Чтение онлайн

Выход Тихоокеанского Флота из Перл-Харбора был сорван сообщением Прибрежного патруля о том, что они атакованы подводными лодками прямо у входа в гавань. DD-391 «Хенли» получил торпеду в винты и беспомощно дрейфовал, второй, DD-139 «Уорд» сразу же ушёл в сторону и вскоре своим сонаром обнаружил лодку. Корабль пятнадцать минут маневрировал, пытаясь выйти в атаку, когда гидроакустик услышал странные шумы. Попытка уклониться ни к чему не привела и «Уорд», получив подводную пробоину в корме, начал тонуть. Наверное японцы применили акустические торпеды, идущие на звук винтов. Патруль прочесывал окружающие воды, в воздух были подняты самолёты и высланы ещё пять эсминцев. Одна из «Каталин» заметила лодку на небольшой глубине в 10 милях от гавани и сбросила на неё бомбы. Результат атаки был не известен. Эсминцы никого не нашли, но один из них подорвался на донной мине и затонул. Теперь наступила очередь тральщиков.

Линкоры осторожно начали выползать из Перл-Харбора только в 17 часов, а скверные новости продолжали поступать. Сначала на плохо протраленной минной банке подорвался «Индианаполис», ему пришлось вернуться в базу. В 18.20, двумя торпедами был потоплен находившийся в дозоре лёгкий крейсер «Феникс» (чего ждать 26 апреля 82-го года и переименования этого корабля в «Генерал Бельграно»?), а в 22.00 судно снабжения AD-24 «Каскаскийя». Создавалось ощущение, что весь архипелаг просто кишит подводными лодками. Эсминцы все время имели гидроакустические контакты, постоянно кого-то атаковали глубинными бомбами и докладывали о победах. Правда понять, реальны эти победы или нет, было сложно. Адмирал Теобальд развернул эскадру на запад и приказал дать 20 узлов, стремясь выйти из зоны действия субмарин. К рассвету флот находился недалеко от острова Нихоа в 200 милях к северо-западу от Оаху. В восемь часов утра, самолёты-разведчики обнаружили японцев в 270 милях к юго-востоку от Биг-Айленд, то есть теперь флоты разделяло больше 700 миль. Узнав об этом МакАртур просто взревел от ярости. Американский флот трусливо бежит от джапов!

Самолёт трясся как припадочный, двигатель время от времени стрелял огненным выхлопом. Подводные демоны! Нет, все же не везёт их экипажу при налётах на острова! В прошлый раз подбили над Мидуэем, сейчас над Оаху.

Они бомбили береговые батареи, зенитный огонь был, но по сравнению с корабельной ПВО это детские игры. Чутай Акира Мори потерь не понёс и торпедоносцы, сформировав клин, полетели на юго-восток к авианосцам. Тут-то сверху свалилась пара «Кертис» Р-40, гекитсуиох (в дословном переводе «истребитель — король сбивания») американцев прошляпили. «Киттихауки» били по ведущему самолёту, то есть по ним. Сато отвечал из своей тарахтелки, но кажется не попал. Зато их «Канко» досталось. Крупнокалиберная пуля попала в двигатель, по всей видимости выбив один из цилиндров. Удивительное дело, самолёт не загорелся, мотор не заглох и можно было дотянуть до земли, до посадочной палубы точно не долететь. Хатори, быстро прикинув на карте, решил идти на Гавайи, аэродром Хило. И вот они, на трясущемся самолёте, который плюётся огнём, что твой дракон, медленно ковыляют в голубом небе.

— Хатори, а почему Гавайи, ведь до Молокаи ближе? И аэродром там приличный.

— Молокаи постоянно бомбят, да и захватили его только семь дней назад, а Гавайи уже как две недели.

— И что?

— Как что? Может там уже «Станцию утешения» открыли. С американками. Я разговаривал с ребятами из «Канойя», так они рассказывали, что в Маниле были американки. А я ещё никогда американок не пробовал.

— Что-о?! Хатори, ты как был идиотом, так им и помрешь! А если не долетим?

— Почему не долетим? Долетим. Вон, давеча, когда линкор торпедировали, ты тоже говорил, что не долетим. Но долетели ведь.

— Идиот. — Это уже было не восклицание, а констатация факта. — Шестого ноября нам осколки в фюзеляж попали, жаль, твою дурную голову не пробили, а сейчас в мотор. Ты разницу понимаешь?

— Понимаю. — Легко согласился Хатори и начал конючить. — Сато, дай таблеточку. — Сато молчал. Он вообще не разговорчивый, этот Сато. — Са-ато, ну да-ай таблеточку. — Сато молчал. Он был большой любитель таблеток «Хиропон»(коммерческое название метамфетамина, широко производящиеся в Японии во время войны) и делиться своим запасом не спешил.

Говорят, что от этих таблеток можно сойти с ума, но сумасшествие лётчикам-торпедоносцам не грозит. Они погибнут раньше, потери среди них более 70 %. Не зря экипажи «Канко» не берут в полет парашюты. А вот таблетки таскают в карманах пригоршнями и перед вылетом саке с метом — традиция.

