Чтение онлайн

Эти самоходные гаубицы стали основной огневой силой мобильных соединений - танковых и механизированных бригад и корпусов. Для поддержки мотопехоты таких соединений были разработаны также самоходные гаубицы калибром сто пять миллиметров. Их снаряды весом в двадцать килограммов могли достать врага на дальности до восемнадцати километров. Тяжелые САУ создавались на танковом шасси, которые выпускал Львовский танковый завод, а легкие - на шасси тягача-транспортера, разработанного в Харькове на тракторном заводе.

Каждая танковая бригада имела по два артиллерийских дивизиона - тяжелых самоходных гаубиц, калибром сто пятьдесят пять миллиметров и легких самоходок с гаубицами сто пять миллиметров. В каждом дивизионе танковой бригады по двадцать четыре САУ - четыре батареи по шесть машин в каждой.

Танки решают основные задачи боя, но не завершают его. Пехота одна только способна довести бой до окончательного конца - уничтожить или пленить противника. Но даже бегом за машинами на поле боя не успеешь, и пехота получила средство для сопровождения танков. Поскольку пехота и артиллерия в мобильных соединениях должны иметь одинаковую с танками подвижность, то для пехоты танковых соединений был разработан специальный быстроходный бронированный транспорт - бронетранспортер. Задание на такую машину выдало Управление вооружений Генерального Штаба Украинской Народной армии и конкурс выиграло конструкторское бюро Харьковского тракторного завода. Была создана легкобронированную гусеничная машина для перевозки пехотных подразделений. Лобовая броня в двадцать миллиметров и висимнадцятимилиметрова бортовая защищали экипаж и десант от огня стрелкового оружия и дванадцятитонна машина давала возможность пехотинцам сопровождать свои танки и поддерживать их во время атаки.

В 28-й танковой бригаде мотопехотные батальоны имели по тридцать пять бронетранспортеров только для перевозки пехотинцев в ротах, не считая такие же транспортеры в подразделениях поддержки и обслуживания. Разработанные в Харькове транспортеры оказались универсальными машинами. Их можно было использовать как тягачи противотанковой артиллерии, как машины огневой поддержки пехоты, оснащенные крупнокалиберными пулеметами, малокалиберными пушками или пехотными гаубицами, как транспортеры боеприпасов на поле боя, как командно-штабные и эвакуационно-санитарные машины, как мобильные установки малокалиберных зенитных пушек или зенитных пулеметов. За какой год было выпущено более двенадцати тысяч таких машин - тягачи-транспортеры МТЛБ [45] выпускали по лицензии еще пять машиностроительных фирм в Украине - и их полностью хватило для оснащения всех танковых и мотопехотных бригад украинской армии ...

Так что, украинский бойцам было чем отбиться от советской нашествия.

– О чем задумался? Какую каверзу наверняка придумал для "освободителей"? Да?
– Малиновский дружески толкнул Черняховского в бок.
– Не забыл еще Испанию?

Рука у генерала широкая, здоровая рука, запросто арбуз на ладони удержать нельзя. А когда пожмет кому руку Родион Яковлевич - пальцы слипаются в того. От того, что кисти немаленькие, пальцы кажутся короткими. Такими они кажутся еще и полноту генерала. Однако полнота у него крепкая, здоровая полнота, можно даже сказать - жесткая. Да и характером Малиновский отнюдь не мягкий. Профессиональный военный, армейская кость. Но жесткость генерала - не жестокость, она только на пользу делу.

– Испанию?
– Черняховский прищурился, словно что-то пытался вспомнить. На душу сошло успокоение. Он понял, что именно никак не попадало на глаза и даже улыбнулся тому, которое на удивление простое и эффективное нашлось решение. И уже безумно захотелось взяться за дело. Такое желание бывает у каждого человека, который любит и умеет вершить труд.
– Как будто недавно был тридцать шестой год. Тогда, когда каудильо победил, возникло ощущение тревожного ожидания: а что будет дальше? А теперь это ожидание закончилось и наша обязанность воевать с теми, кто напал на нашу Родину. Только это лирика, Родион Яковлевич, о ней после боя то вспомню. А сейчас меня интересует вот что.

Черняховский коснулся карандашом карты, указал на лине линии оборонительных рубежей.

