ЖАНРЫ

Шестьсот Шестьдесят Шестая
Шрифт:

О боги! Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

Выбравшись, я успела только радостно вздохнуть, но в эту же секунду нечто схватило меня за подол платья и с нечеловеческой силой потащило вниз.

Все произошло так быстро, что я даже не успела закричать. Толща воды сомкнулась надо мной, отрезая путь к кислороду. Где-то там закатное солнце бросало теплые оранжево-красные блики. Мне хотелось дотянуться до них. Хотелось выбраться и вдохнуть аромат леса. Казалось, что там, далеко, остались моя жизнь, мои надежды и глупые мечты.

Легкие раздирало на части, а на глаза опускалась пелена. Но перед тем, как тьма поглотила сознание, я увидела тень на берегу.

Или это только показалось?

Что-то с силой выдернуло меня наружу. Я поняла это скорее интуитивно. Поняла, но не отреагировала. Меня окружала темнота. И в этой темноте я слышала голос. Он обволакивал теплом. В него хотелось завернуться, как в мягкий шарф. Голос нарастал и вскоре стал невыносимо громким.

– Дыши!

Тьма расступилась, выпуская из своих лап. Чужие руки очень нелюбезно перевернули меня набок. Я бы возмутилась подобному обращению, но сейчас было не до церемоний. Все мое внимание было сосредоточено на выплевывании воды.

О милостивые боги, я что, выпила всю реку?

Кто-то придержал меня за плечи, не давая завалиться лицом в землю. Это было очень кстати, учитывая, что у меня абсолютно не было сил. Горло, нос и грудную клетку раздирало на части, словно я наглоталась кислоты, которая теперь разъедала внутренности.

Закончив отплевываться, кашлять и неэлегантно шмыгать носом, я попыталась сесть. Но вышло не очень. От позорного падения меня спас все тот же неизвестный человек.

– Не говори пока ничего, я просканирую твое состояние, – послышался мужской голос. Такой ледяной, что казалось, кожа покроется инеем.

Он что, серьезно?

Я не смогла бы выдавить сейчас ни слова, даже если бы безумно горела желанием поболтать. В горле першило так, словно я глотала перемолотое стекло и песок.

– Жить будешь, – все так же холодно ответил неизвестный голос, завершив ментальное обследование.

Подул ветер. Прилипшее к телу платье стало ледяным и неприятным. Все тело начала бить мелкая дрожь, еще более заметная от того, что я изо всех сил пыталась ее скрыть.

Мужчина прошептал что-то на неизвестном мне наречии и коснулся моего плеча. По телу разошлась приятная волна, высушив одежду и волосы.

Я удивленно крякнула.

– С-с-паси-б-бо. – Мой голос звучал хрипло и невнятно. Я даже не сразу поняла, что он принадлежит мне.

Спаситель ничего не ответил.

Я откинула с лица непослушные пряди, закрывающие обзор, и наконец-то смогла разглядеть того, кому была обязана жизнью. А встретившись с ним взглядом, онемела. Казалось, что я корабль, корпус которого разломили пополам, и теперь проникающая внутрь вода стремительно тянет меня на дно.

– Я… я умерла? – все, что я могла спросить, глядя в его серо-зеленые глаза.

Молодой человек отрицательно покачал головой.

– Ты настоящий? – ошеломленно выдала я, не понимая, что сказала это вслух.

– Вроде как. – Он улыбнулся. И сахара в этой улыбке было столько, что мёд показался бы пресным.

Внутри меня что-то заскулило. Я смотрела на него, широко распахнув глаза, и кажется, забыла, как дышать.

Черные как вороново крыло волосы были влажными и растрепанными. Закатные лучи солнца очерчивали изгибы его лица, сверкая на точеных скулах и контуре губ, словно говорили: «Ты посмотри! Посмотри! Ты только посмотри на это!»

К его лицу хотелось прикоснуться. Хотелось проводить пальцами по его чертам, как по изгибам искусно нарисованных карт Империи, скрывающих самые красивые уголки мира, в которых я никогда не была.

Он не был ослепительно прекрасен, как смазливые принцы в сказках. Его красота была совсем иной. Темной и опасной, как у хищников. Про таких говорят: «Держись от него подальше», от таких, как он, отводят глаза и переходят на другую сторону улицы. Казалось, один его взгляд может украсть часть меня.

– Что произошло? – тихо спросила я, надеясь, что у спасителя найдется объяснение всему этому.

Он пожал плечами и спокойно ответил:

– Тебя вдруг что-то очень сильно заинтересовало на дне.

Я недовольно поджала губы.

– Эйлиин! – послышался голос сестры, заставив меня вздрогнуть.

Маг приложил к своим губам указательный палец, призывая меня молчать.

– Эйлиин! – Голос был уже совсем близко.

Не отрывая пристального взгляда, маг осторожно положил что-то очень легкое в мои ладони.

– Ах вот ты где! – Блэр вышла из кустов и направилась ко мне.

Я лишь на секунду обернулась на ее голос, а когда повернулась обратно, моего темного спасителя уже не было рядом.

– Сколько можно говорить, чтобы ты не подходила близко к воде! Ты же плавать не умеешь! – продолжала причитать старшая сестра. – Ты чего вообще тут расселась? Что случилось? – Она сделала паузу. – Это что… Эйлиин, это что, кувшинка?

Да что она вообще несет?

Я повернулась к Блэр, непонимающе нахмурив брови. Она, в свою очередь, так яростно смотрела на мои руки, словно они нанесли ей оскорбление. Проследив за взглядом сестры, я изумленно раскрыла рот. В моих ладонях лежал белый бутон кувшинки.

– Как ты ее достала? Там же глубоко. Зачем ты заходила в воду? Глупая! Ты же могла утонуть! – Блэр продолжала что-то неистово верещать, отчитывая за безрассудство, но я ее уже не слышала.

Я больше ничего и никого не слышала.

Весь мой мир сузился до этого маленького хрупкого цветка, который казался сокровищем всех Трех Империй.

Так вот что он положил мне в ладони перед тем, как уйти.

Вспышка радости моментально сменилась неудержимой и всепоглощающей тоской, растекающейся в груди огромным черным пятном.

Поделиться с друзьями: