Чтение онлайн

Осталось две ночи. Утром Андреа сидела перед стиральной машиной и смотрела, как центрифуга отжимает одежду. Майки и брюки разных цветов, которые сливаются воедино. В голове все сформулировано правильно и верно, но сердце видит иначе, оно выдумывает шарады, с которыми голове не справиться. Сцены отчетливо прокручиваются перед глазами: другая женщина верхом на Каспере. Солнце садится у них над головами, и он вспоминает Андреа не иначе как со вздохом. Он знает, что ему нужно возвращаться, но он не понимает почему.

Одежда висит в комнате для просушки и пахнет экзотическими фруктами, а Андреа плачет. Все должно закончиться иначе. Я не хочу терять тебя. Она натягивает любимое платье Каспера. Хлопковое, эластичное, голубое и довольно скучное. Душится духами, которые ему так нравятся. Пытается научиться ворковать. Составляет список любимых продуктов Каспера: вареная колбаса, макароны-спиральки, белый хлеб, желтый перец, ореховые колечки, лимонад «Поммак».

Вечером, развесив всю одежду, купив и подключив новый автоответчик, на котором, как это ни печально, нет ни одного сообщения, она садится на велосипед и едет в «Консум». [18] Покупает две шоколадки «Марабу», маленькую коробку шоколадной нуги, миндальное мороженое «Магнум» и упаковку печенья «Балерина». Садится по-турецки на пол в гостиной и, раскачиваясь вперед и назад, набивает полный рот.

Кафпер, приежжай фкорей, я по тебе фкучаю.

Засовывает два пальца в рот, и все это безобразие выходит наружу в три раза быстрее, чем поглощалось.

Протирает опухшее лицо лосьоном. Чистит зубы. Полощет горло. Прыскает «Аякс» с ароматом лимона на унитаз и на пол в туалете. Дважды смывает. Размалевывает себе лицо, как потаскуха — знать бы еще, как выглядят потаскухи, — и решает, что не собирается сидеть и ждать, чтобы броситься ему на шею, как только он вернется. Торжествующе улыбается мятно-блестящими зубами.

— Вот увидишь, — злобно хохочет она, — вот увидишь!

Марлон запрыгивает к ней и подбирается ближе, тесно прижимается к животу. Андреа лежит в полосатом гамаке и слушает, как они хором мурлычут.

Припускает дождь, но капли не долетают до них. Они в безопасности. Она чешет Марлона под подбородком. Звонит телефон, но никто не отвечает, кроме нового автоответчика, который начинает работать после четырех сигналов. Это Янна: она интересуется, как Андреа себя чувствует, и Андреа перезвонит, как только поймет, как себя чувствует, как только сможет встать. Думает о Лине-Саге: та что-то рассказывала о том, как Карл звонил из Дальних Стран и говорил странным голосом. Чуть не плача, произносил непривычные слова вроде «скучать» и «тосковать». На расстоянии. Слова о том, что он не вернется.

Андреа не хочет, чтобы Каспер звонил. Знает: что и как бы он ни говорил, голос у него будет странный. Точно знает: он будет краснеть в холле с чемоданом и скрипкой в руках, а она — стоять, уперев руки в бока, и задавать вопросы, которые раз и навсегда решила не задавать.

Но она помнит, как однажды ночью плакала, и он разбудил ее и стал гладить по спине и говорить: «Ты не раб своей судьбы, Андреа. Не думай так».

А она и не думает. Она все больше чувствует. И плачет всю ночь напролет.

Андреа нарочно падает с гамака, неподвижно лежит на полу и нюхает петрушку. Марлон нюхает Андреа: он не привык видеть ее лежащей вот так, без движения. Она притягивает его к себе, прижимает, хоть он и сопротивляется. Хочет, хочет, чтобы Каспер позвонил. «Хочу, чтобы ты позвонил…»

…Карл. И чтобы сказал: «Я скоро вернусь. Я вернусь к тебе, как только смогу».

Она идет на кухню и принимается жарить тефтельки. Напевает с финским акцентом: «Я вернусь к тебе, как мячик».

Это значит, Андреа собралась с силами и встала.

После недели нездоровых размышлений и беспрерывных фантазий на пороге появляется Каспер.

В тот самый момент, когда все было почти хорошо…

Каспер с испитым голосом, иссиня-бледный и все-таки светящийся счастьем. Сигары вместо сигарет на балконе. Волосы — никотиново-желтыми прядями вокруг лица, которое вдруг стало таким гладким.

Он бросается на кровать, изо рта у него пахнет сигарами, во взгляде — нестерпимое счастье. Было или не было, было или не было, было или не…

— Каспер, как хорошо, что все прошло так удачно.

Андреа не может смеяться вместе с ним, потому что не знает, над чем он смеется. Он говорит, но она не может, как ни старается, увидеть ту гостиницу, сцену и эстонскую мафию, разгуливающую вокруг.

— Нам велели держаться подальше от лимузинов. Там тебя запросто могут похитить, как нам сказали, а мы ведь к тому же были в костюмах — как мафия или миллионеры, — говорит Каспер и смеется чужим смехом, и она ложится рядом с ним, но не слишком близко: не знает, как теперь к нему прикасаться. — А перед сценой, ты бы только видела, было полно охранников с оружием, как будто мы Rolling Stones или вроде того. Вот так они там живут.

Они там. Он все еще там, он все время был там. Ему совсем нечего рассказывать.

— А как у тебя дела? — Он гладит ее по щеке. Чужая рука, прикосновение. Было или не было, было или…

— У меня… мне ужасно хотелось объесться, но я объелась только один раз и таблеток не особенно много глотала…

— Вот здорово, Андреа! Это же просто супер! — Слегка взъерошивает ей волосы — но ведь раньше он так не делал?

— Да, а потом… ну, немножко читала и рисовала, ну и так далее, встречалась с Янной, ездила в Столицу. Ничего особенного… — Он больше не трогает ее, положил руки за голову. Улыбается. Улыбается самому себе.

— А что касается еды, — улыбается он, — магазины явно не подготовились к рок-фестивалю. Но для нас были запасы в гостинице — шикарная гостиница, ты бы только видела. Комнаты с видом на воду. Длинный пирс, на котором мы устроили праздник.

Было или не было, было или не было, было или не было, было или…

— Как здорово, что все прошло так удачно.

— Отыграли мы отлично, ты бы только слышала. Даже смешно, как нас потрясающе принимали. Нашу пластинку ставили даже в забегаловках. Мы были повсюду! А после концерта… у нас брали автографы!

— Много девушек было, да?

— Андреа, — снова его рука касается ее плеча, — тебе не о чем, совершенно не о чем беспокоиться. Я ужасно скучал по тебе, понимаешь?

Было или не было, было или не было, было или…

— И тебе хватало на это времени?