– Какие части противника занимают оборону вдоль границы?

– Оборона здесь не сплошная.
– Артеменко переглянулся с командующим армейской группы. Кажется, начальник штаба догадался, что задумал полковник.
– Прикрываются только дороги и очень слабыми подразделениями, взвод, редко рта. А уже батальон в "красных" растянут на пять-шесть километров. Не ждут они от нас активных действий, слишком силы неравны, считают. Наша разведка обнаружила ...

– Вот я и думаю, когда они так надеются на свое преимущество, ударить вот так!
– Карандаш сделал решительное движение прямо под основание широкой синей стрелы, которая обозначала направление советского удара.
– И хорошо, если бы этот механизированный корпус "красные" бросили на Путивль. Чтобы все в ловушку попали ...

– Понятно. Попадут. Мы их прутьями загоним.
– Улыбнулся Артеменко, перевернувшись взглядом с Малиновским.
– Есть у нас долгие-долгие прутья, мы их по рельсам туда-сюда гоняем.

– Ага!
– Засмеялся Родион Яковлевич.
– Калибром в шестнадцать дюймов. Хорошие прутья!

И Малиновский и начальник штаба армейской группы сразу уловили идею Черняховского. Видно и сами над этим думали - слишком уж быстро выскакивали готовые решения. Конечно, рискованно вот так на превосходящие силы врага лезть. Но что за война без риска? Протаранить танками тонкую оборону здесь, пока враг пытается наступать там, и вперед, в глубь территории противника, на оперативный простор! Танковую лавину трудно будет сдержать. Вот эту идею и положили в основу решения на контрудар.

– Товарищ генерал-лейтенант, есть другое мнение относительно действий бригады ...
– И они еще час обсуждали план своих действий вместе с командующим оперативного направления.

Железный лес

Разведгруппа возвращалась обратно, в Белополье, после двухсуточного дежурство в полосе обеспечения. На востоке начинался рассвет третьего дня войны. Бойцы в грубых защитных камуфляжах шли беззвучно, размеренным и экономным шагом. Редко кто бросит одно-два слова, переговоры были короткие, только по делу. В сторонам настороженно смотрели стволы штурмовых карабинов и легких пулеметов, рыскали в рассветных сумерках, готовы ударить свинцом по малейшей угрозе. Сентябрьское небо было беззвездной, облачным, вот-вот дождь станет накрапывать, но пока сухо и тепло. В стороне, в кустарниковых зарослях, взлетали вверх осветительные ракеты, посвистывали над головами очереди трассирующих пуль, но в низинци даже пригибаться не нужно было: мертвый, непрострилюваний пространство. Разведчики во главе с сержантом Егоровым цепочкой, след в след, этой же низинкой втянулись в лесок, и Вилька облегченно вздохнул - идем нейтралка, противник уже остался позади, теперь они почти дома! Впрочем, сержант бдительности не терял, шел осторожно.

В советском тылу то сильно горело, там багровели низко нависшие облака. Но они уже разделены нейтралка, они уже почти на своей территории. То тут, то там то беспорядочно, панически, время от времени взлетали ракеты и гудели двигатели грузовиков на проселкам, на шоссе изредка гремели и звенели гусеницы танков.

Мягко ставя ногу, чтобы не захруститы сухим палочкой, - Шварцвальд шел за сержантом. Сердце стучало, пот стекал за ушами, карабин упирался несносной своей железякой прямо в сторону, и, Вилька с досадой чувствовал, что портянка в правом ботинке сбилась, трет ступню - намотал, болван, как попало, то жди теперь, скоро хромать. Нужно перемотать, как остановимся.

Но остановились только через час. Вильгельм быстро, но тщательно перемотал портянки, потоптался подбором - порядок! Облегченно присел на пенек рядом с сержантом. После непрерывного марша все зажжен дышали, вытирали пот, привалилися спинами к березкам, вытянув натруженные ноги.

– Командир, не сбились с маршрута?
– Шварцвальд покашлял смущенно, показывал, что признает свой грех. С "языком" группе не повезло - нужно было только оглушить, а Вилька трахнул из всей силы, и забил, конечно, до смерти. От сержанта ему уже влетело за это, но, видно, еще не все заработанное он получил от командира. Вот вернутся на базу, там и подберет к норме.