Чтение онлайн

– Кстати, а где туалет, - с самым серьёзным видом поинтересовался Артур.

Я шикнула на него, заявив, если уж так припёрло, то пусть сам и ищет.

Молодой человек встал, развел руки в сторону. Пару раз наклонился и, оглядев купе, заметил дверку.

– Ого, интересно, а что там? Так, откроем.

Открыл и тут же с воплем отскочил назад.

– И что это было?
– поинтересовалась я.

– Там, там, - дрожащей рукой указывая на дверь, с испугом проговорил Артур, - там, женщина.

– Женщина. Ну и что, что женщина. Не видел женщин никогда?

– Она умывается!

– Умывается, - задумчиво повторила я, ладно, жди, проверю, что там за женщина умывается.

Открыла дверцу и услышала голос:

– Сюзен, а что там у тебя за мужчина? Петюня приехал?

Пришла моя очередь удивляться и я, отскочив, захлопнула дверь.

Артур со злорадством посмотрел на меня.

– Ну что, убедилась! Умывается?

– Умывается!

Дверь вновь распахнулась и в купе появилась молодая красивая женщина с распущенными волосами и полотенцем в руках.

– Ну вот, Съюзен, тебя и на минуту оставить нельзя, как кавалера себе отхватишь. Знакомь, давай!
– и первая протянула Артуру руку.

– Ванда.

Артур немедленно поднялся, учтиво поклонился и представился, приложившись к ручке дамы.

Женщина с интересом взглянула на моего спутника, и вышла из купе. Из коридора донеслось:

– Смотрите там недолго. Сергей Васильевич ждать не любит.

– Ну, ты и даёшь, дамский угодник. И откуда всё взялось? – покачав головой, я начала собираться.

– Подожди, ты куда? Возмутился Артур, - а завтрак?

– Сам слышал, Сергей Васильевич ждать не любит.

– А кто такой Сергей Васильеви?

– А я знаю. Сказали, ждать не любит, значит, идти надо.

– А куда?

– По крайне мере, следует выйти из вагона, а там видно будет.

Артур, недовольно бурча под нос, последовал за мной.

Не успели мы и шага сделать, как ко мне подошёл мужчина в офицерской шинели.

– Сестра, помогите, раненых привезли. Машина у третьего вагона. Я дам солдат, они помогут. И.., - офицер замялся, - у меня там денщика ранило. Степанычем кличут, присмотрите за ним.

– Ну что, медбрат, - обратилась я к Артуру, - пошли что-ли?

Раненых на носилках заносили в вагон. Мы подошли поближе. Да, нечего сказать: передо мной открылась безрадостная картина. Измождённые солдаты под серыми шинелями. Бинты, пропитавшиеся кровью, стоны, запах карболки, умоляющие взгляды. Артур тут же включился в работу, помогая заносить раненых в вагон. Я оправляла повязки и как могла, успокаивала солдат.

Внезапно почувствовала, как кто-то схватил меня за руку. От внезапности я вскрикнула.

– Не бойся, доченька, - прошептал седоусый мужчина, укрытый одеялом, помочь тебе хочу. Видел, как ты с моим командиром разговаривала. Как он там? Чай голодный ходит?

Мужчина, ожидая ответа, вопросительно посмотрел на меня.

– А вы Степаныч?

– Он самый.

– Беспокотся о вас.

– Не забыл, значится.Ты это, подойди ко мне попозже. Поговорить надоть.

Солдата занесли в вагон. В окне показалась мужская голова.

– Съюзен, поторопитесь, тяжёлых много. Скоро начнём.

Да. Лёгко сказать, операция, а я тут причём? Меня от одного вида крови мутит.

Зашла в вагон, поискала глазами Степаныча. Увидела на одной из полок у окна. Подошла. Мужчина как-то странно посмотрел на меня, похлопал по матрацу рядом собой, приглашая присесть.

– Садись, не смущайси. Бежать тебе отсюда надо. Беда идёт, большая беда. Беги, девонька.

Я с испугом посмотрела на мужчину, не бредит ли? Да нет, вроде бы, а тот продолжил:

– Вижу, не веришь. Наклонись, что скажу.

Пришлось наклониться.

– Не та ты за кого себя выдаёшь, хоть и похожи вы как сёстры.

Помолчав секунды две, пошевелив губами, произнёс.

– Родители нарекли тебя Светланой. Ты их береги, хоть и не лады у тебя с матушкой. Прости её, не со зла она. А ты иди, ищи своё время. Друга не забудь, а Ванду не бойся. С собой тож возьми, хорошая она! Ищет своего Вальдемара, ищет….

Мужчина замолк, глаза подёрнулись пеленой. Степаныч закашлялся и, взглянув на меня, недоумённо спросил:

– А ты чего тута расселась? Подь отседа, вишь, устал, спать хотца.

Передо мной сидел вновь пожилой человек с потухшим взором. Я поднялась и медленно побрела к выходу. Меня догнал женский голос.

– Съюзен, вы не забыли о своих обязанностях, идите во второй вагон и поторопитесь.

Выйдя из вагона, огляделась. Артур курил папиросу. Увидев меня, отвёл взгляд. Я заметила слезу на его щеке. Стараясь незаметно смахнуть её, обратился ко мне:

– Ничего не понимаю. Что это? Где мы? Кто эти люди? Столько крови, сколько страдания!

Он хлюпнул носом. Да, не ожидала я такого от своего спутника. Захотелось успокоить Артура, сказать что-то тёплое. Не успела. По окнам промелькнули черные тени, и тот час раздался пронзительный крик:

– Самолёты, тикай!

Какие самолёты? Я удивлённо взглянула вверх. Не видно никаких самолётов. И тут мой взгляд зацепился за странные чёрные точки, стремительно приближавшиеся к станции.

– Съюзен, бегите срочно к кочегарам, пусть готовят состав к отправлению. Поторопитесь, услышала я за спиной.

Ничего не понимаю. Куда, к каким кочегарам бежать?

Мне недвусмысленно пояснили, что они в голове поезда. Дойти не успела. На перроне началась паника. Где-то за зданием вокзала раздался приглушённый взрыв. Послышался звон разбитых стёкол. Раздались испуганные крики. Я поймала взгляд Артура.

– Скорее, за мной.

Он схватил меня за руку и потянул в сторону вокзала. За спиной возник противный визг, затем глухой хлопок и сильный удар в спину. Последнее, что я услышала, был жуткий вопль отчаяния и боли: