Чтение онлайн

Когда из низких облаков перестали сыпаться эти странные, почти живые бомбы, все с возмущением уставились на абсолютно целый «Рэпрайзл». Это был единственный уцелевший авианосец из соединения ОС 38.4, которое атаковал неизвестно кто и неизвестно чем в ночь с 13 на 14 ноября. (Подводная лодка «посланцев богов» «Сорю»2 произвела восемь пусков ракет «Гарпун»). Именно он и был виновником всех бед, ведь даже последнему кочегару было понятно — Провиденье уже который раз пыталось ухлопать именно его, как домохозяйка влажной тряпкой муху, только все время промахивается.

В 13.20 начали возвращаться самолеты участвовавшие в налете на Галапагосские острова. Целью удара были японская авиация и аэродромы, штаб 3-го флота пытался нейтрализовать «непотопляемый авианосец».

Погода над архипелагом оказалась неожиданно хорошей. Утро было исключительно ясным, видимость составляла около 15 миль, изредка попадались кучевые облака. Вскоре американцы заметили японские самолеты и началось выяснение, кто же все-таки господствует в небе. На всех высотах закипела жестокая схватка, в которой участвовали самолеты самых различных типов — «Тони», «Френки», «Хеллкэты», «Эвенджеры», «Хеллдайверы». Американские пилоты поняли, что японские истребители имели меньший радиус виража, но при этом почти не уступали в скорости, превосходя их в скороподъемности. Надо отметить, что летчики-янки, хоть и имели большой учебный налёт, в реальном бою, за редким исключением ещё не были, в отличие от своих азиатских виз-а-виз. Японцы же несколько месяцев дрались с «Мустангами» и «Летающими Крепостями». Именно поэтому они попытались навязать бой в котором были сильнее всего — «догфайтинг — собачья свалка». Основным приемом стал Хинери-коми, дословно — «внутренний переворот». Маневр, представлявший сочетание мертвой петли со штопором, разработанный ещё до войны пилотами морской авиации и позволяющий легко оказываться сзади-выше противника. Противоядием против джапа на хвосте стал переворот через крыло и пикирование, с последующим набором высоты или маневр «Сплит S» — энергичный переворот на спину и полупетля вниз. Американцы изо всех сил пытались перевести бой в вертикальную плоскость. Иногда это удавалось, иногда нет. В небе над островами сцепились в смертельном клинче более 250 истребителей. Потери с обеих сторон стремительно росли и лишь немногие японцы сумели прорваться к бомбардировщикам. Прочные и хорошо вооруженные «Эвенджеры» и «Хеллдайверы» оказались крепкими орешками поэтому успеха добились не японские истребители, а японские зенитки.

Два аэродрома Балтра «Хеллдайверы» атаковали пикируя под углами от 35 до 65 градусов. Они сбрасывали бомбы на высоте примерно 2000 футов. Взлетные полосы получили множество попаданий, хотя самолеты встретил самый плотный зенитный огонь, какой они только могли себе представить. Зенитки крупного калибра стреляли снарядами с неконтактными взрывателями, их огонь усиливала МЗА, замаскированная в окрестных скалах. «Эвенджеры» пикировали на цель под углом 30 градусов с высоты 10000 футов. Сброс производился на высотах от 2000 до 3000 футов при скорости 310 узлов. В результате они выходили из пике на высоте около 1200 футов и попадали под шквал огня.

Обратный путь был очень тяжёл, соединение находилось в воздухе около 4 часов, и топлива осталось в обрез. Самолетам пришлось сделать крюк, чтобы обогнуть область плохой погоды, перекрывавшую прямой путь к ОС 38.3 и 38.5. Часть из них села на воду, не долетев несколько миль до авианосцев. 3 пикировщика приводнились прямо среди кораблей ордера. Эсминцы сопровождения поднимали летчиков из воды. Из 215 машин, ушедших утром в налёт на Галапагосские острова назад вернулись только 148, но и им не всем суждено было оказаться в ангарах своих кораблей.

В тот день когда произошло «Чудо у Мидуэя» корабли «посланцев богов» имели 12 вертолетов: 4 универсальных AgustaWestland AW101 «Мерлин» и 10 противолодочных «Си Хок» СХ-60, два из которых базировались на «Миоко» и «Тёкаи». «Мерлины» были переоборудованы в машины ДРЛО и стали главными «глазами и ушами» Объединенного Флота. Пара «Си Хоков» были отданы Германии в обмен на 100 кг обогащенного урана. Там они тоже использовались как геликоптеры ДРЛО и очень помогли Кригсмарине в противостоянии с Ройял Неви, базируясь то на «Граф Цеппелин», то на перестроенный легкий крейсер «Кёльн». Ещё пару передали компании Мицубиси, взявшуюся за вертолётную тематику. Остальные работали по специальности, гоняясь за подводными лодками по всей акватории Тихого океана в основном с бортов конвойных авианосцев.

К концу 43-го года «Хьюга»2 практически утратил роль авианесущего корабля, лишь изредка предоставляя свою палубу для нескольких вертолетов. С точки зрения рачительных японцев такая ситуация была неприемлема. Авианосец «посланцев богов» обзавёлся четырьмя тросами аэрофинишеров, аварийной сетью и собственной авиагруппой. Конечно штабной корабль никто и не предполагал использовать как ударный: 12 «Реппу» служили для самообороны, а один Ренсю Сей Хентай (пара) «Рюсей» являлись «разъездными конями» капитана I ранга Мицуо Футида — командующего палубной авиацией Объединённого Флота. Во время учений, когда в воздухе находилось несколько сотен самолетов корабельного базирования Футида лично осуществлял координацию между тремя Коку Сентай. (В системе обозначений Императорских японских ВМС — более высокий уровень по сравнению с отдельным авианесущим кораблем (авианосцем или судном-маткой гидросамолетов) или с отдельным кокутай. Обычно применялся к двум или более авианесущим судам или двум или более кокутай. Переводится как «авианосное соединение» в случае кораблей, или как «воздушный флот» в случае кокутай.).

16 ноября командующий палубной авиацией решил лично возглавить первую волну. Его специально оборудованный «Рюсей» прикрывал кутай истребителей под командованием самого Сабуро Сакаи. В этой реальности знаменитый ас смотрел на мир двумя глазами, но имел искалеченную левую кисть. Все три Коку Сентай легли на курс к американским соединениям в 11.30. В 12.45 бортовой локатор самолета Мицуо Футиды показал множественные засветки надводных целей, до противника оставалось около 200 км. Последовала команда на постановку помех, девять «Тензанов» (по три от каждого Мобильного флота) включили «глушилки» вражеских РЛС. Вперёд рванулись чутаи «Реппу» и Ренсю Сей Кутаи корпуса «Щит Императора». В 13.40 над Оперативным Соединением 38.3 вспыхнули первые схватки истребителей и чуть позже первые камикадзе атаковали корабли. «Лексингтон» сумел отбиться, сбив не менее десятка самоубийц, но легким авианосцам не хватило огневой мощи.

«…Японский самолет… получил несколько попаданий и выпустил шлейф огня и дыма, однако продолжал свой смертельный полет… Палуба вымерла. Все, за исключением зенитчиков, вмиг распростерлись на ней. С ревом огненный шар прошел над надстройкой и врезался, произведя страшные разрушения.

В момент атаки авианосца «Белловуд» наблюдатели с «Сан-Джасинто» с ужасом обнаружили, что их кораблю угрожает не меньшая опасность: у самой воды на высоте 7–8 метров к ним стремительно приближался японский самолет! С дистанции 1000 метров все орудия правого борта открыли беглый огонь. Однако самолет продолжал свой стремительный полет как ни в чем не бывало. Он врезался в борт авианосца в районе заднего самолетоподъемника. От удара огромной силы находившаяся на уровне полетной палубы площадка подъемника обрушилась в ангар. Мгновенно вспыхнул пожар, однако системы распыления и подачи воды, водяная завеса — все вышло из строя. В довершение к этому лопнули крепления, удерживающие четыре торпеды по правому борту, и они начали кататься по ангарной палубе, грозя взорвать корабль. Команда авианосца быстро протянула гидранты с носовой части в ангар, и появилась надежда, что ситуацию удастся удержать под контролем. Однако спустя всего две минуты после первого тарана второй самолет обрушился на «Сан-Джасинто». Он упал почти вертикально, поразив авианосец рядом с районом бушующего пожара. Самолет пробил в палубе огромную дыру, вызвав мощный взрыв. Погибло много пожарных и моряков, боровшихся за живучесть корабля. Огонь начал быстро распространяться и вскоре стал неконтролируемым. Пламя поднялось высоко в небо. В 14.05 поступила команда покинуть авианосец. Моряки начали сбрасывать в море авиационные надувные спасательные плоты. В это время судно потряс взрыв огромной разрушительной силы. Вероятно, взорвались торпеды, находившиеся в ангаре. Взрыв разворотил оба борта корабля и кормовую часть полетной палубы. Появился крен на правый борт. В течение часа команда покидала гибнущий корабль. В 16.07 крен резко увеличился. Надстройка сорвалась с места и скрылась под водой. Спустя несколько секунд авианосец перевернулся и затем ушел под воду. Взрыва не последовало. Место погружения корабля закрыло огромное облако пара.». Так, с нескрываемым ужасом описывали ситуацию очевидцы с американской стороны, а вот для японцев все выглядело не столь однозначно.

Налет не задался с самого начала. Не взирая на приказы капитана I ранга Мицуо Футида Коку Сентай 3-го Мобильного флота уклонился севернее и атаковал ОС 38.5. 40 А7М2 не смогли справиться с пятью десятками «Хеллкэтов» и камикадзе оказались перехвачены. Уцелевшие единичные А6М5 с 250 кг бомбами были без проблем сбиты корабельными зенитками. Та же участь постигла и «Суисеи», из-за низкой облачности вынужденных атаковать с пологого пикирования. Единственная бомба попала в ещё не совсем потушивший пожар и еле ползущий «Кэбот». Торпедоносцы оказались немного более результативны — по одной торпеде получили крейсер «Монпелье» и несчастливый «Рэндольф». Неприятно, но не более. За этот, весьма сомнительный успех, 3-й Мобильный флот заплатил по самой высшей ставке — из 96 самолетов назад вернулись 53, из которых 31 были «Реппу».

Сражение с 38.3 безоговорочной победой назвать было трудно и это с учетом того, что американский командующий — контр-адмирал Дж. У. Ривз, пытался решить несколько взаимоисключающих задач. Он хотел одновременно принять самолеты возвращающиеся после удара по Галапагосам, сменить воздушный патруль и организовать противодействие вражеской авиации. К концу 44-го года американские адмиралы сумели уяснить одну истину: если на экранах радаров «снег», то это не к добру, жди налёта. И налёт действительно произошёл, точнее их по факту было три. Первыми подошли истребители 1-го Мобильного флота и 16 камикадзе. «Реппу» сцепились с воздушным патрулем, «Рей-сен» попытались атаковать корабли, но все были сбиты зенитками и не успевшими сесть «галапагоссцами». Буквально через несколько минут над Оперативным Соединением появились истребители и камикадзе 5-го Мобильного флота. Началась сущая резня, японцы наконец-то получили серьезное численное преимущество и начали сбивать пачками все что летает, а пилоты корпуса «Щит Императора» достали оба легких авианосца. Наступила небольшая пауза и на сцене возникли ударные машины 5-го Мобильного флота, это был второй налёт. Три авианосца горят, крейсера и эсминцы приоритетной целью не являются, остаётся единственный «Лексингтон». Вот на него и навалились 24 «Суисея» и 12 «Тензанов». В течении семи минут авианосец сбил ещё четыре самолёта и получил семь попаданий: три бомбовых и четыре торпедных. Опять десятиминутная пауза и к шапочному разбору явился Коку Сентай 1-го Мобильного. В процессе третьего налёта они добили не вовремя потушивший пожар «Белловуд», добавили по «Леди Лекс» и утопили подвернувшийся под руку легкий крейсер «Кливленд».

Здесь и сейчас Объединенный Флот одержал, хоть и не бесспорную, но победу. А какова ситуация с другим авианосным соединением? Маленький клин из пяти самолетов с командующим палубной авиацией во главе пошёл к ОС 38.5. Свора раздраженных истребителей и внешне невредимый корабельный ордер. Пока кутай Собуро Сакаи отбивал атаки, пытаясь любой ценой отстоять ведущего, на имя Исороку Ямамото ушла шифрованная радиограмма:

«Второе соединение невредимо, нужна повторная атака».

WHERE IS RPT WHERE IS TASK FORCE THIRTY FOUR