Чтение онлайн

Все это означало, что множество уцелевших при атаке разбегутся по окрестным деревням, разнося весть о нападении и страшном громовом могуществе демонов . Еще больше деревень снимется со своих нажитых мест и пустится в бега. Часть доберется до земель Триумвирата, вновь создавая проблемы и социальное напряжение, часть будет льнуть к стенам свободного города Лиската, в поисках защиты у тамошних лордов.

В первый раз после штурма осталось такое количество выживших — раньше их было не более одного-двух из тех дикарей, которым во время боя чудом удавалось прорваться мимо атакующих и убежать. Столько свидетелей будет достаточно, чтобы поколебать даже самых недоверчивых, кто сомневался в огромном могуществе армии демонов , а то и вообще в ее существовании. Теперь это ясная, осязаемая угроза для любого в этих землях, и к войне против землян станут готовиться уже серьезно. Сопротивление возрастет, и временной отрезок, когда силы Дрейка и Венди могут относительно легко уничтожать большое количество хищников, практически не неся потерь, неумолимо приближается к концу.

Дрейк все это понимал, и вверху секретного чата, где собирались высокоранговые офицеры от майора и выше, висело закрепленное сообщение с приказом всем подразделениям доложить о готовности к началу масштабных боевых действий. Шаан стало понятно — Дрейк пойдет на Лискат как можно быстрее, пока там будет царить принесенная беженцами паника, и пока правители города не оправились от шока и не собрали еще больше боевых отрядов.

А после того, как Лискат будет захвачен, фронт наступления землян станет проходить по юго-западным границам земель Триумвирата, подойдя вплотную к Замку Таронна.

Меррил крутилась вокруг Софии весь день. Она старалась помочь подруге, поддерживала разговор, задавала вопросы, побуждая Софию раздумывать над ответом. Благодаря этим усилиям, София постепенно оттаяла от того, что произошло ночью, но рассказывать ничего не стала. Меррил благоразумно решила не выспрашивать, и разговаривала только на отвлеченные темы. В целом, она решила, что Шаан слишком уж волновалась — психика девушки из Датиана, к тому же посещающей школу с правилами охоты, наверняка крепче, чем у детей из тех миров, откуда прибыла нага. Она отойдет, справится, и в этом Меррил была уверена.

К середине дня, когда приближалось время обедать, София уже совсем пришла в себя. Она связно и охотно разговаривала, помогла Меррил приготовить обед. Когда Шаан приползла на кухню, чтобы поесть, они втроем спокойно пообедали.

Единственная деталь, которую отметила нага, внимательно следившая за состоянием своей подруги, — это то, что София совсем не смеялась, даже когда Меррил рассказывала что-нибудь смешное из увиденного в интернете или в анимешках. Смеялась только Меррил, а София лишь грустно улыбалась, едва приподнимая уголки губ.

Ближе к вечеру Шаан предложила лечь спать пораньше.

— Мы. — на секунду нага замялась, раздумывая, как лучше сказать, — не спали более суток. Нужно восстановить силы, столько находиться на ногах вредно для твоего здоровья.

Шаан, понятное дело, не имела в виду себя — модифицированный организм боевой наги мог оставаться в строю даже спустя несколько суток постоянного бодрствования, когда обычный человек сошел бы с ума или впал в кому.

— Хорошо, Шаан, — ответила София и слабо улыбнулась.

Шаан видела, что девушка страшится ложиться спать, понимая, что ужасы вернутся во сне, когда подсознание будет стараться прогнать через себя полученный стресс и как-то усвоить его без особого вреда для психики.

— Ты ведь будешь рядом?

— Конечно! Я буду рядом с тобой, София — тебе нечего бояться!

Протянув руку, Шаан погладила девушку по голове, и на лице Софии появилась кривая улыбка, чуть ли не впервые за сегодняшний день.

Кошмары не заставили себя долго ждать. Шаан не спала, слушая, как София стонет и ворочается во сне. Нага старалась успокаивать беспокойно спящую девушку, плотнее прижимала ее к себе, поглаживала по волосам, шептала на ухо что-то утешительное.

