Чтение онлайн

Но сейчас она не различала лиц — она волновалась.

— Ребята! — сказала она, и собственный голос показался ей чужим. — Вы знаете, что скоро будет день рождения товарища Сталина. Товарищу Сталину исполнится семьдесят лет. Товарищ Сталин сделал нашу страну сильной и свободной, а наш народ — счастливым.

Марина взглянула на Зою Дмитриевну — та улыбнулась ей. «Ой, а понятно я говорю?» — подумала Марина.

— Сталин фашистов прогнал, — неожиданно сказал мальчуган, сидящий на последней парте.

— Он велит всем хорошо учиться, — сказала маленькая девочка в первом ряду.

— Правильно! — сказала Марина. — Чтобы умными стать, чтобы стать сильными, чтобы поблагодарить нашу Родину за всё, что она для нас делает.

— А я подарок сделал… — тихо сказал мальчик, сидящий на второй парте.

Марина взглянула: Сашенька!

— Что же ты сделал, Сашенька? — спросила она. Саша весь залился краской и протянул Марине тетрадь.

В тетради на первой странице был наклеен портрет товарища Сталина, вырезанный из газеты, а под портретом были стихи.

— Это ты сам сочинил? — спросила Марина.

— Сам.

— Ну так прочитай вслух всем ребятам.

Саша посмотрел на Зою Дмитриевну — та кивнула ему головой, и он сейчас же начал читать своё стихотворение. К удивлению Марины, он читал довольно громко и решительно:

— Молодец, Сашенька! — сказала Марина. — Правда молодец, ребята? А вы что готовите товарищу Сталину?

— Я нарисовал, как товарищ Сталин фашистов прогнал, — сказал тот же мальчуган с последней парты.

— А товарищу Сталину понравится, если я ему свою скрипку нарисую? — спросила Оля.

— А ты любишь свою скрипку?

— Люблю! Она хорошая.

— Тогда нарисуй. Мы все посылаем товарищу Сталину самое любимое.

Алексей Степаныч взял у Марины из рук скрипку и дал ей Мишину, большую.

— Ну-ка, — сказал он, — попробуй.

Марина стала играть на Мишиной скрипке. Сначала пальцы не попадали на свои места, но очень скоро приноровились. А как хорошо было играть на большой скрипке! Гораздо удобнее, чем на трёхчетвертной.

— Вот что, — сказал Алексей Степаныч: — тебе срочно нужна большая скрипка, на твоей тебе уже нельзя играть.

— Алексей Степаныч, — жалобно сказала Марина, — где же я срочно возьму новую скрипку?

— А я не виноват, что ты так растёшь! — засмеялся Алексей Степаныч. — Смотри, меня уже переросла.

Марина подумала, что это он, конечно, сильно преувеличил: она ещё его не переросла и даже не доросла до него. Но, действительно, она очень выросла за последнее время — все платья стали короткими.

Марина положила Мишину скрипку, взяла свою и начала играть. И вдруг сама почувствовала, что она ей мала.

Марина испугалась: ведь скоро на сборе дружины будет большой концерт — рапорт товарищу Сталину! Как же она будет играть?

— Ладно, не горюй, — сказал Алексей Степаныч. — Скрипку я тебе достану, к следующему уроку принесу. Можно бы взять школьную, но у меня есть на примете один очень интересный инструмент. А свою давай мне. Я её отвезу в Верину школу. Елизавета Фёдоровна просила меня там побывать.

«Счастливый Алексей Степаныч! — подумала Марина. — Я бы сама туда съездила».

Марина отдала скрипку Алексею Степанычу. «Хорошо бы, она досталась Тамаре!» — подумала она.

Вернувшись домой без скрипки, Марина загрустила. Она так привыкла к своей скрипке, её скрипка была такая хорошая. И ещё неизвестно, какой будет новая… Марина даже поплакала немножко, дожидаясь маму. Потом записала эту сегодняшнюю неприятность в дневнике и, чтобы утешить себя, написала:

«А теперь напишу про хорошее — про малышей. Они меня теперь знают и всё время ко мне бегают. Я им немножко помогаю оформлять их подарки, но вообще стараюсь, чтобы они делали их сами, — так советовала Оксана. Малыши теперь бегают ко мне вообще со всякими делами: кому нужно отточить карандаш, кто не понимает задачки, а кому настроить скрипку. А какие у них скрипки маленькие! И сами такие маленькие! Прямо трудно поверить, что и я была когда-то такой же».

Этой скрипке было, вероятно, больше ста лет — лак на ней потускнел, отклеились деки. Где была эта скрипка, в чьих руках? Кто знает…

Алексей Степаныч рассматривал старую скрипку и как будто читал по ней её историю.

— Смотри, Марина, — говорил он: — видишь, как стёрто дерево вот здесь, на краю деки, а ведь ему бы не надо здесь стираться. Почему это случилось? А вот почему. Скрипка эта, видно, не один год была в руках у человека, который очень низко держал её при игре. Видишь, вот так? Такая манера игры была свойственна в прежнее время народным скрипачам. Если посмотреть старинные картины, гравюры, изображающие народных скрипачей, — на всех ты увидишь эту манеру игры. Так играли и у нас — особенно на Украине и в Белоруссии — и в других странах, но преимущественно в Румынии. Эта манера игры одно время даже называлась румынской. Можно, следовательно, предположить, что эта скрипка довольно долгое время находилась в Румынии… А теперь смотри, Марина, — видишь эту выжженную внутри скрипки надпись? Смотри сюда, сквозь эфы.

Марина, прищурившись, прочла выжженную внутри старой скрипки надпись и с удивлением посмотрела на Алексея Степаныча.

— По-русски! — сказала она. — Написано: «Иван Батов».

— Да, эту скрипку делал старый русский мастер Иван Батов, который жил в начале прошлого века, — сказал Алексей Степаныч.

— А как эта скрипка попала в Румынию? — спросила Марина.

— А ты как думаешь?

— Наверно, её забрал где-нибудь в украинском городе фашистский солдат, — сказала Марина. — Во время войны.

— Может быть, — сказал Алексей Степаныч. — А вернее, что её увезли раньше. Мы можем лишь догадываться, какой путь прошла эта скрипка от русского мастера из народа к румынскому народному скрипачу. Мы этого не знаем. Возможно, что играл на ней талантливый скрипач — ведь румыны очень музыкальный народ — и скрипка переживала счастливые дни. Но она побывала в тяжёлых военных переделках — видишь, как расклеились её деки, как погнулся смычок! Может быть, тащил её, как пленницу, в своём вещевом мешке солдат фашистской армии…