Чтение онлайн

Все с сомнением поглядели на Лароша.

Мужчина независимо пожал плечами.

– Не думаю, что кому-то здесь знакомо имя Элаветты Дарю...

– Почему же?
– Тимар впервые открыл рот, и все поглядели на него.
– Отец делился со мной этой историей. Служанка забеременела от тьера, обычная история... Правда, ее выгнали с позором, и только, а надо бы плод вытравить. Но Дион клялся и уверял, что даже ее не завалил, иначе убили бы... ты его сводный брат?

Кивок на Арисана Диона получился пренебрежительным и насмешливым. Ларош пожал плечами.

– Мама утверждает, что да. И я склонен ей верить.

– А зачем тогда было врать?
– искренне удивилась Алаис.

Видимо, Ларошу так надоело держать все в себе, что с ним приключился 'злодейский синдром'. Когда человека тянет поделиться самым сокровенным с теми, кто поймет.

И - помрет.

– Мать мне рассказывала, что отец любил ее. Когда она забеременела, они поняли, что надо расставаться. Иначе ее убьют или плод вытравят... Отец дал ей денег, а потом они вместе устроили скандал.

– И она ушла в неизвестность. Как романтично.

Судя по тону магистра, романтики там и на грош не было. А вот на Тимаров он посмотрел с осуждением.

– Как это вы так опростоволосились, господа?

'Осьминог' даже смутился.

– Кто же мог подумать...

– Угум, на мировое господство замахиваемся, а под носом г...на не видим, - прокомментировал Мирт. Получилось очень по-хамски, но доходчиво.

Тимар вспыхнул, но ответить ему не дала Алаис. Она пристально разглядывала Лароша.

– Глаза у вас не синие. В чертах лица сходство есть, а вот глаза... нет, не то. Понятно, почему никто ничего не замечал. Вы в мать пошли?

– Надо полагать, у Диона тщательно подобрали и мать, и отца. Вот и получили... линию, - Луис размышлял вслух.
– Итак, в Дарю тоже есть королевская кровь, но ее мало, слишком мало...

– Для управления Ирионом - мало. Но ему ведь не это нужно, верно?

Из еще одного потайного хода вылезал белый от ярости Массимо Ольрат. И за ним так же вылезали арбалетчики. Оглядывались, брали оружие наизготовку, прицеливались в противников, сразу определив их...

Алаис задумалась, что надо бы и правда падать, да ползти куда подальше.

По теории вероятности, чем больше оружия в зале, тем быстрее и хуже его применят. И по той же теории, первыми погибнут те, кому не надо. Например, они с Луисом. Или Мирт с Атреем.

Остальных ей особо жалко не было, разве что Массимо...

А Тимара он зачем сюда притащил? Незаконного?

Ох, ёпрст!

Зачем она кринолин пододела? Надо было кольчугу!

Дарю с удивлением поглядел на конкурента.

– А ты откуда взялся?

– Ты думал, я сбежал?

Так все думали, но вслух никто не признался. А потому Массимо спокойно продолжил.

– Когда Мариль погибла, я заинтересовался ирионовцами. Я о многом расспросил тех, кто умер от моей руки, я говорил с людьми, я искал сведения по библиотекам, спасибо Луису. И я нашел ответ...

– Да неужели?

Ларош смотрел насмешливо.

Луис не отвлекался на ирионовцев, он следил за Тимаром. И видел, что герцог тоже постепенно смещается к стене.

У него там... сюрприз?

Наверняка.

Мужчина сделал еще один шаг к жене.

Если начнется перестрелка, он постарается повалить ее на пол и закрыть собой. Алаис умная и сильная, она выберется из любой передряги, но только если не будет ранена.

И дать жене хотя бы пару минут - его задача.

А Массимо продолжал, забыв обо всем при виде смертельного врага.

– Ваша задача - не подчинить себе Ириона, нет! Вы создавались ради иного, но потом вырвались из-под контроля и стали сами по себе. Идея пережила создателя... Ты не хочешь управлять Ирионом, верно?

– Верно, - Ларош улыбнулся.
– Не хочу.

– Тебе достаточно просто выпустить его.

Ответом Массимо была улыбка, в которой уже не осталось почти ничего человеческого.

– Да...

– Вы умрете, - спокойно предупредил Мирт.

– Зато Господин будет свободен. Он восстанет, и мир содрогнется от поступи Его!

– У него нет ног, - уточнила Алаис, отлично помнившая, как Змей рассекал волны.
– Он не будет ходить.

Лароша такие мелочи не остановили.

– Он должен восстать!

Женщина пожала плечами.

– Так вызови и предъяви долговую расписку. Раз Он должен...

Ларош побледнел.

– Издеваешься, тварь?

– Придержи язык, - прошипел Луис.

– ... и ...! Через ... и ..., - внезапно поддержал его Массимо.
– Ты мне сегодня, ... и ... , ответишь, ... за смерть Мариль и Романа.

Сила матерного слова была такой, что сбила с настроя даже Дарю.

– Кто это такие?

– Моих близких людей принесли в жертву. Из-за тебя, ...! Поэтому ты сегодня сдохнешь.

– Не дождешься, ..., - ответил Ларош.

Массимо вскинул арбалет. Ларош повторил его движение.

Десять человек с одной стороны, десять с другой, посредине герцоги... мир определенно, сошел с ума, а потому хрупкое равновесие хрупнуло и третий раз.

– Я не помешал?

Эттан Даверт, появившийся в самый подходящий момент, мило улыбался. Одними губами. Глаза оставались желтоватыми, ледяными, тигриными...

– Что вы!
– Алаис чуть расслабилась, понимая, что немедленное кровопролитие откладывается, а значит, можно выдохнуть. И на шажок поближе подвинуться к мужу..
– Вы очень вовремя, пресветлый, нам как раз представили магистра ордена Ириона.

По лицу Эттана можно было подумать, что ему предложили какое-то обыденное блюдо на пробу, на званом обеде. Даже бровь не дрогнула.

Подумаешь, магистр!

И видали мы их, и едали, и пытали и убивали...

– Вот как?

– Да, будьте знакомы. Ларош Дарю, бастард Диона.

– Этот?
– Эттан пренебрежительно оглядел рыцаря.
– Эта тварь мне знакома, правда, я думал, что он ходит под Шелленом. В ордене Моря он что делал?

– Прятался, - одним словом разъяснил Луис.