— Ладно Сато — вмешался Акира, — дай ему таблетку, и мне заодно, а то, что-то в глазах двоится.

Наконец вдалеке появился дымящий вулкан Мауна-Лоа. Под крылом мелькнула бухта и несколько десятков четырёхмоторный летающих лодок — огромных «Каваниси» Н8К и чуть меньших Н6К, толпящихся возле авиатендера «Акацусима». Наверное лодки прилетели сюда ещё позавчера, после того как сбросили десант на Кауаи и сейчас ждут пока их заправят. Плавный крен вправо и…знакомый аэродром! Мори мысленно хмыкнул, сначала они этот аэродром бомбили, теперь он для них спасение.

— Сато! Ракету!

Ракета чёрного дыма — сигнал аварийной посадки. Самолёт, не делая круга встал на глиссаду и через десять минут, кашляющий огнём «Канко», катился по полосе.

— Сели! Ну Хатори, где твои американки?

Американок на Гавайях не оказалось, зато было множество изголодавшихся японок, готовых за еду подарить радость воинам Императора. Штурман узнал об этом в штабе, сразу после доклада о вынужденной посадке. Не теряя времени он сбегал к самолету, вытащил бортпаек и исчез. Акира с Сато, разместившись в палатке для лётчиков — старшин, отправились бродить по окрестностям. Без берега они были почти месяц. Стоянки были впритык заставлены «Рей-сен» и «Тип 1 Рикко» G4M из кокутаев «Канойя» и «Такао», так же как и они вернувшихся после налёта на Оаху. По лётному полю раскатывали трофейные автомобили-заправщики и сновал аэродромный люд.

— Акира?! — Кто-то окликнул их сзади.

Пилот обернулся.

— Ясуо?

Бурная радость, хлопки по плечам, извечное «а помнишь?». Они были однокашники-йокарен, а значит почти братья «Цветы сакуры одного года».

— Выходит сели на вынужденную? Это вы удачно сели. Как я рад тебя видеть! Мы сейчас собираемся в гости к танкистам, крепить дружбу между флотом и армией. Штаб вас до утра точно не хватится, так что едем с нами.

В кузове грузовика палубникам рассказали, что едут они в 14 танковый полк — Победителей Сингапура, который вместе с морской пехотой и гвардейской дивизией захватывал этот остров. При этом полк понёс большие потери и сейчас получает новую технику, поэтому в десанте на Кауаи не участвовал. Танкисты посещали лётчиков несколько дней назад, гостей напоили и даже покатали на самолёте. В ответ их обещали покатать на танках «с ветерком» и удивить древним обрядом.

Встречали очень радушно. Под брезентовым тентом был по европейски накрытый стол, уставленный бутылками с виски, а позади стола выстроенные в линейку танки. С танков и начали, хотя многие лётчики предпочли бы начать с виски. Акира напиваться не хотел, во всяком случае не сразу, а вот танки ему были интересны. Честно говоря, вживую эти бронированные машины он видел в первый раз. Пояснения давал сам командир полка, полковник Кита.

— Это основная наша машина, средний 14-ти тонный «Шинхото Чи-ха». Экипаж пять человек, броня один дюйм, пушка 47-мм. Этот зверь может бегать со скоростью 40 км/час. Боевой дебют состоялся 5 мая 1942 года на острове Коррехидор. Американцы как увидели эти грозные танки, так сразу и сдались. Мы получили их в августе, 18 штук, перед отправкой в Бирму. В Бирму мы не попали, а попали сюда. О чем не жалеем. — И полковник натужно захохотал.

Акира пересчитал танки, в строю стояли семь машин. Вид у них был… заслуженный — ободранная краска, вмятины, следы ремонта. По всему выходило, что этим машинам досталось. Странно, бои за Гавайи длились всего шесть дней, потеряли одиннадцать «грозных танков», а те что остались очень грозными не выглядят. Полковник быстро прошагал вдоль короткой шеренги «Шинхото Чи-ха» и остановился около трёх маленьких танчиков. Любовно похлопал ближайшего по броне.

— Лёгкий Ха-го. На таких мы разбили англичан и взяли Сингапур. Весит 7.5 тонн. Экипаж три человека, броня 12-мм, пушка 37-мм, скорость 45 км/час. Маленький свирепый хищник. Пролезет в любую дырку и загрызет своей пушечкой.

Лётчик подумал, что танчик на хищника не тянет, скорее на зайца. К тому же в строю этих «зайцев» всего ничего. Точно не хищник, а скорее добыча. Хотя танкистам конечно виднее. Дальше стояли более солидные машины с огромными хиномару на башнях.

— Наши трофеи. — Кита надулся от гордости. — Американские лёгкие М3 «Стюарт». Таких захватывали на Филиппинах, досталось и нам, здесь на Гавайях. Весит 13 тонн, броня 38–25 мм, пушка, как и у нашего — 37-мм. Скорость 60 км/час, как у автомобиля. Экипаж 4 человека.