Шипы и розы
Шрифт:
— Совсем не нужно, он всегда прекрасно спал. Но в театре это случилось впервые.
Тут дверь распахнулась. Все трое обернулись. В ложу вошел Рэнфорд.
— Добрый день, — бросил он, — вижу, здесь царит веселье. Что же, леди Пейджет, вы совсем нас забыли? Даже не пригласили в ложу. Мисс Вайз, мое почтение.
Дэзи кивнула с холодным видом. Она начала тихо злиться. Зачем он сюда заявился? Сидел бы в ложе со своей распрекрасной Клариссой. Там ему самое место. Здесь он никому не нужен. И пусть провалится с этой блондинистой ведьмой куда-нибудь подальше и поглубже.
— Как поживаешь, Кларри? — спросил Колин, — сто лет тебя не видел. Где пропадал?
— А ты еще не знаешь? Ну, Колин, ты много пропустил.
— Присаживайтесь, Мэйворинг, — пригласила его леди Пейджет, окидывая внимательным взглядом.
— Простите, что не привел с собой Клэр, знаю, что вы очень расположены к ней. Но она так увлечена комедией, что я не стал ее отвлекать.
— Конечно, конечно, — закивала та, — мы тут тоже обсуждаем комедию.
— Мы обсуждали Морни, — уточнил Колин, — по моему мнению, она сегодня превзошла себя. Ее сопение доносится даже сюда, а первые ряды просто сносит порывами ветра.
Рэнфорд хмыкнул.
— Морни — кумир многих, — возразила леди Пейджет, улыбаясь при этом.
— Но не ваш, правда?
— Я всегда спокойно это признавала. Если уж на то пошло, то сушеная, как вы выразились, вобла Харт нравится мне гораздо больше.
Колин, а за ним Дэзи рассмеялись.
— Моя мама от нее в восторге, — добавил молодой человек, — "ах, Морни, ох, Морни, сегодня она была великолепна!" — он передразнил ее тоненьким голоском, заламывая руки, — "гениально, восхитительно, потрясающе!"
Дэзи не выдержала и прыснула.
— Просто волосы дыбом встают, — заключил тот, выходя из роли, — ну, так чем ты занимался, Кларри? Совсем выпал из жизни. Нехорошо. А я тут рассказываю мисс Вайз о развлечениях Лондона. Мы собрались покататься на лодках. Будет Арни, ну, ты его знаешь, Луиза, братья Аккерли, леди Шелли и другие.
— На лодках? — переспросил Рэнфорд сквозь зубы, — чудно.
— Не хочешь присоединиться?
— Нет, спасибо. Это развлечение не в моем вкусе.
— С каких это пор? Что-то ты стал очень загадочен, Кларри. Мисс Вайз может подумать, что ты — угрюмый домосед.
— Очень жаль. Я вижу, мисс Вайз, вы что-то очень веселы. Наверное, прелести Дувра не произвели на вас должного впечатления.
Дэзи выронила из рук веер. Он с глухим стуком упал на пол. Она застыла, огромными глазами глядя в пространство и не в силах пошевелиться. «Прелести Дувра»?
— Остается только удивляться, зачем вы надели траур, — продолжал Рэнфорд, как ни в чем не бывало, — должно быть, потому, что этот цвет вам очень идет.
Девушка молча наклонилась и подняла с пола веер. Она делала это так спокойно и неторопливо, что ни у кого из опешивших людей не возникло ни малейшего подозрения. И зря, потому что в следующее мгновение Дэзи с размаху швырнула сей предмет дамского туалета прямо в Рэнфорда. И что показательно, попала.
— Дэзи! — выпалила леди Пейджет, будучи в шоке, а потом, понизив голос, добавила, — не хочешь пить, дорогая?
— Нет! — припечатала Дэзи.
— Э-э-э…, - выдавил из себя ошеломленный Колин, — я видел там, внизу… э-э-э… кажется, какие-то напитки, леди Пейджет.
Он явно пытался вести светский разговор, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Только получалось у него не очень. Он все никак не мог отвести взгляда от Дэзи, должно быть, она со своим веером произвела на него неизгладимое впечатление.
Леди Пейджет с радостью ухватилась за эту возможность.
— О, Брэнстоун, будьте добры, принесите нам что-нибудь прохладительное. Здесь очень душно.
— Конечно, — отмер тот, — сию минуту.
Когда за ним закрылась дверь, женщина взглянула на Рэнфорда.
— Я очень удивлена, Мэйворинг.
— Да? И чем же?
— Вашим поведением. Что вы такое сказали совсем недавно? Как вы могли такое сказать?
— Я сильнее удивлен поведением вашей племянницы. Интересно, кто научил ее швырять предметы в собеседника на публике?
— Да я бы в вас стаканом швырнула! Вы с ума сошли?
— Между прочим, — достаточно громко и четко выговаривая каждое слово проговорила Дэзи, — я все еще здесь. И если у вас есть ко мне какие-то претензии, мистер Рэнфорд, относительно моего поведения, вы можете предъявить их мне лично.
— Дэзи, — повернулась к ней леди Пейджет, — я прошу тебя, не расстраивайся.
— Я расстраиваюсь?! Я вовсе не расстраиваюсь, тетя.
— Тогда почему…
— Я в бешенстве. Кстати о трауре, мистер Рэнфорд. Что-то я его на вас не наблюдаю. Я имею в виду траур по вашей безвременно почившей сестре.
— Что-о? — вырвалось у Рэнфорда, — как вы…
— Как я что? Как я смею? Тоже самое я хотела бы спросить у вас.
— Пожалуйста! — взмолилась женщина, — перестаньте! Умоляю, перестаньте ругаться и кричать. Вы хотите, чтобы на нас весь театр вытаращился?
— Ну, это гораздо интереснее, чем эта занудная пьеса, — Дэзи передернула плечами, — не правда ли?
— Дэзи! — ахнула леди Пейджет, роняя на пол перчатки.
— Что? Она меня раздражает. Нам обязательно сидеть здесь до самого конца?
— Нет, — растерянно протянула тетя, — мы можем поехать домой.
— Прекрасная мысль. Давайте поедем. Спать можно и там. Хотя, мы совсем забыли про мистера Брэнстоуна. Ведь он пошел за чем-то прохладительным.
— Хорошо, Дэзи, — слабым голосом сказала леди Пейджет, — дождемся Брэнстоуна.
— Тетя.
— Что, дорогая?
— Вы уронили перчатки. Вот, — и Дэзи указала на предмет туалета, лежащий на полу.
— Да, да, — торопливо закивала та и наклонилась, чтобы поднять их.
Женщина была в высшей степени поражена.
Рэнфорд стоял у своего кресла и молча смотрел на Дэзи. Когда воцарилась тишина, он кашлянул и заметил:
— Я, наверное, был не совсем… мне очень жаль, что…
— О, все в порядке, — сверкнула глазами девушка, — вы можете со спокойной совестью продолжать в том же духе. Кстати, кажется, миссис Эштон машет вам со своей ложи. Наверное, ей показалось, что вы очень здесь задержались.
— Непозволительно, — прошипел Рэнфорд и вышел.
Леди Пейджет не сводила глаз с племянницы.