Чтение онлайн

Из этого объема продуктов получается 16 порций.

Заснуть я не могла. В сотый раз прокручивала в голове безумные виражи «БМВ» Филипа и всю ту кошмарную гонку. Только теперь в картинку добавлялись детали: он потерял зрение. Это все объясняло.

Ну, почти все. Причина? Из-за неочищенных от пероксида линз? Могли ли линзы быть неочищенными случайно? Разум подсказывал, нет. А тут еще пациент-убийца! Или не пациент? Элизабет же только предполагала…

Кто ослепил Филипа? Переживания заставляли Джулиана проявлять враждебность. На встрече с доктором генерал и Адель, должно быть, пытались помочь бедному тинейджеру. У Визи есть своя нелегкая задача: защитить землю и вернуть заблудшего муженька. И, разумеется, был еще Брайан Харрингтон — передовой застройщик и, возможно, также ревнивый супруг.

Как все связать? Психотерапевты хранят о своих пациентах записи. Но Шульц забрал все бумаги Филипа, так что их содержание — тайна. Арч тоже ходил к врачу, когда пытался уйти от реальности, подменяя ее ролевыми играми. Во время наших встреч (мы с сыном посещаем доктора вместе раз в месяц), психотерапевт постоянно заглядывает в свои записи. Но что они там пишут? На что учат обращать внимание в этих школах для мозговедов?

В дополнение (как любят говорить профессора) стоит отметить невозможность подойти к проблеме с другой стороны. Да, я залезла в офис к Филипу. Да, я там все обыскала и нашла календарь. Уверена, полиция тоже его видела. Но Шульц никогда не разрешит мне заглянуть в бумаги. Конечно, я его подруга, доверенное лицо… Но ведь есть границы.

Когда я упала на кровать, перед глазами встали картины: Филип и Адель, Филип и Элизабет, Филип и Джулиан, Филип и Визи. Особенно последняя… Как они разрабатывают план действий по заключению сделки с окружной администрацией. Или, возможно, играют еще в какие-нибудь игры? Об этом размышлять не хотелось.

Только чтобы заснуть, вопреки всем трансцендентным учениям, я начала повторять мантру. Плюс ранний рассвет с его усыпляющим эффектом, и я впала в глубокое забытье, облако которого рассеялось, лишь когда в семь утра включилось радио.

Пришлось нажать на все подряд, чтобы выключить битловские рок-н-ролльные крики. Арч все еще спал. Я отключила датчик движения. Спотыкаясь, добрела до телефона в кухне и, повиснув на трубке, задумалась, можно ли употреблять чистый кофеин. А потом, не глядя, с усилием вдавливала кнопки, чтобы дозвониться до ранней птички Шульца.

— Наконец-то! — выдохнула я в трубку.

— Ну, — ответил он после паузы. — Я не хотел будить тебя.

— Прости, у меня была ужасная ночь. Есть возможность сегодня увидеться?

— Давай посмотрим. До обеда? Часов в десять?

В этот момент, я почти уверена, кто-то еще поднял трубку. Паранойя то или нет, но я не стала отвечать Шульцу.

— Алло? — одновременно зазвучали голоса Шульца и генерала Фаркуара.

— Это генерал на проводе, Голди, — сказал Бо.

— Мне освободить телефон? — поспешно спросила я. Однако с чего? В доме еще две свободные линии.

— Нет, нет. Извини, что побеспокоил тебя, просто хотел уточнить кое-что по поводу специального десерта на сегодняшний вечер.

Я пригласила его спуститься и услышала отдаленный щелчок — это он вешал трубку. Вернувшись к Шульцу, я поинтересовалась, не встретит ли он меня в продуктовом магазине Аспен-Мидоу.

— В продуктовом?.. Повиси, мне надо проверить, что у меня сегодня… Днем надо быть в суде. Могу подъехать, но ненадолго. Знаешь, я обычно не провожу встреч в супермаркетах. Ты, кажется, прочитала слишком много шпионских романов.

— Да вся моя жизнь — чертов шпионский роман!

В кухню бесшумно проник генерал Фаркуар и начал мерить шагами пространство, точно Наполеон. Я закончила разговор, приготовила эспрессо и достала кулинарные книги. Долгожданный глоток кофе поставил мозги на место.

Генерал монотонно ворчал на картинки десертов с миллионами калорий, затем поднял на меня глаза, полные удивления:

— Ты уже на сто процентов решила, что готовить на вечер?

В голове колокольчиком раздавалось слово «допрос». Вместо имени, звания и номера части я отрапортовала:

— Креветки на гриле, французские гамбургеры и что-нибудь вегетарианское для Джулиана, салат из ротини со сливочной дижонской заправкой, охлажденная вареная спаржа с лимоном и то, что вы выберете на десерт.

— Прекрасно, прекрасно! — с нетерпением закивал Бо.

Захлопнув книгу, он встал и прошелся своими гигантскими шагами. Остановившись возле разделочного стола, он снова обратился ко мне:

— Послушай, у меня есть сюрприз для Адели. Роскошное ювелирное украшение, которое, я уж думал, мне никогда не посчастливится и достать. Она увидела его однажды во Флоренции и глаз не могла отвести. Так что десерт мне нужен действительно очень особенный.

— Морковный торт?

Он выгнул шею, чтобы устремить глаза в потолок.

— Она так восхищалась этим кольцом… Это было на мосту через Арно. Потом мы ели жесткое итальянское печенье с орехами… На некоторых была шоколадная крошка. Понимаешь, к чему я клоню? — как обычно, покосился он на меня.

— Бискотт? — уточнила я.

— Точно! — Он хлопнул в ладоши. — Сможешь сделать немного? Вместо торта? Она догадается. Черт! Ей будет приятно!

Никаких проблем, мой генерал. Я хотела сказать, что на пятнадцатый год празднуют хрустальную свадьбу и что Адели, наверное, было бы приятно получить новую вазу взамен разбитой взрывом уотерфордской, ну да ладно. Пара Фаркуаров отлично ладила в браке вот уже четырнадцать лет. Не проведут ли они со мной инструктаж?

Потом генерал пространно порассуждал на тему того, что он уже заказал все цветы и мне не стоит о них беспокоиться. Я похлопала его по спине, благодаря за неоценимую помощь, а после прогнала с кухни, чтобы спокойно сверить рецепты и составить список продуктов. На этот раз будет тридцать персон: все те же, что и на вечеринке у Харрингтонов, друзья из школы, из клуба, всякие попечители плюс Арч и я.

А еще друзья Арча!

Господи!

Я была уже на пути в продуктовый магазин, когда вспомнила, что не позвонила им, как обещала. Последний шанс — позвонить их родителям, как только вернусь домой после встречи с Шульцем. Может быть, Арч уже сам пригласил всех сегодня в школе? «Как-то слишком о многом мне приходится беспокоиться», — думала я, паркуя фургончик рядом с машиной Шульца на автостоянке.

Он выбирал артишоки и не видел, как я подхожу. Я наклонилась к его уху и тихо, как настоящая шпионка, произнесла:

— Ты должен прекратить звонить мне на номер Фаркуаров. Это опасно.

— Да, 007? Это почему?

— Давай серьезно. Я раскрыла идеальное преступление.

— Артишоки: два за доллар, — только и ответил он.

— Ты закончил?

— Нет. Я тут, возле овощей, жду единственную банкетчицу нашего города, чтобы она объяснила, как мне делать мою работу.

Я поведала ему свою теорию насчет пероксида на неочищенных линзах и о действии анестетика, которое отдалило процесс сожжения роговицы: