Чтение онлайн

Хойя с ювелирной аккуратностью сканировал мысли и эмоции Миши, боясь спугнуть такую удачу. Их с Машей энергии были явно похожи, но пока ещё слишком индивидуальны. Чтобы не испугать девушку, пришелец даже не пытался подключиться к её сознанию. Он просто наблюдал и чувствовал, как пространство наполняется невесомой энергией любви.

Пух старательно изображал покорность и ласку, хоть в душе и неистовствовал, как стая диких котов. Его друг, его лучший друг, посмел так поступить! Нет, внучатый племянник царя зверей не допустит этого. Эх, Миша, Миша… Пошёл на поводу у Прозрачного! Тому-то что! Он же как политик: прилетел, наговорил и улетел, а вы тут, дорогой электорат, то есть, дорогой Пух, расхлёбывайте! Миша прислушался, в мурчании Пуха ему явно послышалось «…нас на бабу променял…». Но нет, вроде, только послышалось.

«Чуть не спалился!
– Пух взял себя в лапы.
– Ну нет, я буду бороться за друга до последней капли сметаны! Не позволю самке вбить клин в честную мужскую дружбу!»

Не прекращая мурчать и блаженно жмуриться от почёсываний за ушком, Пух негромко позвал Марка. Ровно через пять секунд, ловко карабкаясь по штанине, на колено к Маше забралась довольно крупная серая крыса и, усевшись на ноге, нагло уставилась в глаза девушке.

«Что такое буйство стихии? О, это что-то запредельное и даже гибельное для человека. Это многометровые волны цунами, зарево вулканов и ураганы, превращающие обыкновенную техасскую девочку в нелегальную мигрантку Волшебной страны. И нет ничего страшнее и сильнее, чем буйство хотя бы одной из стихий! А если буйство всех четырёх сразу? Страшнее только женская истерика. Ибо если началась, то тут уже и не остановить, и не спастись. Куда там Везувию или разным торнадо! Женскую истерику можно только пережить, ну или не пережить. И когда-нибудь мне эту истерику придётся спровоцировать! Во имя мужской дружбы! Ведь русская женщина коня на скаку остановит в любом случае, а вот в горящую избу войдёт, лишь убедившись, что в этом теремке не живёт никакая мышка-норушка. А тут у меня появилась возможность заполучить в качестве союзника и боевой единицы целого Крыса!» - размышлял Пух, впервые увидев Марка в квартире у Светланы Амаяковны. И это натолкнуло его на очень интересную мысль. Визита Маши Пух ждал уже давно, Миша ему все ушки пушистые прожужжал рассказами о своей Марье-искуснице.

И если это положение дел Пуха ещё как-то устраивало, то мириться с присутствием человеческой самки на своей территории кот точно не собирался. А её вторжение обязательно должно было случиться, Миша уже несколько дней грезил об этом вслух.

Марк отработал свои квадратные дециметры жилплощади просто блестяще! Напевая «Всё выше, и выше, и выше…», крыс взгромоздился на колено к девушке, что по договору с Пухом автоматически делало его полноправным жильцом квартиры. Дальнейшее Марк знал слишком хорошо и даже получал от этого небольшое удовольствие.

Одно время он удивлялся, почему его все боятся и норовят чем-нибудь зашибить. В то же время хомяков, ближайших родственников, холят и лелеют, притом что внешней разницы практически и нет. Почему такая избирательность людских предпочтений, крыс так и не понял, а потому принял это как данность.

Миша замер с надкусанным пирожным во рту, и только глаза бегали от крыса к Пуху и от Пуха к Маше. Девушка удивлённо уставилась на незваного гостя, который в ожидании визга на ультразвуке уже начинал скучать.

МХАТовская пауза затянулась, а воздух между визави накалился до предела, и в тишине Хойя впервые в жизни услышал свой пульс… Безмолвие нарушил Машин вопрос:

– Он у тебя ручной? Какая прелесть! Как ты его приручил? Это мальчик или девочка? Пушок его не обижает? А сколько ему лет? Чем ты его кормишь? Как его зовут?

