Чтение онлайн

Несмотря на передачу Индии в зону влияния Японии, немецкая внешняя и военная политика заявляла о серьезных интересах Германии на этом субконтиненте. В руках у немцев находился наиболее известный индийский политик, лидер радикального крыла индийского движения за независимость Субхас Чандра Бозе, с помощью которого можно было создать индийскую организацию в изгнании и индийские военные соединения. Предложенное немецкой стороной заявление о свободе для Индии натолкнулось на недоверчивое отношение Японии. И наоборот, когда немного позже японцы захотели сопроводить успешный прорыв своего флота в Индийский океан политическим заявлением о будущей свободе для Индии, немецкая сторона посчитала такую акцию преждевременной и отвергла ее. В конечном итоге в августе 1942 года, на фоне разгрома Восточного флота, после того как Индийский национальный конгресс призвал англичан покинуть страну, начались тяжелейшие внутренние беспорядки за всю индийскую колониальную историю. Но теперь японцы были увлечены подготовкой «Мирных инициатив» и не стремились разжечь восстание дополнительными военными акциями. Германия, чьи войска в это время находились все еще севернее Кавказа, тоже не смогла оказать влияние на внутреннюю обстановку в Индии. Возможное выпадение Индии из британского имперского союза с помощью целенаправленных действий участников пакта трех держав не состоялось из-за эгоистических интересов партнеров. Раса Ямато с её божественным происхождением и нордическая немецко-арийская раса господ, происходившая непосредственно от древних германцев, несмотря на все усилия политиков, с трудом находили подходы друг к другу.

Подобный же пугающий результат непомерного эгоизма и высокомерия, обусловленных мнимой мощью и недоверием к партнерам, имел место и в экономических отношениях трех союзных фашистских стран. Еще до того, как из-за войны с СССР был прерван транссибирский торговый путь, японская сторона упорно отказывалась поставлять немецкому партнеру в требуемых количествах такие важные для военной промышленности виды сырья, как каучук, хинин и вольфрам. Японцам было трудно согласиться и на преимущественное положение немецких фирм в зонах японского господства, на чем настаивали немцы после потери выгодных сделок с Китаем. Приобретенные экономические ценности должны были использоваться на благо только японской промышленности, а не поделены с развитой «белой» нацией. С другой стороны, хозяева немецкой экономики отказывались предоставить японцам бесплатно свои технические достижения.

Новый виток недоверия произошёл в сентябре 1942 года, когда были обнародованы «Мирные инициативы императора Хирохито». Гитлером это было воспринято (и небезосновательно) как нарушение договорённостей о незаключении сепаратного мира. Отношения были на грани разрыва, но японцы вдруг заявили о прибытии чрезвычайного посланника — Есукэ Мацуока. 29 сентября 1942 года дипломат прилетел в Берлин с сенсационной новостью о «посланцах богов». Новость была встречена мягко говоря с скептицизмом, который впрочем очень быстро исчез. Кадры хроники показывающие длиннющие колонны обмороженных, потерявших воинский облик немецких военнопленных действовали ошеломляюще. На фюрера неизгладимое впечатление произвели панорамы разрушенного Берлина и толпы беззаботно веселящихся русских на фоне развалин Рейхстага. Компания «УФА-Фильмкунст-ГмбХ» очень быстро сделала заключение — фильм не постановочный, более того, были узнаны архивные работы некоторых немецких кинооператоров-документалистов не поступавших в прокат. Верхушка Рейха оказалась перед фактом — их будущее известно и это будущее ужасно. Шок очень быстро сменился приступом лихорадочной деятельности, Сталинград, которому фильм ВВС уделил много времени, не мог ждать. Наступление было приостановлено, ОКХ начал переброс резервов из Франции. Союзные венгры, румыны и итальянцы поспешно накачивались современной техникой, в первую очередь противотанковой. На Дон выдвигался 2-й танковый корпус СС Хауссера. Но раньше началась операция «Марс» против Ржевского выступа, о которой в фильме было упомянуто лишь вскользь. А потом, 18 ноября, ожидаемо рванул «Уран». Бои шли до конца декабря, но самого страшного — окружения, удалось избежать. Катастрофа немецкой военной машины на Востоке была отсрочена. Если после вступления Японии в войну, фюрер один раз пригласил посла для поздравлений и не виделся с ним почти год, то теперь роль восточного партнера по Оси поднялась на недосягаемую высоту. Былая незаинтересованность Гитлера в сотрудничестве с Страной восходящего солнца исчезла как дым.

В конце октября во Францию пришли три большие подводные лодки с «подарками». Образцы неведомых технологий заставили немцев почувствовать себя людьми второго сорта и вынуждали смотреть на «желтых» совсем другими глазами. Японская военно-техническая делегация принималась по высшему разряду, такого внимания не удостаивался даже Дуче в лучшие свои годы.

