Чтение онлайн

Хельга постриглась в точности как певица Карола, а бабушка сшила ей платье, как у Каролы: копию того, в котором она победила в музыкальном конкурсе с песней «Незнакомец».

— У нее красивые волосы, — говорит Лувиса, вылепливая котлеты. — Она и вправду похожа на Каролу.

«А разве я непохожа?» — спрашивает Андреа, но Лувиса считает, что не очень.

— Ты гораздо красивее!

Андреа хочется прошипеть «ничего подобного», хочется поскорее бежать к Хельге, но она не решается: Хельга теперь совсем другая, она демонстрирует свой новый наряд соседям. Андреа прислоняет большое зеркало к перилам. На ней голубая футболка с жирафами — последний подарок Карла. В компании полосатых жирафов один — в точечку. Внизу надпись: «What do you mean I’m different». [39] Андреа крутится перед зеркалом, подходит поближе, отходит назад. Может быть, она тоже ничего? Стягивает талию тонким поясом. Надевает розовые клипсы, делает прическу пышнее. Вот теперь можно радостно улыбнуться и отправиться к Хельге.

Да, она радостно улыбается! Видно в зеркале. Звонил Испанец, хотел приехать в гости (он знаком и с другими студентами школы) и спросил, есть ли у нее матрас, на котором можно переночевать. Матрас у Андреа есть.

Андреа видит его перед собой. Темные взлохмаченные волосы. Может быть, так и должно быть — от светлого к темному. У Каспера желтые волосы, у Барда рыжие, у Юнатана… темно-русые, а у Испанца почти черные. Может быть, черные волосы — это и есть окончательный вариант.

Юнатан звонил и оставил сообщение на автоответчике: плаксивым голосом просил перезвонить. Back off! [40] Иногда приходится использовать английские слова. I love you. Так проще. I love you, Юнатан, но я не люблю тебя. Андреа раздражает, что он говорит то же самое: «не люблю», что он соглашается, что он не любит ее так, как ей нужно.

Марлон провожает Андреа восхищенным взглядом, когда она двигается по комнате летящей походкой. Летит, когда ее поднимают чужие руки.

Андреа и Хельга купили сладостей в супермаркете «Галактика». Это один из тех волшебных дней, когда Хельга целиком и полностью принадлежит Андреа, а не едет в Вальхов. Они купили большой пакет конфет разных сортов: Хельге так нравится. Андреа не любит кислые мармеладки, она любит шоколад, но это Волшебный День, а Хельгу на велосипеде так легко спугнуть.

Они вышли из супермаркета, и вдруг кто-то окликает их: «Эй! Остановитесь!» Похоже на пьяницу, который вечно ошивается у магазина «Консум». Когда он кричит, лучше не останавливаться, а быстро идти прочь, поэтому они прибавляют шагу, как ни в чем не бывало поедая сладости и разговаривая.

— ЭЙ, ОСТАНОВИТЕСЬ! — Голос все более сердитый, вот он уже совсем близко, догоняет.

Какой-то мужчина прижимает Андреа и Хельгу к стене, конфеты падают на землю. Андреа плачет, мужчина проверяет их одежду, шапки и рукавицы, выворачивая их наизнанку.

— Я думал, вы что-то украли, — произносит он наконец, смущенно покашливая. Объясняет, что они ходили по магазину так, как обычно двигаются воришки, и что надо было остановиться, когда он их окликнул: «Почему вы не остановились?» Андреа не может ответить: она рыдает, сотрясаясь всем телом. Вокруг них собрался народ, люди стоят неподалеку и глазеют.

Были ли они пьяны? Нет, не были. Андреа приняла по меньшей мере четыре таблетки «Собрила», она помнит, что была красноречива и остроумна и хотела смотреть по телевизору фильм ужасов. Но он затащил ее в постель и стянул с нее трусы. Запихивал пальцы во все отверстия. А может быть, это он хотел смотреть фильм и разговаривать, а она стянула с него трусы с Бэтменом.

Они идут в школу самой красивой, но чуть более длинной дорогой.

— Почему мы идем в обход?

— Потому что здесь красиво, и, кроме того, я не хочу ни с кем встречаться.

— Ладно, — соглашается Испанец и шаловливо дергает ее за волосы. У Андреа внутри мальчишка-Имован, и потому она смело целует Испанца в шею. Он будет импровизировать с Белоснежным господином, а она пообедает и пойдет на занятия.

— Андреа! Привет!

Андреа не хочет оборачиваться. Снова оклик. Андреа оборачивается — а что ей остается? Вдалеке у церкви стоит Белоснежный, а с ним — Юнатан! Ну и каша! Школьная столовая так близко, еда совсем рядом. Можно, я пойду туда? Нет, нельзя. Ты взрослая. Надо улыбаться. И Андреа улыбается. Удивительно, что иногда получается делать вещи, которые тебе вообще-то не под силу. Испанец и Белоснежный господин о чем-то переговариваются. Андреа поддакивает, Юнатан смотрит ей в глаза. Андреа чувствует холод, и он отводит взгляд. Юнатан стоит с угрюмым видом и молчит: он мог бы казаться смешным, но он вовсе не смешон. Андреа говорит «увидимся» и уходит. На этот раз мальчишка-Имован не помог. В последнюю секунду Испанец улыбается ей ничуть не согревающей улыбкой. Ледяной взгляд Юнатана сильнее.

Испанец дает номер своего телефона: все лето он будет в Столице. «Позвони, если захочешь, — говорит он. — Всего хорошего». Обнимает ее, по-доброму глядя в глаза, желает ей удачи… В чем? У него красивый почерк, но у Юнатана красивее. Юнатан умеет рисовать самую красивую в мире «А». Андреа думает о Юнатановой «А», когда Испанец уходит: его она тоже не любит. «„А“ — Андреа», — думает она и кладет голову на живот Марлону.

Выпускной.

Андреа и Юнатан изображают объятия, когда фотографы просят их об этом. «Смотри сюда, Андреа, улыбочку!» Да, она пытается сделать вид, что ей нравится стоять в обнимку с Юнатаном, но он застыл без намека на улыбку. «Что я тебе сделала?» — хочется ей прошипеть ему на ухо. «Может быть, поцелуешь его?» «НЕТ, не хочу.» Лучше обнять Хельгу У Хельги на глазах слезы. Андреа не испытывает никаких эмоций. Школа окончена, на смену ей придет что-то другое. Так обычно и бывает. Все очень просто.

Город Детства. Хегбу: София и Марлон.

Андреа возле старого неподвижного поезда. Держит Марлона на поводке и смотрит на поезд, вросший в землю. Постоянство. Это тоже прекрасно. Нечто неизменное. Но поезд намного меньше, чем ей казалось раньше. Игровой площадки позади совсем не видно, а поле для гольфа все больше и больше. Слышно, как шуршат тележки, двигаясь по гравию.

Сияет солнце. Марлон тянет поводок. Страх в сочетании с любопытством. Ему хочется и спрятаться, и обнюхать все новое и незнакомое. Он смотрит на шмеля, она смотрит на черный локомотив и два белых вагона. Позади — игровая площадка: Андреа вспоминает руки Карла, вращающие карусель, — она смеется до икоты, а потом они идут к поезду. Девочка Андреа садится на одну из жестких белых лавок, в окно светит солнце, освещает лицо Карла, который изображает кондуктора.

— Куда вы едете, фрекен?

— Далеко, — отвечает она, и он понарошку компостирует билет.

— Счастливого пути!

Карл в лучах солнца, затем он в паровозе, и Андреа сидит у него на коленях.

— Ту-ту, поехали! — говорит Карл. Андреа прижимается к его груди, удары сердца в спину.

— Ту-ту! — кричит Андреа. — Далеко-далеко! — Тянет рычаги. Рычаги не двигаются. Начинает идти дождь.

Андреа прижимает к себе Марлона, забирается в паровоз. Рычаги не двигаются, Карл!