Чтение онлайн

– Здарова, Борян! – окликнули его из-за низкого стола, где до этого шла игра в карты на мелочь.

– И тебе не хворать, Гоха.

– Шо сказал? Херова слышно. Голос у тя какой-то слабенький стал. Приболевший, шо ли…

Борис шумно вздохнул. Уже тише чем было, процедил:

– Решил рыпнуться пока я на лечении? Зубы лишние выросли, пёс?!

Лавки полетели прочь и четыре парня ринулись на Бориса. Злость уже перекрыла боль в рёбрах, он встал в стойку, счастливый, что наконец драка.

Вдруг раздался визгливый вопль и наперерез банде Гоши бросились Гаврыла и Орлёнок.

– Беги! – успел выкрикнуть первый. Началась схватка.

Борис бы никогда не побежал, а тут вообще приободрился, ведь пока друзья отвлекают на себя хотя бы двоих, он сможет раскидать оставшихся. Шагнул навстречу, готовясь принимать первый удар в блок, как вдруг раздался свист городового. Все недоумённо застыли. Гаврыла и крепыш Гоши, уже сцепившиеся, нервно оттолкнули друг друга. С пыльного пола начал подниматься Орлёнок, получивший крепкий удар.

– Стоять, шантрапа! – расслышали все. – Не двигаться!

Вражда-враждой, но с городовым дело иметь никто не хочет, так что все тут же рванули прочь. Дело ещё в том, что представители закона здесь появляются крайне редко и это всегда исключительные случаи. В такие дни можно запросто получить настолько нехилых тумаков, что сразу к праотцам полетишь. Либо инвалид на все оставшиеся…

Сзади крик, топот, но ловить местных по закоулкам подземного яруса то же самое, что крыс в пещерах.

– Потом сочтёмся, – обдал смрадом Гоша, прежде чем скрыться во тьме узкого прохода меж хижинами.

Борис отмолчался, восстанавливая дыхание. Голова прояснилась, теперь уже он сам отчетливо понял, как сильно рисковал. Друзья сопели рядом и старательно не смотрели в его сторону.

– И чо им надо было?

Молчат.

– Когда в последний раз городовой к нам спускался?

Гаврыла что-то хмыкнул.

– Ладно вам молчать… – неуверенно проговорил Борис.

– Мы тебя вытаскивать из жопы не должны, – буркнул Орлёнок, осторожно трогая синяк под глазом.

– Ну вытащили же. Мы бы их раскидали там.

– Ты совсем уже башкой треснулся?! – визгливо воскликнул Гаврыла. – Затрахал уже! Хоть бы спасибо сказал.

– Хах! – наиграно заржал Борис. – Спасибо в карман не положишь, на хлеб не намажешь.

В глубине души он понимал друзей, но что-то мешало быть искренним.

– Ну и всё тогда! – обернулся к нему Орлёнок, едва не плача. – Мы больше не друзья. Пошёл ты!

Повисла тишина.

– Идём, Рёха. Я же тебе говорил, что не надо было… пойдём…

Было понятно, как тяжело даются им эти шаги, но друзья, действительно, пошли обратно, а Борис остался сидеть на каменной скамье. Света хватает едва-едва, только ноги и видно. Борис резким движением схватил себя за большой палец, торчащий из дырки в лаптях, да давай ковырять под ногтем. Внутри у него царило полнейшее смятение, и как поступить он не знал.

Сила – это не что-то доступное только голубой крови. Народная молва утверждает, что не раз выходцы из простых становились искусниками и даже давали начало новым родам в кланах.

Всё начинается с Посвящения. К нему нужно подготовится и для этого всех детей обучают основам медитастики. Дабы Сила вошла в человека, её следует сначала почувствовать. Отличить от других смутных чувств. Одним это даётся легко, а другим могут понадобиться годы. Посвящение проводят в храме Пустоты. Это и вотчина, и школа, и замок, находящийся в самом центре Киева. В отличии от всех других, пустотники не заведуют промыслами, и не стремятся к большему доходу с производств. Их основная деятельность это преподавание наук и обучение Высокому бою. Так же они ведут летоисчисление, наблюдают небо, заведуют библиотекой и участвуют в клановых спорах в роли балансира. Не смотря на то что, фактически, их роль в Киеве довлеющая, амбиций к власти они не имеют.

Искусники клана Огня это объясняют по-своему: де-мол, если бы не клановые артефакты, то Пустота бы давно осталась единственной силой в Киеве. Ясное же дело, по чьей воле случается одноимённая болезнь.

На землях Воздуха положение дел принято воспевать и приукрашать. Считается зазорным уподобляться презренному плебсу, используя в искусстве примитив. Той самой болезни Пустоты присвоено сакральное значение, а представители клана не кто иные, как наместники Богов на бренной земле.

Если уж в среде кланов нет чёткого понимания, то о простонародье и речи не идёт. Каждую мало-мальски важную мысль опутывает целый клубок домыслов. Будет ошибкой думать, что бойцы типа Бориса могут знать и понимать положение дел. Просто им любопытно шмыгнуть за пазуху Фортуне и побеждать раз от раза.

Многие из благородных ненавидят школу Высокого боя и связанные с ней занятия. Это сложно и долго, но без навыков не будет Силы, а без неё род потеряет статус, что, в свою очередь, ослабит клан и повлечёт самые серьёзные последствия. Посему, даже в клане Воды главы родов следят за изучением привилегированного боя.

По возвращению, Бориса ждала новость, что городовой искал некоего крепкого бойца из трущоб. Рассмотрев двух, что отлёживались в бараке, отряд ушёл прочь. Ясен пень, что Мох тут же обвинил Борьку во всех грехах и пригрозил, что сдаст его не моргнув глазом. Вдоволь нагавкавшись с лекарем, Борис растянулся на лежаке и уставился в тёмный каменный потолок. Думать о городовом совсем не хотелось – пусть ищут, всё равно сюда больше не придут. Мысли всё о другом ходили: Борис злился на себя, на Гоху, на Моха и друзей. Весь мир так и просился на тумаки.

Жизнь с самого детства объяснила Борису, что рассчитывать на мягкую перину не стоит. В мысленном диалоге с собой, он не раз пытался уговорить себя же поступить так же, как другие люди простого происхождения. Это данность и непреложный закон. Кто-то рождается богатым или благородным, а кому-то предписано прислуживать им. Всякий раз, Бориса преследовала неудача в уговорах.

Терзаясь разладом с единственными близкими людьми, он стал заставлять себя заниматься медитастикой. Совершенно наобум, ничего не зная об этом. Кланы, ясное дело, секретов не выдают. Борису казалось, что разве может быть что-то сложное в молитве или призыву к духами Силы? В числе других мальчишек, его всегда манил Кром вокруг города и там они часами пялились на могучий лес и редкие лужайки в нём. Знали наизусть направления всех четырёх мест Силы, куда ходят, чтобы встать на новую Ступень – со второй по пятую. И Борис тянулся туда в мыслях, взывал и мечтал увидеть хотя бы одного злыдня.

Правильный боец никогда не станет заниматься подобной ерундой. Есть кулаки, есть закалка тела и есть боевой дух – ничего более не нужно. И если бы не великая мощь, что даруется искусникам Высокого штиля, то никогда бы Борис не позволил себе начать медитастику. Пришлось.

Он с криком подскочил на кровати. В груди жгло. Точнее, пока грезил, то чётко ощутил это, а теперь только боль в повреждённых рёбрах. Ещё и рукой сломанной треснулся, но её Мох крепко замотал. Даже сдуру не повредишь – креплёная железными прутами повязка.