Чтение онлайн

– Где? Во сколько? Что он сказал?
– у Алины даже быстрее забилось сердце.

– Да вроде ничего такого. Только посмотрел как-то смущенно и улыбнулся.

– В плане, странно?
– с ужасом спросила девушка.
– Как будто клеится?

– Ты что, совсем с ума сошла?
– с таким же ужасом отреагировала подруга - Нет, конечно! Как будто ждал от меня какой-то реакции или еще что.

– Хмм...Поздоровался хоть?

– Ну да, со своим дурацким акцентом.

– У него вроде не было акцента.

– Да ладно, шепелявит, как все греки.

– Тьфу, стой.
– замотала головой Алина.
– ты про кого вообще говоришь? Я думала ты про Бена.

– А я думала, что официально ты с Йоргесом еще не рассталась.
– поддела ее Наташка.

– А-а.
– поскучнела Алина.
– Ну, да. Тогда ясно, почему он на тебя так смотрел. Мы так и не поговорили потому что. Может он ждал, что ты что-нибудь передашь. А вообще, кто его знает?

– Понятно. А ты вообще когда его последний раз видела?

– Вчера. Правда, минут пять, не больше.

– А он что?

– Да не знаю. Говорит, остался из-за меня. Фигня, наверное. Мне сейчас не до него. Веришь?

Наташа, наверное, верила, но не похоже было, чтобы девушку это сильно радовало:

– Так нельзя! Ты скоро со всем кораблем спать будешь!
– так восприняла ее подруга произошедшее.

– Слушай, я тебе уже говорила, что не знала, что Йорго останется. Что ты ко мне прицепилась? С собачкой так ты общаешься, и одно другому не мешает.

– Я не сплю с собачкой!

– Я тоже! Чтоб ты знала, на данном этапе я встречаюсь с Беном. А к Йорго вернусь на следующей неделе, когда тот уедет. Так что все честно, я не сплю с обоими. А на твоем месте было бы честнее спать с ним, а то Гарри у тебя для постели, а казино для души. Кто тут еще заслуживает порицания!

– Ну, знаешь! Я...
– Наташина раздраженная реплика оборвалась на середине и девчонки, являясь свидетелями ссоры, так и не узнали, что рыжеволосая красавица намеревалась добавить к уже сказанному. Она в раздражении хлопнула дверью и вышла. Оливия, сидящая на полу, покачала головой, проводив мелькнувшие рыжие кудри взглядом.

– Может у нее тоже какие-то проблемы?

– Ага, с головой.
– рассердилась Алина.
– Кому какое дело, с кем я сплю?!

Оливия сидела посредине локера, до пояса заваленная футболками. На полу валялась ручка с листком бумаги, открытая банка колы и недоеденная шоколадка. Пахло, однако, совсем не колой.

– А ты что молчишь?
– подозрительно осведомилась девушка, втягивая носом воздух.

– Футболки считаю.
– с совершенно невинным видом ответила полячка.
– Ты, может, тоже приступишь уже?

Алина заглянула в абсолютно чистый лист, и хватила большой глоток из банки.

– Смотрю, много насчитала. О! Виски. Отлично. Это то, что мне сейчас надо.

– А что случилось?

– Мой грек не уехал!

– Это я уже и так поняла и, кстати, я его сегодня видела днем.

– Вот именно. Его все видели, только я, как идиотка ничего не знаю.

– Так это же хорошо? Разве нет? Тебе же он так нравился!

Алина с отчаянием во взгляде посмотрела на коллегу и отпила еще из банки:

– Нравится! Только я же не знала, что он остается!

– И что?

– И то...

– Значит, мы товарищи по несчастью. Я переспала с Марком, барменом. Вчера. Потому что Роберт сказал, что он не сможет вернуться, что он устал от кораблей. А сегодня он написал, что ищет билет, любит и жить без меня не может. Что я ему скажу?!

– Ничего! Хватит! Сами не мычат, не телятся, а мы потом виноваты.

– Думаешь?

– Уверена!

На самом деле, конечно, девушка не была так уж уверена в своих словах, но кое-что в ее словах, все-таки, походило на правду. Из общения с греком она поняла, что молодой человек всегда и все знает лучше нее, и доверяет тоже, похоже, только себе самому. Он не захотел говорить ей о своих планах, и вот он - результат. Может, не стоило, конечно, забывать о нем вот так сразу, но ведь Йорго не дал Алине ни малейшей надежды на продолжение отношений, на то, что они вообще когда-либо еще увидятся. Но вот как относиться к его словам 'остался из-за тебя'?

– Горазд после драки кулаками махать. До этого так кишка тонка сказать была. Какие же вы все мужики ссыкуны! Что Рыжий, что ты! Ждете до последнего. А потом уже слишком поздно...

– Что?
– не поняла Оливия, целиком в своих горестных думах.

– Да так.
– неопределенно ответила та.

Нет, если подумать хорошо, она была очень рада, что он снова был тут рядом, снова можно было открывать дверь его ключом, выгибать шею под поцелуями, и просто чувствовать себя защищенной. Это чувство она испытывала далеко не с каждым. Все это замечательно, но это никак не повлияло на мысли девушки о Бене. Его она тоже бросать не собиралась, да и был ли в том смысл, когда певца на борту не будет уже через пару дней. Алина задумалась, каким же разными были два ее молодых человека: упрямый и уверенный в себе грек, и романтический и веселый американский певец. Они совсем не вязались между собой. Черное и белое.

– Давай считать эти чертовы тряпки.

Оливия закатила глаза к потолку:

– Боже! Что же мне делать с Робертом?

– В сортир на гвоздик повесь.
– Алина мрачно рванула на себя пачку футболок, застрявших в куче других таких же.
– Пусть сначала хоть что-то сделает, а потом будешь думать. Чтоб они все провалились!

На следующий день настроение у нее исправилось. В аутсайд Шон никого не отпустил, заставив сидеть на складах и в магазинах за подсчетами, так что Валенсию персонал гифт-шопа не увидел даже с палубы, но девушку как-то не расстроилась. Откровенно говоря, ей это было только на руку, не надо было решать, с кем отправляться на прогулку. Да и избегать грека тоже получалось намного лучше. День пролетел незаметно, а ночью, сразу после работы, даже отпросившись пораньше, девушка отправилась на долгожданное событие.

Алина устроилась в первом ряду, но все же с края, так чтобы и никому не мешать, но и видеть все, до мельчайшей детали. Она немного робела от всей серьезности происходящего, от того, что все были в смокингах и галстуках. Сцена была освещена зелеными и желтыми софитами, а Кевон суетился на сцене, подключая колонки и провода, остальные тоже настраивали свои инструменты. Все было совсем настоящим, и не похожим ни на что, что ей раньше приходилось видеть. Здесь все хоть и были молодыми, но работа и творчество было абсолютно не детским, а серьезным и для нее просто завораживающим. У девушки сладко замирало сердце от красоты пустого театра, от того, что именно ее парень находился сейчас на сцене в самом центре событий и от того, что сама она оказалась причастной к такому священнодействию.

Сидя здесь, в первом ряду, она не помнила, да и не хотела помнить ни о чем кроме Бена. Двойственность ситуации ее смущала, лгать она ненавидела, и даже сейчас предприняла честную попытку позвать второго молодого человека с собой в театр. Зная процентов на девяносто, что тот откажется, такого ушата призрения даже она не ожидала. Грек отказался в таком тоне, что его возмущение буквально можно было потрогать. Алина вздохнула с облегчением, пожала плечами и теперь со спокойной душой могла наслаждаться.