Переговоры и консультации шли сразу по четырём направлениям: вырабатывалась общая стратегия, определялись генеральные линии совместного развития военной техники, экономическое сотрудничество и мистика. На последнем настоял лично фюрер, его поражало отношение к «Чуду у Мидуэя» самих японцев. Нет, конечно они отдавали дань чудесному, но без особого ажиотажа. Ведь ежеутренне наблюдая рассвет, чудо восходящего Солнца, люди восхищаются, но не удивляются. Божественное вмешательство происходило в прошлом, произошло в настоящем и пока у страны Ямато есть Император, будет происходить и в будущем. Для европейца это было за гранью понимания. Под присмотром Гиммлера специалисты из Аненербе и Туле допытывались у японцев какие техники позволяют открыть канал в грядущее. Гитлер твёрдо верил в возможность повторения феномена силами арийских специалистов.

Совершенно незаметно для постороннего взгляда прошли приватные переговоры Кригсмарине и Объединённого Флота на борту подводной лодки I-30 в Лорьяне. Формально крохотную эскадру возглавлял полный адмирал, член Высшего военного совета Соэму Тоёда. Пользуясь своим высоким званием и независимым от остальной делегации положением он пригласил на корабельный ужин гросс-адмирала Рёдера. Беседа велась по английски. Началось все с приятного, Флот Флоту преподнёс подарок — уникальную радиолокационную систему для линкора «Тирпиц». Потом началось срывание покровов, рассказ о незавидной судьбе германского флота вообще и гросс-адмирала в частности. Закончилось вдумчивым обсуждением Средиземноморской стратегии и стратегии укрощения Люфтваффе. Расстались гросс и полный адмиралы весьма довольные проведённым временем и полными надежд на будущее. Уже через несколько дней, в Берлине, эта беседа приобрела форму стратегического планирования.

До недавнего времени перед немецкой армией, для которой Япония находилась за пределами ее континентального видения, пока еще не стоял вопрос о стратегическом сотрудничестве с далекой восточноазиатской империей. Сейчас немецкий военно-морской флот снова выдвинул свои старые идеи всвязи с наступлением на британские позиции в Суэце и на Ближнем Востоке. Колеблясь между официальным восхищением и скрытой завистью к японским успехам, Берлин не очень-то активно выражал желание достигнуть эффективных военных договоренностей, но вновь открывшиеся обстоятельства делали это необходимым. Для всех было понятно, ещё немного времени и они сначала окажутся в положении отступающих, а потом жестоко разгромленных. Переговоры вошли в конструктивное русло. Настойчивые утверждения Есукэ Мацуока о бесперспективности войны против СССР пока не прервана помощь Запада были встречены с одобрением. Следовательно, победа находится отнюдь не под Сталинградом, а на Севере, Ближнем и Дальнем Востоке, на путях ленд-лиза. Катастрофа Великобритании далеко не только в Атлантике, но по большей части в Индии — основе экономического благополучия. И наконец США, победить которые военным путём не представляется возможным. В принципе. Штаты можно попытаться лишь изолировать, а значит объектом приложение усилий являются не армия и флот, а Конгресс этой страны. Отдельным пунктом прошла общая обеспокоенность ситуацией в Италии — слабым звеном Оси.

Итогом трехдневных обсуждений стало решение о совместной усилиях в Индии всеми доступными способами — от военных до политических, демаркационная линия 70-го градуса становится условной. Германия брала на себя обязательства по выходу к Суэцу и в перспективе к Ирану, Япония, по частичной блокаде Советских коммуникаций на Дальнем Востоке. При этом оговаривалось то, что война с СССР в ближайшем будущем для Японии невозможна. 3 ноября был подписан торгово-экономический договор построенный на клиринговой системе. Центральными вопросами научно-технического сотрудничества определили совершенствование радиолокации, создание ядерного оружия и реактивной авиации. Итальянский вопрос крутился вокруг Реджиа Марина. Япония бралась оказать тактико-техническую помощь в создании авианосный компоненты, Германия в снабжении топливом. Обеим сторонам было понятно, если в обозримом будущем Индийские усилия дадут положительный результат, то роль итальянского флота будет трудно переоценить.

Вообще, к неудовольствию Гитлера, флотские вопросы становились чуть ли не основными в Большой стратегии, а именно Кригсмарине был слабейшей частью Германских вооружённых сил. Рёдер предложил заслушать адмирала Тоёда, готового поделиться новейшим опытом борьбы на море. Фюрер легкомысленно согласился и не успел оглянуться, как очутился в окружении адмиралов. Оказалось, что можно резко повысить эффективность отряда надводных кораблей если вместе с ним будет действовать вертолетоносец. Причём японцы готовы предоставить два геликоптера «посланцев богов» в обмен на изотопы урана 235. Необходимо срочно вводить в строй «Граф Цеппелин», аэрофинишеры тоже можно получить в Японии, и модернизировать «Гнейзенау» под 38-см орудия. Подводные лодки надо строить в большем количестве и по изменённым проектам, а самое главное… современный флот невозможен без морской авиации. Если Рейх видит себя полноценным игроком на мировой карте, то Геринг должен слегка потесниться. Гитлер довольно легко согласился со всеми предложениями, твёрдо пообещав любые ресурсы, но вступать в конфликт с наци номер два очень не хотел. В конце-концов с огромным трудом из него вытянули разрешение на передачу вертолетной тематики флоту и право заказывать палубные самолеты. Воспользовавшись этим успехом, Дёниц, проявив неожиданные познания, рассказал о нежелании Люфтваффе заниматься дальними четырёхмоторными бомбардировщиками. Они наверное не очень нужны для войны в России, но на просторах Атлантики или Индийского океана без них не обойтись. Кроме всего, такие самолеты, вооружённые управляемыми бомбами с успехом заменят линкоры. Кригсмарине мог бы взять на себя организацию флотской экспериментальной группы на Хе-277 с четырьмя двигателями. Этой темой неожиданно заинтересовался адмирал Тоёда, он рассказал, что сейчас в Японии полным ходом идёт работа над аналогичной машиной. Флот и Армия с удовольствием закупят несколько десятков таких дальних бомбардировщиков. Это в корне меняло дело, «Фюрер германской нации» с облегчением вздохнул и объявил о запуске программы Хе-277 как экспортной, а отечественный флот может получить несколько самолетов для ознакомления. Впервые за много лет Рёдер выиграл противостояние с Герингом.

5 ноября к переговорам присоединилась итальянская делегация. Муссолини был приятно удивлён предложением о создании филиала японского вычислительного центра в Риме. В обмен просили сотрудничества по модернизации истребителя Ки-61, очень похожего на Макки-202. Главным вопросом обсуждения стала операция «Геркулес», которую решили провести не позже начала декабря. Германия пообещала выделить флотский мазут, а Япония взять шефство над строящимся авианосцем «Аквила». 9 ноября подводные лодки Страны восходящего солнца, груженые под завязку плодами германского двигателестроения и документацией, отбыли восвояси. С аэродрома под Одессой начали полеты транспортно-пассажирские «Юнкерс»-290, «Кондоры» и «Савойя-Маркетти». В Финляндии преступили к строительству аэродрома «Насхорн» который сможет обслуживать авиатрассу в Маньчжурию. В Токио прибыла военно-дипломатическая делегация западных партнёров по Оси.

Итог 1942 года для Союзников оказался безрадостным.

Зимнее наступление Красной Армии под Москвой и Сталинградом привело к огромным потерям, без какого-либо зримого военного успеха. Немцы продолжали цепко удерживаться на Кавказе, затрудняя поставки нефтепродуктов и военных материалов по ленд-лизу.

Великобритания понесла самые тяжелые потери в боевых кораблях за всю свою длинную историю. Потери транспортного тоннажа ужасали.

Надежда на разгром Роммеля угасла так толком и не родившись. «Лис Пустыни» отступил в конце октября к Мерса-Матрух. Когда 8-я Армия, под руководством нового командующего — Монтгомери, их догнала, оказалось что немцы получили подкрепления. В Танковую армию «Африка» влилась 10 танковая дивизия. Снова начались маневренные бои, а 9-го декабря пала Мальта. Теперь началось отступление Монти, а Роммель готовился к прорыву у Эль-Аламейна. 21 декабря британцы начали большое наступление в Бирме, 14 индийская дивизия прорвала укреплённые позиции и углубилась в провинцию Аракан. Это оказалась ловушка. Японцы совершили марш по джунглям и перерезали прибрежное шоссе. 14 дивизия была окружена и через две недели уничтожена, попытки чиндитов оказать помощь провалились. 15 японская армия, получившая в подкрепление 5-ю дивизию «Хиросимские карпы», перешла границу и атаковала город Импхал. Над Индией нависла серьезная угроза. Ко всему прочему немцы неожиданно активизировались в Заполярье, «Тирпиц» напал на конвой JW-51B. Из 14 судов на дно пошли 9, линкор «Энсон» из дальнего прикрытия, попытался вмешаться. Произошёл Новогодний бой. Британский линкор был поражён шестью 380-мм снарядами, крейсер «Камберленд» и эсминец «Икарус» потоплены. Немцы потеряли то ли один, то ли два эсминца, по данным радиоперехвата крейсера «Хиппер» и «Принц Ойген» тяжело повреждены. «Полярные конвои» снова были приостановлены.

Бесконечные поражения возмущали Парламент. Второй раз за год был выражен вотум недоверия премьер-министру. В ответ Черчилль произнёс сильную речь: — «Я не прошу снисхождения ни к себе самому, ни к правительству его величества. Я принял посты премьер-министра и министра обороны после того, как всеми силами защищал своего предшественника, и в то время, когда жизнь империи висела на волоске. Я ваш слуга, и вы имеете право уволить меня, когда вам будет угодно. Чего вы не имеете права делать — так это просить меня нести ответственность, не имея полномочий для эффективных действий, нести ответственность премьер-министра, но «быть зажатым с каждой стороны сильными людьми», как сказал один уважаемый член палаты. Если сегодня или в любое время в будущем палата прибегнет к своему несомненному праву, я уйду с чистой совестью и с сознанием того, что я выполнил свой долг в меру своих способностей. В этом случае я прошу вас только об одном: предоставить моему преемнику те скромные полномочия, в которых мне было отказано…».