь приглашения, наложил себе на тарелку жареной картошки и с аппетитом уминал её.

– Съюзен, - (смотри-ка, быстро заполнил) - ты, это, давай, накладывай. Вкусно!
– с набитым ртом пригласил меня Артур к трапезе.

Ужин, как говорится, прошёл в тёплой дружеской атмосфере. Появился Никифор, забрал пустые тарелки и, остановившись на полпути, сказал:

– Это, то самое, прямо и по коридору налево.

Посчитав свою миссию законченной, он откланялся и исчез.

Под этим тем, как выяснилось позже, он имел в виду туалет, который мы не замедлили по очереди посетить.

Я разместилась спать на диване. Артур составил два кресла и, поворочавшись, устроился на ночлег.

– Спокойной ночи, Съюзен, - с сарказмом произнёс он.

Я не осталась в долгу:

– И вам того же Артурчик. Покойной ночи.

В ответ я услышала лишь тихое посапывание. Везёт человеку, уснул сразу же. Мне бы так. Однако, не успела голова коснуться подушки, как я попала в объятия Морфея. Не знаю, как долго в этих самых объятиях пробыла, но разбудило меня мерное постукивание вагонных колёс. Открыла глаза и ничего не могла понять. За окном проплывали деревеньки, пустынные поля, деревья с пожелтевшими листьями, маленькие полустанки с заспанными нахохлившимися людьми. Я находилась в купе поезда, уносившего нас с Артуром в неизвестность. Молодой человек, свернувшись калачиком, спал на соседней полке. Странное какое-то купе. Никогда такого не видела. Напрасно я назвала обитые бархатом диваны полками. На одной из стен висело зеркало в обрамлении двух керосиновых светильников. Окна занавешены шёлковыми, белыми в мелкий цветочек, занавесками. Раздался гудок, за окном пронеслись следы пара. Состав, замедлив бег, остановился у платформы, по которой прохаживались военные, переговариваясь, и вопросительно глядя друг на друга.

На своём диванчике недовольно заворочался Артур, открыл глаза и вопросительно посмотрел на меня:

– А что завтрака ещё не было?

Затем, оглядевшись, недовольно пробурчал:

– Где мы? Вчера засыпали в другом месте.

Договорить ему не дал стук в дверь.

– Вставайте, раненых привезли. Сейчас машины подойдут. Сергей Васильевич в операционный. Съюзен, поторопись, если вы не забыли, вам ассистировать.

Послышались удаляющиеся шаги, и воцарилась тишина. Однако продержалась она недолго.