Помогало не сильно. София принялась метаться на кровати, вырываясь из колец Шаан, которые та послушно распустила, чтобы не вызывать у подопечной чувство удушения и ограничения.

Стиснув зубы, София громко стонала. Девушку прошиб пот, скрюченные пальцы вцепились в одеяло.

— Нет. Нет. Нет, — громко бормотала она, мотая головой. — Нет, нет, НЕТ!

Волосы растрепались по подушке, Шаан хмуро взирала, как страдает и мучается ее теплышко, бессильная сделать что-то, чтобы реально помочь.

— Ааааа! — София с криком вскочила, тяжело дыша, комкая на груди майку.

— София!

— Шаан! О, хвала Богине, ты тут!

Девушка разревелась, уткнувшись в грудь подруги. Дверь из спальни приоткрылась — обеспокоенная Меррил, смотревшая в другой комнате анимешки, заглянула к ним. Шаан сделала ей отмашку рукой — помощь не нужна. Торопливо покивав головой, Меррил скрылась из виду, закрыв дверь.

София ревела белугой, первый раз с того момента, как они ушли из деревни. Она терпела пережитый ужас более суток, и уже просто не могла держать его в себе. Рыдая и обнимая нагу, София бормотала, сбивчиво рассказывая, как это было ужасно. Она одновременно жалела и себя, и кошку. Девушка громко проклинала случай, который привел к такому. Она не хотела, чтобы это случилось так. Она думала, что ей придется кого-то убивать, защищаясь, но девочка просто выскочила из-за угла, она просто хотела жить, спастись. И. и.

— Я знаю, София, — прошептала Шаан, крепче обнимая ее. — Я тебя понимаю.

— А у тебя тоже так было, когда ты. в первый раз. — едва слышным голосом взволновано спросила София.

Шаан задумалась на секунду, вспоминая времена, которые давно прошли. Тогда она была совсем другой, ведь чудовищами не рождаются. Анаконда заколебалась, не зная, стоит ли говорить девушке правду.

— Мне было тяжело, София, — призналась она, наконец. — Ну, может чуть легче, чем тебе, ведь я сначала убивала настоящих монстров, не разумных существ.

— Это всегда так теперь будет? Каждый раз, когда придется кого-то убить, будет так больно?

— Со временем боль притупится, — пообещала Шаан, погладив взмокшие русые волосы подруги. — Постепенно ты привыкнешь. Но печаль, стыд и чувство вины останется в тебе навсегда. Переступить грань для девушки, выросшей не зная войны, сложно. Для твоего сознания, твоего воспитания, сражаться и убивать противоестественно — тебе пришлось заставить себя стать воином, потому, что так было нужно. Ты бы решилась и смогла немного позже, когда привыкла бы к мысли о том, что нужно это сделать. Просто все произошло слишком быстро и внезапно, когда ты еще не была до конца готова к последнему испытанию. Это все моя вина — такого не должно было случиться! Я думала, ты просто посмотришь со стороны, немного привыкнешь к звукам боя, чтобы не трястись, как новобранцы из кроликов, когда их водят в джунгли на первую охоту.

— А это было последнее испытание?

— Ну, можно сказать, что да. Конечно, это должно было произойти проще — на охоте на какого-нибудь зверя, например. Не думаю, что над волками ты бы так убивалась.

— Раз я сделала это, значит, я прошла испытание? — вдруг спросила София, почти успокоившись и вытирая слезы. — Я стала воином?

— На сто процентов, — слабо улыбнувшись, подтвердила Шаан.

— Таким, как ты?

— Лучше!

— Лучше?

— Да, София, в тебе еще осталось те черты, которые я потеряла. Многие из нас жертвуют чем-то из своей сущности, обменивая это что-то на способность убивать и не плакать по ночам. Пожалуйста, не делай так! Пусть доброта, сострадание и совесть по-прежнему остаются с тобой. Не расставайся с ними, потому что воин не должен превращаться в одно из тех чудовищ, с которыми он сражается.