Шепот, что уничтожил мир
Шрифт:
— Я бы не пришел сюда неподготовленным. Держи, это бонус.
Джаки бросил серьгу сквозь комнату — одну из серег Флекса. Поймав диковинку, Джаколм осмотрел ее сквозь свой монокль.
— И это кольцо от того, кто хвастается, что делит кровать с охотницей из Поселка? — сказал Джаколм, бросая серьгу обратно под ноги Джаки.
— Не стоит завидовать, стари— ааа…! — Проходмец прохрипел — и вполне заслуженно! Убрав свою пятку с его ступни, охотница запихнула серьгу обратно в его руку. Пряча свою честно заслуженную боль, он сказал, — Какие еще доказательства тебе нужны?
— Самого субъекта будет достаточно. Ты не против, если мы откроем ящик?
— Разумеется против. — Джаки сел на ящик прежде, чем ассистентка Джаколма могла достать до него. — Награду вперед, друг.
Ящик дрожал под весом Джаки, будто бы и вправду там кто-то сидел. Он шлепнул деревянную стенку, и существо внутри затихло. Лишь Джаки вошел в эти подземные улицы, его глаза были Раскованы, и Зури начала подозревать.
— Прекрати этот фарс, Джаки. Твой блеф раскрыт, — сказал Джаколм.
— Я не блефую, ты блефуешь.
— Открой ящик, или…
— Тринадцать тысяч жетонов, Джаколм! Ты в жизни никогда не видел столько добра, старая ты выдра. И за что, за девчонку с низкой опасностью?
— И на что это ты намекаешь? — спросил Джаколм, теряя хватку.
— У тебя нет этой суммы, — заявил Джаки. — Скажи, у кого есть. Кто твой щедрый папик?
Как прижатая крыса, мужчина в возрасте оглянулся по сторонам. Его рука беспокойно потянула воротник под сверлящим взглядом Флекса. Охотница положила руку на ремень ружья, чувствуя, куда все идет.
— Кем ты себя возомнил, чтобы разговаривать со мной в таком тоне? — выпалил Джаколм. — Одно мое слово, и Коллектив раздавит тебя как жалкого таракана.
Джаки улыбнулся.
— Если твое слово покинет эти стены.
Зури была на грани паники. Не так она себе это представляла, не в этом она планировала принять участие. Зловещее напряжение наполнило воздух. Она слышала отвратные звуки под потолком, будто приближался какой-то рой тараканов.
— Ты не посмеешь, — боязненно прошипел Джаколм.
— Хотел увидеть, что в ящике? — спросил Джаки, спрыгивая с верху. — Смотри!
Он толкнул ящик. Что-то ужасное выпрыгнуло из под сломанной крышки, и это был первый раз, как Зури увидела это существо вблизи. Это был силуэт зерея, тень с контуром из желтой эссенции. Силуэт прижал вышибалу к полу, перекрыв его зрение своими нематериальными руками. Его руки и ноги обвили черты вышибалы, сковав его локти и шею.
Теневое создание было жутко знакомым. Его желтые глаза были копией глаз Джаки.
Зури смотрела в полном шоке, не зная, что делать. Проходимец ударил ассистентку Джаколма в горло. Она взорвалась рвущим кашлем, схватившись за шею, и Джаки уже был сзади. Он закрыл ее глаза своей длинной рукой. Он улыбался в безумном торжестве.
— Что тебе нужно?! — прошипел прижатый Джаколм.
— Твое хранилище теперь мое, Джаколм! — объявил Джаки. — Я забираю его!
— Ты зашел слишком далеко, Джаки, — воскликнула Зури. — Мы не за этим сюда пришли!
— За этим, краснощечки. Какая жалость, что я не сказал тебе раньше!
— Да что с тобой?!
— Я не могу просто стоять и смотреть на это, — прервал молчание Флекс. — Отпусти ее.
— Мой ключ от хранилища не со мной… — пробормотал Джаколм, теряя остатки самообладания. — Он в секции…
— Избавь меня от этой болтовни, Джаколм! — торжественно заявил Джаки, игнорируя протестующие голоса. — Он всегда на твоей шее. Не заставляй меня забрать его самому.
Это безумие разворачивалось слишком быстро. Глаза Зури расковались, сияя лазурью. Они молили о ясности, но ее усиленное восприятие явило страшную картину. Шум, что она слышала до, он не исчез. Шуршание, слизистое шевеление, и кое-что новое — щелчок, еще щелчок, вращение механизма. Подняв глаза вверх, она побледнела.
Она увидела блики странных существ. Несколько пар круглых глаз смотрели на охотницу. Лишь за мгновение, маленькие демоны рассыпались в стороны, трусливо прячась в темноте. Они оставили подарок, от которого глаза авларки расширились в ужасе.
Паутина проводов и шестеренок растянулась под потолком. Они соединяли блоки неизвестной субстанции. Множество блоков, им не было числа. Между всеми ними был механизм. Шестерня щелкала в центре, и каждый щелчок толкал зазубрину ближе к начальной отметке. Осталось шесть щелчков, и каждый из них звенел как судный колокол.
Пять.
Четыре.
Три.
Два.
— Мне нужны гарантии, что меня выпустят жив—
— ФЛЕКС!!!
Зурин крик наполнил этот зал. А затем все утонуло в опустошительном пламени.
***
Наконец-то тишина. Местный бармен был тихим, тихи были и курящие зеваки около того стола, а кроме них не было никого. Головная боль Каслин притупилась. Утренний свет, шум воды, открытый вид на поселение сквозь деревянные колонны; она адаптировалось, все это было приемлемым. Мир до сих пор был в желтых цветах, он выглядел как дурная память, или, быть может, лихорадочный сон. Мир не чувствовался осязаемым, но все в порядке.
Каслин вертела блестящий шприц в руке. Ее светловолосый знакомец сидел две деревянные кружки напротив, неловко улыбаясь как всегда. Нрен ни капли не изменился, даже его чайный зонт был тем же, и эта стабильность успокаивала. В целом и общем, все было в порядке. Ей просто нужно было немного сосредоточиться.
Вот она, эссенция в шприце. Ее свечение было с нотками ванили, ее дым был мутным. Каслин слегка повернула шприц. Дым дернулся, вместо спокойного перелива сквозь капсулу.
— Эта эссенция разбавлена, — произнесла Каслин.
— Я н-не знал, К-кас, — сказал Нрен, держа свою неловкую улыбку между высоким воротником своего серого пальто. — Это… это все, ч-что есть.
— Я знаю. Сколько у тебя?
— Твое… твоего ц-цвета?
— Мне пойдут любые.
— Д-давай посмотрим. — Нрен притянул свою сумку на край стола, осматривая содержимое. — Ч-четыре желтых, п-пять зеленых, д-два синих, один оранжевый, но… с-синие более д-дорогие, а… оранжевый оп-пасен для тебя, ты знаешь это, К-кас…
— Не нужно синих, я возьму все остальное.