От такой неслыханной наглости Марк растерялся…

Но тут же был поглажен, одарен кусочком колбасы и всячески облагодетельствован. Услыхав, что Миша сам впервые видит свою милую зверюшку, Маша пообещала завтра сносить бедняжечку к ветеринару на прививку, тут же установила пол и нарекла Марка - Лео. Справедливо рассудив, что возражений странная девушка не поймёт, а колбаса всё же вкусная, да и поглаживания приятнее удара тапком, Марк стал Лео. Быть Лео оказалось гораздо приятнее! Буквально через полчаса обласканный крыс души не чаял в новой хозяйке. Бубнил под нос комплименты её уму и красоте и всячески поносил обманщика-кота, от которого все беды в мире. А уж он, честный крыс Лео, в прошлом Марк, к этому катаклизму не имеет ни малейшего отношения. Да и без волшебной дудочки тут дело явно не обошлось!

Пух открыто грозить вероломному наёмнику поостерёгся, помня, что Миша его теперь понимал дословно. А репутация, она дороже одного мелкого предателя. Но слово «катаклизм» взбесило кота не на шутку, и самым культурным из его ответного шипения было слово «крысоклизм». Это он и обещал сделать с перебежчиком. Самообладание изменило Пуху, как ветреная кокетка, и он высказал Марку всё, что думал о нём, его родне до седьмого колена, но особенно о маме и бабушке. От такой тирады фикус чуть не покраснел и на всякий случай уронил пару листьев.

Миша постарался запомнить пару оборотов позаковыристее, чтобы не выглядеть на фоне коллег-шоферов рафинированным интеллигентом. А ещё он понял, что Крыса зовут Марк, его мама была собакой, а он её сыном! Позвал его сюда Пух в минуту эмоционального расстройства в крайней степени (удалено цензурой), а сейчас этот мелкий (удалено цензурой), ведёт себя как (удалено цензурой).

С котом Миша решил разобраться потом, да кот на беседе именно сейчас и не настаивал, чувствуя, что вляпался по самое не балуй. Маша от предложения переименовать Лео в Марка пришла в восторг и тут же на это согласилась. Марк вздохнул облегчённо, а Пух обречённо.

«Ну расчудесненько же всё! Так хорошо на душе, так легко и воздушно! Миша оказался просто прелесть! Или прелестью? Моя прелесть? Ой! Что-то не очень я ассоциацию подобрала, пусть лучше будет просто хорошим. Ну он и правда очень-очень-очень хороший! Ну очень! И я в него уже точно влюбилась навсегда. Сначала думала, что это временно, а после того, как он меня принёс к себе домой и оказал такие знаки внимания, я поняла - он мой. Миша мой! Мой!!! Родной! Роднёхонький Мишутка!!! Даже реву. А чего реву? От счастья! Ржу и реву. Дура какая-то. Больная на всю голову. Да! Дура, но влюбленная! По- настоящему! По нас-то-я-ще-му! И зверюшки-то у него все какие-то смышлёные, и глаза у них умные, словно они понимают, что я им говорю. Замечательный! Замечательные зверюшки! Я буду их любить... Я их уже люблю! Я вообще всех люблю! Всё, всё, всё! Я полностью втюрилась! Надо немного успокоиться...»

Утром, когда Миша уехал на работу, а Пух ещё спал, Маша осторожно, прихрамывая, прошла на кухню. Налила себе чаю, взяла вазочку с печеньками, но потом поставила обратно на стол и взяла всего одно печенье. «Нет уж, печенюхи я люблю, но меру надо знать. На радостях-то можно и растолстеть!»

Маша улыбнулась и похромала обратно в комнату. Печенюшка оказалась такой вкусной, но такой маленькой, что Маше пришлось включить телевизор, чтобы заполнить возникшую пустоту от мизерности печеньки.

Чашка быстро опустела и... выпала из рук, медленно, как в кино, долетела до пола и разбилась на мелкие кусочки. А Маша закрыла глаза и провалилась в чёрную бездну.

Минутой ранее в соседней квартире варившая странную желеобразную субстанцию женщина не заметила за разговором с собой, как её бурлящее зелье перебралось через край кастрюльки и с радостью бросилось на раскалённую плиту. Запахло безнадежностью и скулящим одиночеством. Начинающая колдунья неловко приподняла кастрюлю, пытаясь урезонить взбунтовавшийся отвар, но не рассчитала и опрокинула всё содержимое на плиту и пол. Раздалось зловещее шипение, по квартире пополз белый пар. Он был похож на утренний туман над морем, и неуклюжей укротительнице кастрюль показалось, что в этом тумане мелькнул костёр и послышался чей-то смех.