Чтение онлайн

– А почему мы просто с этой картой не сходим?
– осторожно спросил Уно, оглядываясь - они замерли в подворотне недалеко от дома Лонни, так что с улицы их сложно было заметить, но это обычным жителям Таксонии. Атланты - совсем другое дело.
– Мы могли бы взять карточку на всю ночь.

– Нерационально, - заметил очкарик.
– Я не собираюсь сходить лишь один раз или полагаться на удачу, что нам удастся вновь украсть пропуск. Идите за мной в мою лабораторию.

Лонни не шутил, когда сказал такое страшное слово "лаборатория" - когда он отодвинул уложенные у стены листы брезента, то глазам ребят открылась металлическая, очищенная до блеска дверь со странным круглым замком.

– А как ты сделаешь копию пропуска? Сам создашь такой же руками?
– полюбопытствовал Уно, наблюдая как очкарик уверенно прокручивает замок в разные стороны

– Нерационально, - с холодком в голосе ответил Лонни - его голос звучал прямо как у атланта.
– Ты ведь знаешь, что такое скимминг?

Уно растерянно кинул взгляд на Шэр, но подруга только хмыкнула, а затем одними губами сказала: "Он очень-очень умный. Умник умников". Очкарик же принял молчание за "нет".

– Ясно. Девяносто семь процентов жителей класса Б не читают книги - так что не переживай. Переживать - это вообще нерационально. Я создал считыватель магнитной полосы, на основе статей о скиммерах. Поменять пришлось почти все талоны, чтобы собрать детали. Рассыпуху вроде резисторов и конденсаторов легко было отыскать, но вот двухканальный операционник и контроллер - редкость. Ни на одном подпольном рынке не найти было, но через смотрительниц приюта все можно достать.

Замок щелкнул, и Лонни спокойно открыл дверь, продолжая бормотать непонятные слова. Причем настолько непонятные, что Уно казалось, будто очкарик бредит. Единственные знакомые словосочетания были - "считывающая головка от магнитофона", которая вроде как была основой для прибора, и "каркас из текстолита, похожий на слоенный пирог". Но как связана говорящая черная штуковина и слоенный пирог - мальчик понять не мог. Где голова у магнитофона - тоже было загадкой, но Уно не хотелось выглядеть глупым, а потому он промолчал.

Лонни уверенно спускался по железным ступенькам вниз, не боясь споткнуться в темноте, а вот ребятам пришлось придерживаться за тонкие металлические перила.

– Схема кардридера попалась та еще - листы отсырели, так что на бумаге ничего толком не разобрать, но по отдельным элементам все-таки удалось собрать, - между тем, заметил очкарик и вдруг щелкнул выключателем на стене.

Мягкий желтый свет затопил комнату.

Лаборатория оказалось небольшой, но удивительной. Настолько удивительной, что Уно замер на месте и чуть не разинул рот - он видел разные железки, но, чтобы столько мигающих разноцветными лампочками приборов было в одном месте - да даже на ярмарке диковинок не нашлось бы стольких изобретений! Железные столы были завалены разными мелкими детальками, схемами и винтиками. Но больше всего мальчика заинтересовало нечто большое, укрытое черной тканью и стоящее у обшарпанной каменной стены. Спросить, что это, Уно не успел, так как Лонни подошел к столу и подхватил один из приборов: небольшой, чуть больше ладони деревянный прямоугольник, а на нем разные вытянутой формы детали - и металлические, и пластмассовые, соединенные проводками. Очкарик с гордостью смотрел на эту штуковину и, похоже, ждал восхищения, но, увидев непонимающие лица ребят, скривил губы.

– Это кардридер. С помощью его мы считаем информацию с магнитой полосы карты. Потом передадим информацию на переносной носитель, а там уже придется декодирова....

– А что там под черной тканью?
– не тактично перебила Шэр, с любопытством проскользнув к столам.

Лонни с недовольством отложил прибор. Он ожидал совсем другой реакции, но ребятам оказались не интересны его достижения. Поправив очки, он подошел к укрытому тканью прибору, под нос бормоча: "Хоть бы с кем было поговорить".

– А это, величайшее изобретение, - прочистив горло, сказал он, осторожно двумя пальцами хватаясь за краешек ткани.
– Такого вы точно никогда не видели!

Черное покрывало медленно сползло на каменный пол, и Уно тут же испуганно отшатнулся. У стены стоял самый настоящий атлант! Длинные острые лапы под различными углами нелепо торчали в стороны, а туловище было расковыряно - вместо круглой матовой поверхности и красных огоньков-глаз виднелись впадина со странными стеклянными листами, соединенными синими проводками и пружинами.

– Это атлант!
– восхищенно воскликнула Шэр, осторожно подходя поближе. Девочка смело ткнула пальцем по матовому туловищу и тут же отдернула руку.
– Атлант!

– Теперь это компьютер,- гордо ответил Лонни.
– Пришлось знатно в нем покопаться!

– Но как ты его достал?!
– восхищенно спросила Шэр, вновь ткнув пальцем по туловищу, но в этот раз задержав руку подольше, словно для того, чтобы удостовериться - укусит или нет.

– Не совсем я, - смутившись, ответил очкарик.
– Атлант еще от папы достался. Моего папу ведь в город А забрали и почти все изобретения увезли, но вот атланта не нашли. Но это я уже расковырял и доработал его! Теперь он может декодировать файлы в формате...

– А он не может нас арестовать? Или доложить людям А?
– вновь нетерпеливо перебила девочка и с любопытством сунула голову поближе к зеркалам.

– Уже не может, - недовольно ответил Лонни и открыл было рот, чтобы объяснить подробнее, но передумал.
– С помощью него мы перенесем информацию. Давайте пропуск и не трогайте ничего.

Уно послушно отдал пластиковую карточку. С долей зависти он посматривал на маленького умника, со знанием дела, копающегося в сложной технике. Слишком уж Лонни был умным! Но другие ребята не издевались над ним! Несправедливо!

– А ты не слышал про "Химеру"?
– подойдя к столу и наблюдая, как очкарик вставляет карту в прибор, спросил Уно.

– Да, я проходил их экзамены. Элементарные задачки, - не отрываясь от работы, ответил Лонни. Он отсоединил круглую железку и уверенно направился к атланту.
– Но, конечно, меня не взяли.

– Почему "конечно"? Ты же все решил?

– Статистика, - скривившись, ответил очкарик, пристраивая железку между проводами и стеклами. Раздался щелчок, а зеленый огонек на корпусе атланта замигал.
– Такие отборы постоянно проводятся в Таксонии. Раз в семь лет идет набор в подобную школу, но почти никто не проходит. Людям А не очень-то нужны лишние рты у себя в городе - это не более, чем психологический прием, чтобы создать иллюзию для населения Б. Люди спокойнее, если у них есть вера, что они могут стать людьми А.

– Но ведь твой папа стал! И многие становятся!
– не удержался Уно, чувствуя, как запылали щеки - как же глупо он выглядел со своими мечтами.

– Да, но я не могу понять как. Выбор счастливчиков нерационален, - оторвался от работы Лонни и задумчиво уставился в стену.
– Похоже на случайный отбор. Раньше было такое развлечение - лотерея. Игра, где победить мог любой, но все решал случай. Похоже, в городе А постоянно играют в "лотерею" жизнями жителей Б. Потому что закономерности в их выборе нет, а я пытался ее выявить. Единственное, что могу сказать точно: чем ты старше, тем меньший шанс перебраться за стену. У меня вот шансов больше, чем у тебя и Шэр.

Девочка не следила за разговором, а с любопытством осматривала приборы в лаборатории, но на свое имя отреагировала и резко развернулась.

– Что, очкарик, думаешь тебя заберут в город А?
– с насмешливыми нотками спросила она и сдула челку с лица.

– Учитывая мой возраст - вероятность высокая, - кивнул Лонни.
– Но я работаю над тем, чтобы увеличить свои шансы. Если смогу все-таки выявить закономерность, то точно смогу попасть в город А. Там, наверное, сумасшедшие технические возможности! Весь этот хлам здесь - жалкие осколки, мусор, которые люди А просто выкидывают нам. Как кость бродячей собаке.